СЕГОДНЯ МЫ ОТМЕЧАЕМ ДЕНЬ СРАЗУ ДВЕНАДЦАТИ ИКОН «ЗНАМЕНИЕ» БОГОРОДИЦЫ 

 

1. 
Ико­на «Зна­ме­ние» Вла­ди­мир­ская на­хо­ди­лась во Вла­ди­ми­ре в Успен­ском со­бо­ре, в осо­бом при­де­ле в честь ее. Про­сла­ви­лась 8 ок­тяб­ря 1650 го­да. Близ Вла­ди­ми­ра, в сло­бо­де Бы­ков­ке, та­мош­ний жи­тель Сер­гей Иовлев, с ма­ло­лет­ства на­хо­див­ший­ся в рас­слаб­ле­нии, три ра­за но­чью слы­шал го­лос, го­во­рив­ший ему: «По­про­си на­пи­сать Мой об­раз Зна­ме­ния и по­ста­вить на том ме­сте, где бы­ла цер­ковь, и ты по­лу­чишь ис­це­ле­ние». Ме­сто это бы­ло близ до­ма боль­но­го и на­хо­ди­лось в за­пу­сте­нии. Боль­ной рас­ска­зал о сво­ем ви­де­нии зна­ко­мым, и те не за­мед­ли­ли на­пи­сать ико­ну, но толь­ко не зна­ли, как по­ста­вить ее. И вот в это вре­мя дру­го­му боль­но­му, Логги­ну Са­пож­ни­ко­ву, жив­ше­му во Вла­ди­ми­ре, был го­лос, чтобы он по­жерт­во­вал имев­ший­ся у него ду­бо­вый сруб под ча­сов­ню и по­ста­вил ее в Бы­ков­ке на том ме­сте, где был храм. Ко­гда ча­сов­ня бы­ла го­то­ва и в ней по­ста­ви­ли ико­ну, то по­сле мо­леб­на о здра­вии оба бо­ля­щих по­лу­чи­ли ис­це­ле­ние.
2. 
Чу­до­твор­ная ико­на Бо­жи­ей Ма­те­ри «Зна­ме­ние» ВЕРХНЕТАГИЛЬСКАЯ на­хо­дит­ся в Зна­мен­ской церк­ви г. Верх­не­го Та­ги­ла (как по­вест­ву­ет пре­да­ние – со вре­ме­ни его от­кры­тия в 1753 го­ду). Об­раз очень по­чи­та­ем сре­ди пра­во­слав­ных ве­ру­ю­щих Сред­не­го Ура­ла. Чти­мый чу­до­твор­ный об­раз Бо­жи­ей Ма­те­ри по­ме­щен у ле­во­го кли­ро­са, на ана­лое, под стек­лом. Ико­на укра­ше­на мно­го­чис­лен­ны­ми дра­го­цен­ны­ми да­ра­ми от по­лу­чив­ших ис­це­ле­ние по мо­лит­вам ко Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­це бла­го­дар­ных ве­ру­ю­щих.
Ико­но­гра­фи­че­ское изо­бра­же­ние Бо­го­ма­те­ри – Оран­та (с воз­де­ты­ми в мо­лит­ве ру­ка­ми). На гру­ди Бо­жи­ей Ма­те­ри, в ме­да­льоне – изо­бра­же­ние Бо­гом­ла­ден­ца, Ко­то­рый пра­вой ру­кой бла­го­слов­ля­ет, а в ле­вой дер­жит сви­ток. Ввер­ху с пра­вой сто­ро­ны от ли­ка Бо­жи­ей Ма­те­ри изо­бра­же­ние хе­ру­ви­ма, с ле­вой – се­ра­фи­ма. До 1922 г. ико­на име­ла се­реб­ря­ную по­зо­ло­чен­ную ри­зу с дра­го­цен­ны­ми кам­ня­ми, ко­то­рая бы­ла изъ­ята и бес­след­но ис­чез­ла.
Свя­той об­раз, явив­ший­ся в 1709 го­ду, на­хо­дил­ся в соб­ствен­но­сти мест­но­го жи­те­ля Сав­вы Мед­ве­де­ва до 1753 го­да, а за­тем был пе­ре­дан им во вновь по­стро­ен­ный Верх­не­та­гиль­ский Зна­мен­ский храм. Этот храм сго­рел 18 мая 1861 го­да, од­на­ко ико­на Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы оста­лась непо­вре­жден­ной в огне, и в 1876 го­ду она бы­ла пе­ре­не­се­на во вновь от­стро­ен­ный ка­мен­ный Зна­мен­ский храм, в нем она и пре­бы­ва­ет по сей день.
Об осо­бом по­чи­та­нии свя­то­го об­ра­за сви­де­тель­ству­ют крест­ные хо­ды, со­би­рав­шие боль­шое ко­ли­че­ство бо­го­моль­цев и со­вер­шав­ши­е­ся в те­че­ние все­го ле­та. Крест­ные хо­ды с чу­до­твор­ной ико­ной про­хо­ди­ли до кон­ца 20-х гг. ХХ в. и пре­кра­ти­лись с уста­нов­ле­ни­ем в краю со­вет­ской вла­сти.
С чу­до­твор­ной ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри «Зна­ме­ние» Верх­не­та­гиль­ской де­ла­лось боль­шое чис­ло спис­ков, наи­бо­лее по­чи­та­е­мы­ми из ко­то­рых яв­ля­ют­ся Бы­нь­гов­ский спи­сок, на­хо­дя­щий­ся в Ни­коль­ской церк­ви с. Бы­нь­ги Невьян­ско­го рай­о­на, и Невьян­ский, на­хо­див­ший­ся ра­нее в Пре­об­ра­жен­ском со­бо­ре, а те­перь в Воз­не­сен­ской церк­ви г. Невьян­ска.
В ал­та­ре Верх­не­та­гиль­ской Зна­мен­ской церк­ви хра­нит­ся ру­ко­пись на­ча­ла XX в., со­дер­жа­щая за­пись уст­но­го пре­да­ния о яв­ле­нии и чу­де­сах Верх­не­та­гиль­ской чу­до­твор­ной ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри «Зна­ме­ние». Ко­пия ру­ко­пи­си хра­нит­ся в Верх­не­та­гиль­ском кра­е­вед­че­ском му­зее.
3.  СЕ­РА­ФИ­МО-ПО­НЕ­ТА­ЕВ­СКАЯ
Неда­ле­ко от Са­ров­ской пу­сты­ни на­хо­ди­лась Се­ра­фи­мо-По­не­та­ев­ская жен­ская оби­тель. На­зва­ние свое она по­лу­чи­ла по име­ни пре­по­доб­но­го Се­ра­фи­ма Са­ров­ско­го.
Од­на из се­стер По­не­та­ев­ско­го мо­на­сты­ря, Клав­дия Вой­лош­ни­ко­ва, в 1879 го­ду на­пи­са­ла для сво­ей оби­те­ли об­раз «Зна­ме­ние» Бо­жи­ей Ма­те­ри. Вско­ре эта ико­на про­сла­ви­лась див­ны­ми чу­до­тво­ре­ни­я­ми и ста­ла глав­ной свя­ты­ней оби­те­ли. Пер­вое про­слав­ле­ние об­ра­за со­вер­ши­лось при сле­ду­ю­щих об­сто­я­тель­ствах.
14 мая 1885 го­да, в 9 ча­сов ве­че­ра, несколь­ко мо­на­хинь, на­хо­див­ших­ся в од­ной из ке­лий игу­мен­ско­го кор­пу­са, где по­ме­ща­лась ико­на, вдруг бы­ли по­ра­же­ны пе­ре­ме­ной, со­вер­шив­шей­ся с об­ра­зом. Они за­ме­ти­ли, что лик Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы на иконе стал осо­бен­но про­свет­лен­ным, а взор Ее по­оче­ред­но оста­нав­ли­вал­ся на сест­рах, с тре­пе­том и бла­го­го­ве­ни­ем взи­рав­ших на чу­дес­ное яв­ле­ние. Эти из­ме­не­ния про­ис­хо­ди­ли в те­че­ние чет­вер­ти ча­са, а в 12 ча­сов но­чи сно­ва по­вто­ри­лись. На сле­ду­ю­щий день ико­на с по­че­стя­ми бы­ла пе­ре­не­се­на в мо­на­стыр­ский храм, и ско­ро огром­ное мно­же­ство ве­ру­ю­щих ста­ли по­кло­нять­ся свя­то­му об­ра­зу. Мно­гие страж­ду­щие по мо­лит­вам сво­им ко Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­це и Ее чу­до­твор­ной иконе по­лу­ча­ли ис­це­ле­ние от сво­их неду­гов.
Ука­зом от 5 ок­тяб­ря 1885 го­да Свя­тей­ший Си­нод при­знал чу­до­твор­ность По­не­та­ев­ской ико­ны «Зна­ме­ние». Прео­свя­щен­ный Ни­же­го­род­ский Мо­дест сде­лал рас­по­ря­же­ние по­ме­стить ико­ну в хра­ме Жи­во­нос­но­го ис­точ­ни­ка в По­не­та­ев­ском мо­на­сты­ре, где она и по­ме­ща­лась за пра­вым кли­ро­сом.
На иконе Бо­го­ма­терь изо­бра­же­на с воз­де­ты­ми го­ре́ ру­ка­ми. На лоне Пре­чи­стой Де­вы на­хо­дит­ся Пред­веч­ный Мла­де­нец, окру­жен­ный си­я­ни­ем.

