ГЕОРГИЙ БОГОСЛОВ

 

 

Свя­той Гри­го­рий Бо­го­слов (326-389 гг.) был сын Гри­го­рия (впо­след­ствии епи­ско­па На­зи­ан­ско­го) и Нон­ны, жен­щи­ны вы­со­ких нрав­ствен­ных пра­вил. Еще до рож­де­ния сы­на она обе­ща­ла по­свя­тить его Бо­гу и упо­тре­би­ла все ста­ра­ния, чтобы скло­нить его во­лю на слу­же­ние Гос­по­ду. Вос­пи­та­ние, дан­ное ему ма­те­рью, свя­ти­тель Гри­го­рий по­чи­тал са­мым для се­бя важ­ным. При вы­да­ю­щих­ся спо­соб­но­стях св. Гри­го­рий по­лу­чил пре­крас­ное об­ра­зо­ва­ние: он учил­ся в шко­лах Ке­са­рии Па­ле­стин­ской, где бы­ла бо­га­тая биб­лио­те­ка, со­бран­ная му­че­ни­ком Пам­фи­лом, в Алек­сан­дрии, где изу­чал тво­ре­ния Ори­ге­на, и, на­ко­нец, в Афи­нах, где в осо­бен­но­сти сбли­зил­ся с св. Ва­си­ли­ем Ве­ли­ким, с ко­то­рым зна­ком был несколь­ко ра­нее и друж­бу с ко­то­рым счи­тал по­лез­нее са­мой выс­шей шко­лы. У свя­тых дру­зей в Афи­нах бы­ла од­на ком­на­та, один об­раз жиз­ни; им бы­ли зна­ко­мы толь­ко две до­ро­ги: од­на ве­ла в храм Бо­жий, дру­гая – в учи­ли­ще. В Афи­нах св. Гри­го­рий по­зна­ко­мил­ся с Юли­а­ном (по про­зва­нию «От­ступ­ник», ко­то­рый, став им­пе­ра­то­ром, от­рек­ся от хри­сти­ан­ства и пы­тал­ся бы­ло воз­ро­дить язы­че­ство в Рим­ской им­пе­рии (361–363 гг.) и оста­вил жи­вое изо­бра­же­ние это­го зло­го и ко­вар­но­го вра­га Церк­ви. В воз­расте 26 лет св. Гри­го­рий при­нял Кре­ще­ние.
По­сле воз­вра­ще­ния на ро­ди­ну св. Гри­го­рий дол­гое вре­мя укло­нял­ся от за­ня­тия ка­кой-ли­бо об­ще­ствен­ной долж­но­сти. Раз­мыш­ле­ние о Бо­ге, мо­лит­ва, чте­ние сло­ва Бо­жия, пи­са­ние вдох­но­вен­ных слов и пес­ней и слу­же­ние пре­ста­ре­лым ро­ди­те­лям – бы­ли его за­ня­ти­ем. Неко­то­рое вре­мя он про­вел с дру­гом сво­им Ва­си­ли­ем в его пу­стыне и это вре­мя по­чи­тал са­мым счаст­ли­вым в жиз­ни. Отец его, быв­ший уже епи­ско­пом, нуж­да­ясь в по­мощ­ни­ке, вы­звал его из Ва­си­лье­вой пу­сты­ни в На­зи­анз и ру­ко­по­ло­жил в пре­сви­те­ра. Уже этот сан так устра­шил Гри­го­рия вы­со­той и тя­же­стью со­пря­жен­ных с ним обя­зан­но­стей, что он уда­лил­ся в уеди­не­ние пу­сты­ни. Успо­ко­ив там вол­не­ние ду­ха, он вер­нул­ся к от­цу и при­нял на се­бя свя­щен­ни­че­ское слу­же­ние, уте­ша­ясь, что он, слу­жа Бо­гу, по­мо­га­ет и пре­ста­ре­ло­му ро­ди­те­лю в его за­бо­тах о пастве.
Меж­ду тем друг его, Ва­си­лий Ве­ли­кий, уже до­стиг вы­со­ко­го са­на ар­хи­епи­ско­па. Же­лая иметь пре­дан­но­го и про­све­щен­но­го по­мощ­ни­ка в управ­ле­нии об­шир­ной об­ла­стью, св. Ва­си­лий пред­ло­жил Гри­го­рию ме­сто глав­но­го про­то­пре­сви­те­ра при сво­ей ка­фед­ре, но св. Гри­го­рий укло­нил­ся от при­ня­тия этой по­чет­ной и вли­я­тель­ной долж­но­сти. Через неко­то­рое вре­ме­ня по­сле это­го со­сто­я­лось по­свя­ще­ние Гри­го­рия в епи­ско­па го­ро­да Са­си­ма по тай­но­му со­гла­ше­нию ар­хи­епи­ско­па Ва­си­лия с от­цом Гри­го­рия. Ви­дя в этом во­лю Бо­жию, он при­нял свя­щен­ное ру­ко­по­ло­же­ние, но от­ка­зал­ся от при­ня­тия са­мой долж­но­сти и в ка­че­стве со­пра­ви­те­ля (ви­ка­рия) про­дол­жал слу­жить сво­е­му ро­ди­те­лю и пастве на­зи­анзской. В 374 го­ду скон­чал­ся пре­ста­ре­лый ро­ди­тель Гри­го­рия, а вслед за ним – и мать его. Свя­той Гри­го­рий про­дол­жал неко­то­рое вре­мя труд от­ца по управ­ле­нию На­зи­анзской цер­ко­вью, но силь­но за­бо­лел. Вы­здо­ро­вев, он уда­лил­ся в уеди­нен­ную оби­тель, где в по­сте и мо­лит­ве про­был око­ло трех лет.