 

4. 
Об иконе Бо­жи­ей Ма­те­ри «Зна­ме­ние» «Кор­чем­ной» пре­да­ние по­вест­ву­ет сле­ду­ю­щее:
В го­ро­де Ря­за­ни жи­ла некая вдо­ва, одер­жи­мая страш­ным неду­гом пьян­ства. Про­дав уже все, что бы­ло у нее до­ма, жен­щи­на при­нес­ла в так на­зы­ва­е­мую Крас­ную кор­чем­ни­цу на­хо­див­ший­ся у нее об­раз Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы «Зна­ме­ние» и, по­дав его кор­чем­ни­ку, про­си­ла за ико­ну ви­на.
Бо­го­бо­яз­нен­ный кор­чем­ник, уко­рив вдо­ву, все же взял свя­той об­раз и по­ста­вил в сво­ей бож­ни­це. Спу­стя несколь­ко дней, ко­гда вдо­ва про­трез­ве­ла и осо­зна­ла свой грех, она по­спе­ши­ла к кор­чем­ни­ку, неся ему день­ги и умо­ляя от­дать ико­ну. Тот ис­пол­нил ее же­ла­ние, но на­ут­ро жен­щи­на не на­шла при­не­сен­ной на­ка­нуне до­мой ико­ны. Кор­чем­ник же, к сво­е­му ве­ли­ко­му удив­ле­нию, уви­дел этот об­раз Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы на преж­нем ме­сте в сво­ей бож­ни­це.
Вско­ре при­шла к нему вдо­ва и рас­ска­за­ла об ис­чез­нув­шей иконе, а кор­чем­ник по­ка­зал на свя­той об­раз и со сле­за­ми бла­го­го­ве­ния ска­зал: «Вот Она, Ца­ри­ца Небес­ная! Са­ма спро­си Ее, как Она здесь ока­за­лась». В сле­зах воз­вра­ти­лась вдо­ва до­мой, но мо­лит­ва­ми Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы с это­го вре­ме­ни от пьян­ства ис­це­ли­лась.
С тех пор ико­на, по­лу­чив­шая в на­ро­де на­име­но­ва­ние «Яв­лен­ной кор­чем­ной», пре­бы­ва­ла в кор­чем­ни­це до ее за­кры­тия в 1850 го­ду.
Мно­го чу­дес и ис­це­ле­ний про­изо­шло по мо­лит­вам пе­ред ико­ной Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы «Зна­ме­ние» «Кор­чем­ной».
Ныне чу­до­твор­ный об­раз Бо­жи­ей Ма­те­ри пре­бы­ва­ет в Свя­то-Иоан­но-Бо­го­слов­ском мо­на­сты­ре Ря­зан­ской епар­хии, а спи­сок с нее по­сто­ян­но на­хо­дит­ся в Ни­ко­ло-Ям­ском хра­ме г. Ря­за­ни, яв­ля­ю­щем­ся по­дво­рьем оби­те­ли.

 

5. 
Ико­на Бо­жи­ей Ма­те­ри «Зна­ме­ние» Аба­лац­кая бы­ла на­пи­са­на про­то­ди­а­ко­ном То­боль­ско­го ка­фед­раль­но­го со­бо­ра в честь Со­фии-Пре­муд­ро­сти Бо­жи­ей, Мат­фе­ем, во ис­пол­не­ние обе­та рас­слаб­лен­но­го кре­стья­ни­на Ев­фи­мия для вновь по­стро­ен­но­го в Аба­лац­кой оби­те­ли хра­ма Зна­ме­ния Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы. Храм этот был по­стро­ен в 1637 го­ду по­сле неод­но­крат­но­го чу­дес­но­го яв­ле­ния об­ра­за «Зна­ме­ния» Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы с пред­сто­я­щи­ми свя­ти­те­лем Ни­ко­ла­ем и пре­по­доб­ной Ма­ри­ей Еги­пет­ской некой бла­го­че­сти­вой вдо­ве Ма­рии. По на­пи­са­нии хра­мо­во­го об­ра­за рас­слаб­лен­ный Ев­фи­мий со­вер­шен­но ис­це­лил­ся. Во вре­мя тор­же­ствен­но­го пе­ре­не­се­ния ико­ны в Аба­лац­кий храм со­вер­ша­лось мно­го чу­дес­ных ис­це­ле­ний.
Внешне Аба­лац­кий об­раз схож с Нов­го­род­ской ико­ной «Зна­ме­ние», с той лишь раз­ни­цей, что на Аба­лац­кой иконе Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­це пред­сто­ят свя­ти­тель Ни­ко­лай и пре­по­доб­ная Ма­рия Еги­пет­ская. Об­раз был по­ме­щен в се­реб­ря­ную с по­зо­ло­той ри­зу и укра­шен жем­чу­гом и дра­го­цен­ны­ми кам­ня­ми.
С 1665 го­да был уста­нов­лен еже­год­ный крест­ный ход, ко­гда чу­до­твор­ная ико­на «Зна­ме­ние» при огром­ном сте­че­нии бо­го­моль­цев пе­ре­но­си­лась в То­больск и пре­бы­ва­ла там с 8 по 23 июля.
В 1680 го­ду де­ре­вян­ный храм, в ко­то­ром по­ме­ща­лась свя­тая ико­на, сго­рел, но чу­до­твор­ный об­раз был спа­сен. На ме­сте церк­ви позд­нее был воз­ве­ден ка­мен­ный Зна­мен­ский со­бор, а в 1783 го­ду был ос­но­ван муж­ской мо­на­стырь в честь ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри «Зна­ме­ние», ко­то­рый бла­го­по­луч­но су­ще­ство­вал до на­ча­ла XX ве­ка.
Аба­лац­кий об­раз Бо­жи­ей Ма­те­ри осо­бен­но по­чи­та­ли цар­ствен­ные стра­сто­терп­цы, пе­ред ней они мо­ли­лись во вре­мя то­боль­ско­го за­клю­че­ния.
В 1924 го­ду мо­на­стырь был за­крыт бо­го­бор­че­ски­ми вла­стя­ми. Лишь в 1989 го­ду оби­тель с раз­ру­шен­ны­ми хра­ма­ми бы­ла воз­вра­ще­на То­боль­ской епар­хии Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви. Од­на­ко под­лин­ной Аба­лац­кой ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри нет ни в мо­на­сты­ре, ни в То­боль­ске. Сле­ды ее за­те­ря­лись, и на­сто­я­щее ме­сто­на­хож­де­ние неиз­вест­но.
В вос­ста­нав­ли­ва­е­мой из ру­ин оби­те­ли на­хо­дит­ся один из спис­ков с пер­во­об­ра­за, ко­то­рый по древ­ней тра­ди­ции на­зы­ва­ют «На­мест­ни­цей», и от ко­то­рой ныне про­ис­хо­дят чу­де­са ис­це­ле­ний при­бе­га­ю­щих к по­мо­щи Ца­ри­цы Небес­ной.
Из­вест­но мно­го чу­до­твор­ных спис­ков Аба­лац­кой ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри «Зна­ме­ние», бла­го­го­вей­но по­чи­та­е­мых по всей Си­би­ри.

 

6. образ самой иконы найти не смог.
Златоустовская.
В 1848 го­ду в Москве рас­про­стра­ни­лась хо­ле­ра. В это вре­мя под­верг­ся этой страш­ной бо­лез­ни за­моск­во­рец­кий ку­пец, ше­сти­де­ся­ти­лет­ний ста­рец Иро­ди­он Во­ро­бьев, при­хо­жа­нин Ека­те­ри­нин­ской церк­ви на Ор­дын­ке. Ко­гда он ле­жал в бо­лез­ни, ему пред­ста­ви­лось в сно­ви­де­нии, что он на­хо­дит­ся в Зла­то­устов­ской оби­те­ли воз­ле па­пер­ти, и буд­то бы мо­нах с по­слуш­ни­ком го­то­вят­ся что-то освя­щать. За­тем он уви­дел на стене об­раз «Зна­ме­ние» Бо­го­ма­те­ри и по­до­шел к нему при­ло­жить­ся. На иконе Бо­гом­ла­де­нец улы­бал­ся, а Бо­го­ма­терь, про­из­не­ся имя Иро­ди­о­на, да­ла ему из Сво­их рук хру­сталь­ный со­суд для пе­ре­да­чи по­слуш­ни­ку. Про­бу­див­шись от сна, Иро­ди­он по­чув­ство­вал об­лег­че­ние от сво­их стра­да­ний и вско­ре со­вер­шен­но вы­здо­ро­вел от опас­но­го неду­га. 17 фев­ра­ля он от­пра­вил­ся в Зла­то­устов­ский мо­на­стырь к ве­черне. В этом мо­на­сты­ре он не был уже лет трид­цать. Уви­дев здесь над ар­кой па­пер­ти Тро­иц­ко­го хра­ма ико­ну «Зна­ме­ние» Бо­го­ма­те­ри, Иро­ди­он при­знал в ней ту са­мую, ко­то­рую он ви­дел во сне. По прось­бе ис­це­лен­но­го, об­раз этот 3 мар­та снят был с ар­ки и вне­сен в Тро­иц­кую цер­ковь. Пе­ред ико­ной со­вер­ше­но бы­ло мо­леб­ствие с во­до­освя­ще­ни­ем и чте­ни­ем ака­фи­ста Бо­го­ро­ди­це. За­тем ее по­ме­сти­ли на ана­лое в при­де­ле свя­ти­те­ля Ин­но­кен­тия Ир­кут­ско­го.
Бла­го­дар­ный ку­пец укра­сил об­раз дра­го­цен­ной ри­зой, а од­на жен­щи­на, по­лу­чив­шая у ико­ны ис­це­ле­ние, сде­ла­ла спи­сок с нее и по­ста­ви­ла в той же Тро­иц­кой церк­ви, где на­хо­ди­лась и под­лин­ная чу­до­твор­ная ико­на, пе­ре­не­сен­ная в 1865 го­ду в со­бор­ную мо­на­стыр­скую цер­ковь во имя св. Иоан­на Зла­то­уста.
В мо­на­стыр­ской ле­то­пи­си под 1848 го­дом опи­са­но во­семь чу­дес­ных ис­це­ле­ний от этой ико­ны. Вот од­но из них. Же­на ге­не­рал-май­о­ра Ека­те­ри­на Алек­сан­дров­на Кап­ля несколь­ко лет стра­да­ла нерв­ным рас­слаб­ле­ни­ем, со­еди­нен­ным с уси­лен­ны­ми сер­деч­ны­ми при­пад­ка­ми и невы­но­си­мы­ми бо­ля­ми в жи­во­те. Она от стра­да­ния по­чти не мог­ла го­во­рить, и луч­шие вра­чи от­ка­зы­ва­лись ле­чить ее. Боль­ная то­гда ре­ши­лась об­ра­тить­ся с го­ря­чей моль­бой к Пре­чи­стой Вла­ды­чи­це. Она от­пра­ви­лась в Зла­то­устов­ский мо­на­стырь и здесь от­слу­жи­ла пе­ред ико­ной «Зна­ме­ние» Бо­жи­ей Ма­те­ри мо­ле­бен. Ко­гда недуж­ная с ве­рой при­ло­жи­лась к об­ра­зу, то вне­зап­но по­чув­ство­ва­ла об­лег­че­ние. Воз­вра­тив­шись до­мой, она на­ча­ла по­прав­лять­ся и ско­ро вы­здо­ро­ве­ла.
Ико­на Зла­то­устов­ская на­пи­са­на на ли­по­вой дос­ке и име­ет 12 верш­ков в вы­ши­ну и 10 в ши­ри­ну. По сто­ро­нам Бо­го­ма­те­ри на­хо­дят­ся изо­бра­же­ния св. Ни­ко­лая Чу­до­твор­ца и Иоан­на, ар­хи­епи­ско­па Нов­го­род­ско­го. Еже­днев­но в Зла­то­устов­ском мо­на­сты­ре со­вер­ша­ют­ся мо­леб­ные пе­ния пе­ред ико­ной «Зна­ме­ние» Бо­жи­ей Ма­те­ри: по­сле ран­ней ли­тур­гии в Тро­иц­ком хра­ме, а по­сле позд­ней — в со­бор­ной Зла­то­устов­ской церк­ви. Каж­дую пят­ни­цу в этой оби­те­ли пе­ред чу­до­твор­ной ико­ной чи­та­ет­ся так­же ака­фист Бо­жи­ей Ма­те­ри.
Празд­не­ство в честь это­го об­ра­за со­вер­ша­ет­ся еще 3 мар­та в вос­по­ми­на­ние пе­ре­не­се­ния его в Тро­иц­кую цер­ковь.
Ев­ге­ний По­се­ля­нин «Ска­за­ния о чу­до­твор­ных ико­нах Бо­го­ма­те­ри» (1919 г.).
Икона Божией Матери «Знамение» в Златоустовском монастыре в Москве (празд. 3 марта, 27 нояб.), чудотворный образ, главная святыня монастыря, утраченная после его закрытия и разрушения в 1933 г. Икона прославилась зимой 1847/48 г., когда в Москве свирепствовала холера. Проживавшему в Замоскворечье купцу — 60-летнему прихожанину ц. вмц. Екатерины на Ордынке Иродиону Воробьеву во время болезни привиделось, будто он находится в Златоустовском монастыре, где монах с послушником готовятся что-то освящать. На стене был образ «Знамение», к которому купец поспешил приложиться.
Изображенный на ней Богомладенец улыбался, а Богоматерь, произнеся имя больного, протянула ему хрустальный сосуд для передачи послушнику. Очнувшись, Иродион почувствовал облегчение. 17 февр. он пришел на вечерню в Златоустовский монастырь, где в молодости часто молился, и обнаружил икону, висевшую над входом в паперть Троицкой ц. По просьбе Воробьева 3 марта образ был снят с арки и внесен в храм. Перед ним отслужили молебен с водосвятием и чтением акафиста Богородице. Икону поместили на аналое в приделе свт. Иннокентия Иркутского. Воробьев обложил ее серебряной позолоченной ризой с драгоценными камнями и устроил для нее киот. С 1865 г., когда монастырская ц. во имя свт. Иоанна Златоуста стала теплой, икона находилась в резном иконостасе этого храма, за левым столбом. В Троицкой ц. был оставлен список в сребропозлащенной ризе (местонахождение неизв.), изготовленный по заказу женщины, получившей исцеление от иконы.