Но ве­ли­кий све­тиль­ник не мог укрыть­ся в мо­на­ше­ской ке­ллии. Из­бран­ный пра­во­слав­ны­ми епи­ско­па­ми и ми­ря­на­ми на пре­стол ар­хи­епи­ско­па в Кон­стан­ти­но­по­ле, он при­был ту­да в эпо­ху са­мо­го силь­но­го вла­ды­че­ства ари­ан, ко­гда ими бы­ли за­хва­че­ны все хра­мы в сто­ли­це. Св. Гри­го­рий оста­но­вил­ся в до­ме сво­их зна­ко­мых. Од­ну из ком­нат об­ра­тил в храм, на­звав ее «Ана­ста­си­ей», что зна­чит «вос­кре­се­ние», с на­деж­дой, что здесь вос­креснет пра­во­сла­вие, и на­чал про­по­ве­до­вать. Ари­ане за­сы­па­ли его на­смеш­ка­ми и ру­га­тель­ства­ми, бро­са­ли в него кам­ня­ми, под­сы­ла­ли к нему тай­ных убийц. Но на­род узнал сво­е­го ис­тин­но­го пас­ты­ря и стал тес­нить­ся к его ка­фед­ре, как же­ле­зо льнет к маг­ни­ту (по вы­ра­же­нию св. Гри­го­рия). Силь­ным сво­им сло­вом, при­ме­ром сво­ей жиз­ни и пас­тыр­ским усер­ди­ем он по­беж­дал вра­гов Церк­ви. Лю­ди в огром­ном ко­ли­че­стве сте­ка­лись со всех кон­цов по­слу­шать его вдох­но­вен­ные про­по­ве­ди. Слу­ша­те­ли вол­но­ва­лись око­ло его ка­фед­ры по­доб­но бур­но­му мо­рю, гром­ко вы­ра­жа­ли зна­ки одоб­ре­ния ру­ко­плес­ка­ни­я­ми и вос­кли­ца­ни­я­ми, а ско­ро­пис­цы уве­ко­ве­чи­ва­ли его сло­ва. Еже­днев­но ты­ся­чи лю­дей из ере­си воз­вра­ща­лись к Пра­во­слав­ной Церк­ви.
На­ко­нец, уже по­сле во­ца­ре­ния пра­во­слав­но­го им­пе­ра­то­ра Фе­о­до­сия (379–395 гг.) упор­ству­ю­щие ари­ане бы­ли из­гна­ны из хра­мов сто­ли­цы. Ко­гда об­на­ру­жи­лась ересь Ма­ке­до­ния (Ма­ке­до­ний от­ри­цал Бо­же­ство Свя­то­го Ду­ха), свя­той Гри­го­рий бо­рол­ся про­тив нее и при­ни­мал жи­вое уча­стие в за­се­да­ни­ях Вто­ро­го Все­лен­ско­го Со­бо­ра. Со­вер­шив свой по­двиг, он от­ка­зал­ся от Кон­стан­ти­но­поль­ской ка­фед­ры, ска­зав: «Про­щай, ка­фед­ра, – это за­вид­ная и опас­ная вы­со­та!» Свя­той Гри­го­рий уда­лил­ся в род­ное се­ле­ние Ари­анз, близ На­зи­ан­за, и здесь в стро­гих ас­ке­ти­че­ских по­дви­гах про­вел по­след­ние го­ды сво­ей жиз­ни.
За свои за­ме­ча­тель­ные бо­го­слов­ские тво­ре­ния св. Гри­го­рий по­лу­чил от Церк­ви по­чет­ное на­име­но­ва­ние Бо­го­сло­ва и все­лен­ско­го учи­те­ля, а за спо­соб­ность про­ни­кать мыс­лью до са­мых глу­бо­ких тайн ве­ры и вы­ра­жать непо­сти­жи­мые ее ис­ти­ны с про­зрач­ной яс­но­стью и стро­гой точ­но­стью Цер­ковь в од­ной из мо­литв на­зы­ва­ет его умом са­мым вы­со­ким. Про­по­ве­ди его на­сы­ще­ны та­кой по­э­зи­ей, что мно­гие фра­зы из них бы­ли ис­поль­зо­ва­ны (св. Иоан­ном Да­мас­ки­ным и дру­ги­ми) для празд­нич­ных пес­но­пе­ний. Нетлен­ные ча­сти­цы мо­щей св. Гри­го­рия до сих пор ис­то­ча­ют див­ное бла­го­уха­ние.
В Кон­стан­ти­но­по­ле дол­го про­ис­хо­ди­ли спо­ры о том, ко­му из трех свя­ти­те­лей сле­ду­ет от­да­вать пред­по­чте­ние. Од­на часть лю­дей пре­воз­но­си­ла свя­ти­те­ля Ва­си­лия (па­мять 1 ян­ва­ря), дру­гая сто­я­ла за Гри­го­рия Бо­го­сло­ва (па­мять 25 ян­ва­ря), тре­тья по­чи­та­ла свя­ти­те­ля Иоан­на Зла­то­уста (па­мять 13 но­яб­ря).
От это­го сре­ди хри­сти­ан про­изо­шли цер­ков­ные раз­до­ры: од­ни на­зы­ва­ли се­бя ва­си­ли­а­на­ми, дру­гие – гри­го­ри­а­на­ми, тре­тьи – иоан­ни­та­ми.
По во­ле Бо­жи­ей в 1084 го­ду мит­ро­по­ли­ту Ев­ха­ит­ско­му Иоан­ну яви­лись три свя­ти­те­ля и, объ­явив, что они рав­ны пред Бо­гом, по­ве­ле­ли пре­кра­тить спо­ры и уста­но­вить об­щий день празд­но­ва­ния их па­мя­ти.