На иконе «греческого письма, на липовой доске» (ок. 53Ч44 см) по сторонам Богоматери «Знамение» изображены свт. Николай Чудотворец и архиеп. Иоанн Новгородский.

Во время существования обители пред иконой ежедневно служились молебны: после ранней обедни — в Троицкой ц., после поздней — в соборе. По пятницам во время вечерни перед иконой читался акафист Божией Матери. Лит.:

 

7.  ЗНАМЕНИЕ Федор Рожнов. Около 1706 года. Москва.
Москва.
ПРАКТИЧЕСКИ НИЧЕГО НЕ ИЗВЕСТНО ОБ ЭТОЙ ИКОНЕ. 
Когда в 1606 году инокиня Марфа вернулась с сыном в Москву, они поселились в доме на Варварке, покинув его во время польско-шведской оккупации. В домовой Знаменской церкви возобновились богослужения, но потом двор снова опустел: патриарх Филарет находился в польском плену, инокиня Марфа ушла на покой в кремлевский Вознесенский монастырь. Она подарила фамильному храму серебряный крест. Царь Михаил Федорович, тоже внесший вклады в домовый храм после венчания на престол, поселился в Кремле, и родовые палаты на Варварке стали именоваться Старым государевым двором, по-прежнему принадлежа Романовым. Во владение Церкви они перешли с основанием на том месте Знаменского монастыря.
Царская обитель 
Основание обители историки связывают с двумя событиями – либо в память кончины инокини Марфы, последовавшей в 1631 году, либо, что менее вероятно, в честь рождения наследника Алексея Михайловича в 1629 году. Известно, что тогда в домовую Знаменскую церковь поступили щедрые вклады счастливого царственного отца. Патриарх Филарет после смерти жены не хотел, чтобы родовое владение на Варварке со временем перешло к другим родственникам. В сентябре 1631 года Михаил Федорович основал на Старом государевом дворе Знаменский монастырь, наделил его романовскими землями и угодьями, принадлежавшими инокине Марфе, а главное, подарил новоустроенной обители родовые палаты – во владении монастыря они пробудут до середины XIX века. На первых порах соборным храмом стала домовая холодная церковь Знамения времен Никиты Романовича. В нее поместили главную святыню – родовую Знаменскую икону XVI века, по преданию вывезенную из Новгорода, перед которой молились предки Михаила Федоровича.Она была богато убрана золотом, серебром и драгоценными камнями. Патриарх Филарет украсил ее жемчугом. Однако в 1668 году Знаменская обитель сильно пострадала в пожаре. После восстановления, в главном иконостасе собора находился родовой образ «Знамение», перенесенный из старого храма Никиты Романовича. Пребывание его в холодных, неотапливаемых храмах сотворило чудо: икона ни разу не поновлялась, сохранив ясность и крепость красок. Перед ней горела серебряная лампада – дар великой инокини Марфы Ивановны во здравие сына, сделанный в старую церковь. Хранилась в соборе и другая Знаменская икона с херувимами, приписываемая Симону Ушакову.
ВОТ, ТО НЕМНОГОЕ, ЧТО МНЕ УДАЛОСЬ БЫСТРО НАЙТИ ОБ ИКОНЕ БОГОРОДИЦЫ «ЗНАМЕНИЕ» МОСКОВСКАЯ.

 

8.   соловецкая
В Со­ло­вец­ком мо­на­сты­ре на на­руж­ной сто­роне за­пад­ной сте­ны Пре­об­ра­жен­ско­го со­бо­ра, над вход­ны­ми на па­перть во­ро­та­ми, по­ме­ще­на чу­до­твор­ная ико­на «Зна­ме­ние» Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы. Этот об­раз свя­зан с за­ме­ча­тель­ны­ми ис­то­ри­че­ски­ми со­бы­ти­я­ми.
Ко­гда в 1854 го­ду ан­гли­чане бом­бар­ди­ро­ва­ли Со­ло­вец­кий мо­на­стырь, сквозь эту свя­тую ико­ну про­ле­те­ло рас­ка­лен­ное яд­ро, оста­вив по­верх ли­ка Бо­го­ма­те­ри яз­ви­ну. Яд­ро про­би­ло ка­мен­ную сте­ну, де­ре­вян­ный по­то­лок и, уда­рив­шись о сте­ну со­бор­но­го хра­ма, упа­ло на пол па­пер­ти. Дру­гое яд­ро про­ле­те­ло сквозь ико­ну ни­же ли­ка Бо­го­ма­те­ри и, про­бив ту же па­перт­ную сте­ну, за­се­ло под кры­шей на де­ре­вян­ном по­тол­ке. Как преж­де, так и те­перь ми­ло­сер­дие Ца­ри­цы Небес­ной по­сто­ян­но яв­ля­ет свою по­мощь всем при­те­ка­ю­щим к Ней с ве­рой и лю­бо­вью и чу­дес­но вра­чу­ет их неду­ги ду­шев­ные и те­лес­ные.

 

9.   вологодская
Яв­ле­ние этой чу­до­твор­ной ико­ны со­вер­ши­лось 2 сен­тяб­ря 1571 го­да. Ико­на об­ре­те­на бы­ла жи­те­лем се­ла Дю­ди­но­ва Во­ло­год­ской гу­бер­нии и уез­да, по име­ни Марк За­озер­ский, и по­став­ле­на в Иоанно-Предтеченской церк­ви в Дю­ди­но­вой пу­сты­ни, близ го­ро­да Во­лог­ды, где на­хо­дит­ся и до на­сто­я­ще­го вре­ме­ни. Пе­ред яв­ле­ни­ем ико­ны в Во­лог­де сви­реп­ство­ва­ло мо­ро­вое по­вет­рие. Вот по­че­му яв­ле­ние ее все счи­та­ли зна­ком ми­ло­сти Бо­жи­ей и усерд­но мо­ли­лись Бо­го­ма­те­ри, со­вер­шая мо­леб­ствия пе­ред Ее но­во­яв­лен­ной ико­ной. По­сле это­го мо­ро­вое по­вет­рие ско­ро пре­кра­ти­лось.
Свя­тая ико­на име­ет ма­лые раз­ме­ры. В верх­ней ча­сти дос­ки изо­бра­же­но Зна­ме­ние Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы; вни­зу раз­ме­ще­ны изо­бра­же­ния ар­хан­ге­лов Ми­ха­и­ла и Гав­ри­и­ла, св. Ва­си­лия Ве­ли­ко­го, Ни­ко­лая Чу­до­твор­ца, му­че­ни­цы Па­рас­ке­вы, ве­ли­ко­му­че­ни­ка Ни­ки­ты и ве­ли­ко­му­че­ни­цы Вар­ва­ры. В честь Во­ло­год­ской ико­ны «Зна­ме­ния» в Дю­ди­но­вой пу­сты­ни устро­ен теп­лый храм. Празд­но­ва­ние этой иконе со­вер­ша­ет­ся, кро­ме 2 сен­тяб­ря, еще 27 но­яб­ря.

 

10. 
Царскосельская икона «Знамение» Богоматери стоит в правой части небольшой придворной Царскосельской Знаменской церкви. Некоторыми подробностями письма она отличается от других известных икон «Знамения». Несмотря на древность иконы, в ней поражает необыкновенная ясность очертаний, живость цветов и теней. Святой лик отражает и глубокое смирение Пренепорочной Девы, и величие Царицы Небесной, и милосердие, и строгость. Замечают, что лицо Богородицы почти в одно и то же время производит на молящихся разные впечатления: то оно кажется светлым и умиленным, то вдруг темнеет и принимает строгий вид, хотя бы вы стояли на том же месте. Икона принадлежит к высоким образцам иконописного искусства и по характеру живописи должна быть отнесена к древневизантийским произведениям. Она окружена золотым окладом, положенным на нее императрицей Елизаветой Петровной, а в 1849 году покрыта драгоценной ризой со множеством камней из бриллиантов, жемчуга, бирюзы, аметистов, сапфиров, изумрудов и опалов. Из камней, не уместившихся на ризе, составилась драгоценная корона в венце. Горят каменья и на окладе, на нижней части которого выделяется крупный сердцеобразный топаз. На ребрах его вырезаны надписи годов 1831 и 1848: это годы избавления Царского Села от холеры. Внизу иконы на сердцевидной золотой дощечке вырезаны следующие слова: «За спасение от эпидемии приими, милосердая Владычице, Покровительнице града Царского Села, сии перлы, яко слезы благодарности, орошающие Твою пречистую ризу, от усердных рабов Твоих и впредь помилуй нас».
Первоначальная история иконы неизвестна. При свежести лика Богоматери и Младенца — в чем нельзя не видеть особого промышления Божия — части иконы, покрытые окладом и шитой ризой, выцвели до того, что нельзя разобрать красок, а в некоторых местах красок уж и вовсе нет. По существующему между царскосельскими жителями преданию, Царскосельская икона пребывала раньше в Москве.
В Москву же она была привезена одним из православных восточных патриархов, прежде нередко посещавших столицу царства Российского.
По всей вероятности, это был св. Афанасий, патриарх Константинопольский, долее других находившийся тогда в Москве и пользовавшийся особенным вниманием при царском дворе.
На обратном пути в Лубнах он скончался и почивает там нетленно, по обычаю восточных церквей, в сидячем положении.
Затем при перенесении столицы из Москвы в Петербург вместе с прочими святынями Знаменская икона была привезена в новую столицу, считаясь семейной святыней Романовых. Царевна Елизавета Петровна имела особое благоговение к этой иконе и в ночь перед переворотом, возведшим ее на престол, усердно перед ней молилась.
Желая выразить свое почтение к святыне, связанной с таким громадным для нее событием, императрица, закончив постройку в любимом ею Царском Селе небольшой церкви около дворца, заложенной еще раньше для пребывания иконы «Знамение», с великим торжеством перенесла в нее образ Богоматери. В крестном ходе участвовал Святейший Синод и весь двор. Императрица все время шла пешком и даже помогала нести икону. Икона была поставлена в иконостасе, поверх изображения Тайной Вечери, над царскими дверями. Императрица Елизавета Петровна так же, как и племянница ее Екатерина II, часто молилась в Знаменской церкви.
С 1747 до 1831 года икона «Знамение» стояла над царскими вратами. Только однажды она была снята и вынесена оттуда, именно 12 мая 1812 года. В этот день в Знаменском дворце был пожар, угрожавший соседним зданиям и Знаменской церкви. Рассказывают, что когда икону вынесли из храма и обратили ликом к месту пожара, император воскликнул вслух:
— Матерь Божия, спаси мой дом!
Мгновенно тогда ветер, направлявший пламя на церковь и на соседние здания, как бы повинуясь невидимой силе, переменил свое направление и пожар быстро прекратился.
В 1831 году почти по всей России распространилась холера, свирепствовавшая и в Петербурге. Жители Царского Села собрались к иконе «Знамение», вынесли ее на середину храма, и служили перед ней торжественный молебен. Затем икону обнесли вокруг всего города с пением и молитвами, причем весь город с дворцами остался внутри кольца, описанного этим крестным ходом. Холера совершенно миновала Царское Село. В память этого благодеяния Богоматери жители испросили Высочайшее соизволение на перенесение иконы из иконостаса во внутрь церкви, как она теперь стоит, и на учреждение ежегодного крестного хода в том самом порядке, в котором он совершался в первый раз.
В 1848 году опять по всей России прошла холера, и в этот самый год Царица Небесная необыкновенным образом украсила свою икону дивной ризой.
В Царском Селе жила благочестивая девица Мария Давыдова, не раз испытавшая на себе помощь от чудотворной иконы «Знамение». В ночь на 28 февраля Давыдова видит во сне, будто перед ней стоит на воздухе чудотворная икона «Знамение», и она вышивает на этот образ великолепную ризу и уже заканчивает ее. Давыдова решилась рассказать о своем сне родным и знакомым, которые все советовали ей привести в исполнение свой сон. Слух о сновидении дошел до Высочайшего двора, и императрица Александра Феодоровна приняла его за внушение свыше. Прибыв в Царское село, она посетила Знаменскую церковь для поклонения иконе, которую подробно осматривала. Найдя краски на полях выцветшими и удивляясь сохранности и свежести ликов Матери Божией и Предвечного Младенца, она также пожелала узнать, может ли девица Давыдова вышить ризу и составить для нее рисунок.
Давыдова была почти незнакома с рисованием; кроме того, будучи девушкой бедной, недоумевала, откуда ей взять средства для исполнения священного дела, и пламенно молила Богоматерь наставить ее. В ночь на 27 июня среди сна Давыдова внезапно увидела перед собой Матерь Божию с таким ликом и в таком виде, как она изображена на иконе. На Богоматери была риза прекрасного узора, на плечах омофор и на голове убрус. Очнувшись, Давыдова тотчас захотела встать, чтобы зачертить образец ризы, но опять забылась и погрузилась в сон. Видение повторилось, только еще живее и яснее, так что она как бы наяву созерцала Богоматерь. Пробудившись, она со слезами благодарила Владычицу и начертила узор для ризы, как видела его в видении и как видим мы его теперь. Рисунок был представлен государыне и одобрен ею.
Говением Давыдова приготовилась к своему труду и приступила к работе. Стали поступать во множестве приношения золотом и каменьями, причем нельзя было не видеть ясно Божией руки, касавшейся сердец жертвователей. Притоку приношений немало способствовало то, что при сильном развитии холеры в Петербурге она миновала совершенно Царское Село, несмотря на непрерывные сношения его жителей с Петербургом.
Когда случалось, что у Давыдовой не доставало для какой-нибудь части ризы подходящих каменьев, как раз являлись от неожиданных жертвователей нужные драгоценности. В 1849 году великолепно шитая и сплошь унизанная каменьями риза была окончена, а в 1853 году было издано хромолитографическое изображение иконы.
В 1863 году в Царскосельском дворце и в его храме рано утром вспыхнул пожар. Не смотря на все принятые меры, поток пламени быстро шел вперед, истребляя на пути все, что могло служить ему пищей. Попалив часть дворца, огонь почти мгновенно охватил купола и кресты дворцового собора и проник внутрь него. Тогда государь и императрица пожелали вынести из Знаменской церкви чудотворную икону. Едва венценосные хозяева вышли навстречу иконе и приложились к ней, а икону стали обносить вокруг горевшего дворца, как пожар почти мгновенно прекратился.
Вот несколько случаев чудесно оказанной людям помощи через Царскосельскую икону «Знамение» Богоматери.
М. Д. Воеводский, служивший при русском посольстве в Афинах, перед отъездом из Петербурга в 1849 году служил перед Царскосельской иконой молебствие о благополучном путешествии. Однажды вечером в Афинах в глухом месте напали на него разбойники, требуя часы и деньги и угрожая смертью. Не зная, как себя защитить, Воеводский неожиданно для самого себя сказал:
— Я русский.
Совершенно также неожиданно разбойники мирно ответили ему:
— А, ты русский! Ваш Николай (т. е. император) добрый, иди с Богом…
На возвратном пути из Греции корабль, на котором плыл Воеводский, подвергся в Черном море страшной буре; все были уверены в его крушении и неизбежной своей гибели. Между тем Воеводский мысленно обратился к Царскосельской иконе «Знамение» Божией Матери и с верой призвал на помощь Владычицу Небесную. В это самое время вода ударилась в корабль с необыкновенно страшной силой, и он совершенно неожиданно очутился невредимым в тихой и спокойной бухте.
Жена батарейного командира Дидрикс, по выходе в замужество, в продолжение 8 лет не имела детей. Супруги очень скорбели об этом и нередко выражали скорбь свою знакомым. Сочувствуя такой горести, одна ближайшая знакомая подала им добрый совет: приобрести хромолитографическое изображение Царскосельской иконы и, освятив его, молиться перед ним каждый день Царице Небесной о разрешении неплодства своего. Супруги поспешили воспользоваться таким советом, приобрели св. икону, поставили перед ней неугасимую лампаду и начали с верой молиться милосердной Владычице об утолении своей печали. И что же?.. Вера и молитва их, сверх ожидания, скоро оправдались: через 10 месяцев Дидрикс благополучно разрешилась здоровым и красивым младенцем.
Бедная вдова, по фамилии Худякова, занимала где-то в Царском селе должность, доставлявшую ей с дочерью насущное пропитание; но вдруг ей отказали от этой должности. Пораженная таким внезапным и незаслуженным ею отказом, не имея никакого пристанища и никаких средств к существованию, она послала дочь свою помолиться Царице Небесной пред св. иконой «Знамение». Помолившись Заступнице, безутешная девица со слезами на глазах спешила через придворный сад к несчастной своей матери. Но вот на пути встречается ей неизвестный человек (это был военный министр, князь Чернышев); горькие слезы бедной девицы тронули его; он остановил несчастную, расспросил ее о причине такой горести и тотчас же утешил ее обещанием, что мать ее останется непременно при своей должности, и это обещание военного министра действительно оправдалось.
Проживавшая в Петербурге смоленская помещица Е. И. Дудинская имела сына, флотского офицера, которому по службе следовало отправиться в Черное море на корабле «Ингерманланд». Перед отправлением его она нарочно приезжала в Царское Село, чтобы отслужить о его здравии и благополучии молебен перед иконой «Знамение». По окончании молебствия Е. Дудинская, став перед образом на колени, воскликнула в слезах:
— Царица Небесная! Тебе поручаю сына моего и на Тебя вся моя надежда; Ты возвратишь мне его и со дна моря!..
Во время плавания упомянутый корабль, как известно, был застигнут страшной бурей и подвергся крушению, так что весь экипаж его был поглощен волнами. В числе прочих несчастных и сын Е. Дудинской был выброшен волнами за борт. Предчувствуя неизбежную смерть, он вдруг вспомнил о Царскосельской св. иконе и с верой призвал на помощь Матерь Божию, мысленно взывая к Ней:
— Царица Небесная! Мать моя просила Тебя обо мне; спаси меня для нее.
Вслед за тем волна морская так сильно ударила его, что он лишился чувств и памяти. Когда же пришел в сознание, то увидел себя на берегу и радостно благодарил милосердную Владычицу за свое спасение.
Как видно из приведенных случаев, помощь от иконы «Знамение» была чрезвычайно разнообразна: были и исцеления от болезни, и разрешение неплодия, и устройство дел житейских, и спасение погибавших на суше и в волнах морских. Вот почему хорошо знающие историю этой икона имеют к ней особую веру.
Ежегодно 5 июля бывает в Царском Селе большое торжество: икону «Знамение» после обедни выносят на громадный плац перед дворцом, где совершается коленопреклоненное молебствие, а затем ее обносят вокруг всего Царского Села.

 

11.   Курская-Коренная
Кур­ская ико­на «Зна­ме­ние» Бо­жи­ей Ма­те­ри — од­на из древ­ней­ших икон Рус­ской Церк­ви. В ХIII ве­ке, во вре­мя та­тар­ско­го на­ше­ствия, ко­гда все Рус­ское го­су­дар­ство ис­пы­ты­ва­ло ве­ли­чай­шее бед­ствие, го­род Курск, ра­зо­рен­ный пол­чи­ща­ми Ба­тыя, при­шел в за­пу­сте­ние. Од­на­жды в окрест­но­стях го­ро­да один охот­ник за­ме­тил ле­жав­шую у кор­ней де­ре­ва ико­ну, об­ра­щен­ную ли­ком к зем­ле. Охот­ник под­нял ее и уви­дел, что изо­бра­же­ние ико­ны по­доб­но иконе «Зна­ме­ние» Нов­го­род­ской. Од­новре­мен­но с яв­ле­ни­ем этой ико­ны со­вер­ши­лось и пер­вое чу­до. Как толь­ко охот­ник под­нял свя­тую ико­ну с зем­ли, тот­час на ме­сте, где ле­жа­ла ико­на, с си­лой за­бил ис­точ­ник чи­стой во­ды. Это про­изо­шло 8 сен­тяб­ря 1259 го­да. Охот­ник не ре­шил­ся оста­вить ико­ну в ле­су и, по­стро­ив на ме­сте об­ре­те­ния неболь­шую де­ре­вян­ную ча­сов­ню, по­ста­вил в ней но­во­яв­лен­ный об­раз Бо­го­ма­те­ри.
Вско­ре об этом узна­ли жи­те­ли го­ро­да Рыль­ска, рас­по­ло­жен­но­го непо­да­ле­ку, и ста­ли по­се­щать ме­сто яв­ле­ния для по­кло­не­ния но­вой свя­тыне.
Ико­ну пе­ре­нес­ли в Рыльск и по­ста­ви­ли в но­вом хра­ме в честь Рож­де­ства Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы. Но ико­на про­бы­ла там недол­го, чу­дес­ным об­ра­зом она ис­чез­ла и воз­вра­ти­лась на ме­сто сво­е­го яв­ле­ния. Жи­те­ли Рыль­ска неод­но­крат­но бра­ли ее и от­но­си­ли в го­род, но ико­на непо­сти­жи­мым об­ра­зом воз­вра­ща­лась на преж­нее ме­сто. То­гда все по­ня­ли, что Бо­го­ма­терь бла­го­во­лит к ме­сту яв­ле­ния Сво­е­го об­ра­за.
Еже­год­но в пят­ни­цу де­вя­той неде­ли по­сле Пас­хи ико­на «Зна­ме­ние» тор­же­ствен­но с крест­ным хо­дом пе­ре­но­си­лась из кур­ско­го Зна­мен­ско­го со­бо­ра на ме­сто ее яв­ле­ния в Ко­рен­ную пу­стынь, где она и оста­ва­лась до 12 сен­тяб­ря, а за­тем сно­ва тор­же­ствен­но воз­вра­ща­лась в Курск. Этот крест­ный ход был уста­нов­лен в 1618 го­ду в па­мять пе­ре­не­се­ния ико­ны из Моск­вы в Курск и в вос­по­ми­на­ние ее пер­во­на­чаль­но­го яв­ле­ния.
Осо­бая по­мощь Бо­жи­ей Ма­те­ри через эту ико­ну свя­за­на с важ­ны­ми со­бы­ти­я­ми в ис­то­рии Рос­сии: осво­бо­ди­тель­ной вой­ной рус­ско­го на­ро­да во вре­мя поль­ско-ли­тов­ско­го на­ше­ствия 1612 го­да и Оте­че­ствен­ной вой­ной 1812 го­да.
Чу­до­твор­ная ико­на Бо­жи­ей Ма­те­ри «Зна­ме­ние» Кур­ская-Ко­рен­ная в по­след­ний раз пре­бы­ва­ла на рус­ской зем­ле 14 сен­тяб­ря 1920 го­да в Кры­му, в вой­сках, сра­жав­ших­ся про­тив боль­ше­ви­ков. По­ки­нув Рос­сию в 1920 г., свя­тая ико­на ста­ла «Оди­гит­ри­ей» (Пу­те­во­ди­тель­ни­цей) Рус­ско­го рас­се­я­ния, неот­луч­но пре­бы­вая со все­ми пер­во­и­е­рар­ха­ми Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви за­гра­ни­цей. Ныне она пре­бы­ва­ет в од­ном из хра­мов Но­вой Ко­рен­ной пу­сты­ни под Нью-Йор­ком (США). В кур­ском Зна­мен­ском со­бо­ре хра­нит­ся спи­сок с чу­до­твор­но­го об­ра­за.
См. фильм «Икона Божией Матери «Знамение» (Курская Коренная)».

 

12.    новгородская
Ико­на эта про­сла­ви­лась в XII ве­ке в Нов­го­ро­де, ко­гда вла­ди­ми­ро-суз­даль­ский князь Ан­дрей Бо­го­люб­ский всту­пил в со­юз с кня­зья­ми смо­лен­ским, по­лоц­ким, ря­зан­ским, му­ром­ским и дру­ги­ми и за­мыс­лил с их по­мо­щью по­ко­рить Ве­ли­кий Нов­го­род и для это­го по­слал сы­на сво­е­го Мсти­сла­ва. Со­ста­ви­лась гро­мад­ная рать, — по сло­вам ле­то­пис­ца «ма­ло не вся зем­ля рус­ская со­во­ку­пи­ся, еди­ных бо кня­зей то­гда бя­ше 72». Еще за­дол­го до Нов­го­ро­да лю­ди ста­ли гра­бить и жечь се­ла, из­би­вать муж­чин, а де­тей и жен­щин брать в плен, чтоб сде­лать из них сво­их ра­бов. Зи­мой 1170 го­да гро­мад­ное опол­че­ние это об­ло­жи­ло Нов­го­род, по­тре­бо­вав сда­чи. Не раз обе сто­ро­ны на­чи­на­ли пе­ре­го­во­ры, но не мог­ли прий­ти к со­гла­сию.
На­ча­лось сра­же­ние. Яс­но бы­ло, на чьей сто­роне прав­да, и нов­го­род­цы с чи­стым серд­цем мог­ли про­сить Бо­га о по­мо­щи и ждать небес­но­го за­ступ­ле­ния. Так они и по­сту­пи­ли. Хра­мы не за­тво­ря­лись ни днем ни но­чью, и пе­ние цер­ков­ное сме­ши­ва­лось с пла­чем на­ро­да. Ар­хи­епи­скоп Иоанн с тех пор, как под Нов­го­род под­сту­пи­ли вра­ги, три дня и три но­чи неустан­но мо­лил­ся в со­бо­ре св. Со­фии — Пре­муд­ро­сти Бо­жи­ей о спа­се­нии го­ро­да. В тре­тью ночь, стоя пе­ред ико­ной Все­ми­ло­сти­во­го Спа­са, он вдруг по­чув­ство­вал свя­щен­ный тре­пет, и то­гда от ико­ны раз­дал­ся го­лос:
— Иди в цер­ковь Гос­по­да на­ше­го Иису­са Хри­ста, что на Ильин­ской ули­це, возь­ми там об­раз Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы, воз­не­си его на го­род­ские сте­ны, и то­гда узришь спа­се­ние гра­да.
Чуд­ное успо­ко­е­ние про­ли­лось то­гда в ис­том­лен­ное серд­це свя­ти­те­ля. В го­ря­чей, уми­лен­ной мо­лит­ве без слов пал он ниц пе­ред ико­ной и про­вел в мо­лит­ве всю ночь. Утром со­брал он ду­хо­вен­ство и го­род­ских пред­ста­ви­те­лей и рас­ска­зал им о та­ин­ствен­ном го­ло­се. То­гда у скорб­ных нов­го­род­цев по­яви­лась на­деж­да. Ар­хи­епи­скоп Иоанн по­слал про­то­дья­ко­на и кли­ри­ков в цер­ковь Спа­са на Ильин­ской ули­це, чтоб при­не­сти от­ту­да ико­ну Бо­го­ма­те­ри, а сам стал петь со­борне мо­ле­бен. Но несмот­ря на все уси­лия по­слан­ных они ни­как не мог­ли сдви­нуть ико­ну с ее ме­ста, и с этим из­ве­сти­ем воз­вра­ти­лись к ар­хи­епи­ско­пу. То­гда сам свя­ти­тель Иоанн во гла­ве крест­но­го хо­да, со­про­вож­да­е­мый на­ро­дом и ду­хо­вен­ством, по­шел в цер­ковь Спа­са. Там упал он на ко­ле­ни пе­ред ико­ной Бо­го­ма­те­ри и со сле­за­ми взы­вал:
— О Пре­ми­ло­сти­вая Вла­ды­чи­ца Бо­го­ро­ди­ца, упо­ва­ние и за­ступ­ни­ца гра­ду на­ше­му, не пре­дай нас за гре­хи на­ши вра­гам на­шим. Но услышь плач наш и по­ща­ди лю­дей Тво­их.
Ста­ли слу­жить мо­ле­бен, и ко­гда за­пе­ли: «Пред­ста­тель­ство хри­сти­ан непо­стыд­ное, хо­да­тай­ство ко Твор­цу непре­лож­ное, не пре­зри греш­ных мо­ле­ний гла­сы», ико­на са­ма за­ко­ле­ба­лась, как бы дви­га­ясь к ар­хи­епи­ско­пу. Ви­дя это чу­до, на­род и клир ра­дост­но взы­ва­ли: «Гос­по­ди, по­ми­луй!».
Ар­хи­епи­скоп при­нял на ру­ки чу­до­твор­ный об­раз, при­ло­жил­ся к нему, и за­тем ико­ну с тор­же­ством по­нес­ли на го­род­скую сте­ну и по­ста­ви­ли ее ли­цом к на­па­дав­шим. Но во­и­ны Мсти­сла­ва не смяг­чи­лись и пу­сти­ли на это ме­сто сте­ны це­лые ту­чи стрел. И вот од­на из них ра­ни­ла свя­щен­ный лик. То­гда со­вер­ши­лось но­вое чу­до: ико­на об­ра­ти­лась са­ма ли­ком к го­ро­ду, и из очей ее по­тек­ли сле­зы. В то же вре­мя на на­па­дав­ших на­пал ужас. У них по­мра­чи­лось зре­ние, и они ста­ли по­ра­жать друг дру­га. Нов­го­род­цы, обод­рен­ные зна­ме­ни­ем, от­во­ри­ли во­ро­та, бро­си­лись на вра­гов, раз­би­ли их на­го­ло­ву и мно­гих уве­ли в плен. Те же, ко­то­рые спас­лись бег­ством, не мог­ли най­ти се­бе про­пи­та­ния там, где рань­ше са­ми про­из­ве­ли без­жа­лост­ное опу­сто­ше­ние. Они гиб­ли от го­ло­да и бо­лез­ней, и как с ужа­сом го­во­рит ле­то­пи­сец, в Ве­ли­кий пост пи­та­лись мя­сом сво­их ло­ша­дей.
Ар­хи­епи­скоп Иоанн то­гда же уста­но­вил празд­но­ва­ние в па­мять чу­дес­но­го за­ступ­ле­ния, ока­зан­но­го Бо­го­ма­те­рью Нов­го­ро­ду. Так как 25 фев­ра­ля — день, ко­гда со­вер­ши­лось это со­бы­тие — по­чти все­гда при­хо­дит­ся на мас­ле­ни­цу или Ве­ли­кий пост, то празд­ник пе­ре­но­сит­ся на 27 но­яб­ря.
По­чти два ве­ка чу­до­твор­ная ико­на «Зна­ме­ние» Бо­го­ма­те­ри сто­я­ла на Ильин­ской ули­це, в де­ре­вян­ной церк­ви Спа­са. В 1357 го­ду ее пе­ре­нес­ли во вновь по­стро­ен­ную на той же Ильин­ской ули­це ка­мен­ную цер­ковь во имя Зна­ме­ния.
В 1566 го­ду в Нов­го­ро­де вспых­нул силь­ный по­жар, охва­тив­ший мно­го улиц. Ни­ка­ки­ми уси­ли­я­ми нель­зя бы­ло оста­но­вить гроз­ную сти­хию. То­гда мит­ро­по­лит Ма­ка­рий по­шел с крест­ным хо­дом в цер­ковь Зна­ме­ния и там, пре­кло­нив ко­ле­ни пе­ред чу­до­твор­ной ико­ной, мо­лил­ся о пре­кра­ще­нии бед­ствия. За­тем, под­няв ико­ну, он по­нес ее крест­ным хо­дом по бе­ре­гу Вол­хо­ва. Ско­ро ве­тер по­дул в сто­ро­ну ре­ки, и по­жар от это­го стал ути­хать.
В 1611 го­ду Нов­го­ро­дом овла­де­ли шве­ды. Из­би­вая нов­го­род­цев, они гра­би­ли до­ма и их хра­мы. Ико­ны они под­вер­га­ли по­ру­га­нию, а свя­щен­ную по­су­ду и утварь уно­си­ли. Как-то несколь­ко шве­дов по­до­шли к церк­ви Зна­ме­ния, где в то вре­мя со­вер­ша­лась служ­ба, и две­ри по­это­му бы­ли от­кры­ты. Они ри­ну­лись в цер­ковь, чтобы огра­бить ее, но неви­ди­мая си­ла от­бро­си­ла их на­зад. Они сно­ва бро­си­лись к две­рям и сно­ва бы­ли от­бро­ше­ны. Это ста­ло из­вест­но всем шве­дам, и ни­кто из них уж боль­ше не пы­тал­ся вой­ти в Зна­мен­скую цер­ковь.
В 1636 г. за­ду­мал обо­красть эту цер­ковь се­реб­ря­ных дел ма­тер Лу­ка Пла­виль­щи­ков. По окон­ча­нии ве­чер­ней служ­бы на 27 но­яб­ря он при­та­ил­ся в церк­ви, а но­чью во­шел в ал­тарь, со­брал се­реб­ря­ные со­су­ды с жерт­вен­ни­ка, вы­сы­пал день­ги из кру­жек и, на­ко­нец, стал под­хо­дить к чу­до­твор­ной иконе, чтобы со­рвать с нее дра­го­цен­ные укра­ше­ния. Но ед­ва он кос­нул­ся ри­зы, как был от­бро­шен от ико­ны и без чувств упал на пол. Пе­ред утре­ней явив­ший­ся в цер­ковь по­но­марь вы­вел его, по­ла­гая, что Лу­ка в пья­ном ви­де остал­ся в церк­ви. Он не за­ме­тил при этом, что при Пла­виль­щи­ко­ве бы­ли цер­ков­ные со­су­ды. Кра­жа об­на­ру­жи­лась, ко­гда ста­ли слу­жить утре­ню, и все на­шлось в до­ме Лу­ки. Вор на вре­мя по­те­рял рас­су­док и толь­ко впо­след­ствии рас­ска­зал о быв­шем от ико­ны чу­де.
Чу­до­твор­ная ико­на «Зна­ме­ние» Бо­го­ро­ди­цы сто­ит в ико­но­ста­се Зна­мен­ско­го со­бо­ра, сле­ва от цар­ских врат. Она име­ет 13 1/2 верш­ков вы­ши­ны и 12 ши­ри­ны. Над ле­вым оком Бо­го­ма­те­ри остал­ся след от стре­лы. По сто­ро­нам ико­ны име­ют­ся изо­бра­же­ния ве­ли­ко­му­че­ни­ка Ге­ор­гия По­бе­до­нос­ца, му­че­ни­ка Иа­ко­ва Пер­си­я­ни­на и пре­по­доб­ных Пет­ра и Онуф­рия Афон­ских. В 1565 го­ду ико­на воз­об­нов­ле­на мит­ро­по­ли­том Ма­ка­ри­ем. На иконе зо­ло­тая ри­за ве­сом свы­ше 71/2 фун­тов с дра­го­цен­ны­ми ка­ме­нья­ми.
Ико­на «Зна­ме­ние» пред­став­ля­ет Бо­го­ма­терь с мо­лит­вен­но под­ня­ты­ми ру­ка­ми и яв­ля­е­мым на лоне ее Бо­же­ствен­ным Мла­ден­цем. Изо­бра­же­ние это по­ме­ща­лось на пе­ча­тях епи­ско­па Нов­го­род­ско­го. Оно весь­ма древ­не­го про­ис­хож­де­ния, так как в Ри­ме, в ка­та­ком­бах св. Аг­нии, есть изо­бра­же­ние IV в. Бо­го­ма­те­ри с мо­лит­вен­но рас­про­стер­ты­ми ру­ка­ми и с Пред­веч­ным Мла­ден­цем на ко­ле­нях. В Гре­ции та­ким изо­бра­же­ни­ем озна­ча­лось обык­но­вен­но Рож­де­ство Хри­сто­во, и толь­ко у нас, в Рос­сии, ико­ны по­лу­чи­ли на­име­но­ва­ние «Зна­ме­ния», т. е. зна­ка ми­ло­сти Бо­го­ма­те­ри. На неко­то­рых го­род­ских ико­нах в трех де­я­ни­ях изо­бра­жа­ет­ся са­мо чу­дес­ное со­бы­тие 1170 го­да: ввер­ху — пе­ре­не­се­ние ико­ны из церк­ви Спа­са на го­род­скую сте­ну; ни­же — пе­ре­го­во­ры меж­ду обе­и­ми сто­ро­на­ми, а вни­зу — са­ма бит­ва, где нов­го­род­цам по­мо­га­ют ан­ге­лы с длин­ны­ми пи­ка­ми.