ВОЗНЕСЕНИЕ ПРЕСВЯТОЙ БОГОРОДИЦЫ

 

ХАХУЛЬСКАЯ

ИСТОРИЯ

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

Вблизи древнего града Кутаиса, бывшего некогда величественной столицей непревзойденной Колхиды, находится овеянный бессмертной славой Гелатский монастырь, основанный восстановителем Иверии Святым праведным Царем Давидом III (память 26 января) в VIII веке в память о блаженном Успении Божией Матери. В сем великом и дорогом для каждого христианина Святом месте пребывала великая Святыня Иверии образ Пресвятой Владычицы нашей, именуемой Хахульская. Икона Богородицы по преданию исполнена Святым Апостолом и Евангелистом Лукой (память 4 января, 22 апреля и 18 октября). 
Эта Святая чудотворная икона представляет собой складень, на котором изображение Богоматери поясное, в молитвенном положении, без Предвечного Младенца. Лик Пресвятой Богородицы темного колорита совершенно сходен с тем образом, который находился в соборе Нерукотворного образа Господа нашего Иисуса Христа, что располагался в Зимнем дворце Санкт-Петербурга. На Хахульской иконе исполнена из чистого золота риза, осыпанная драгоценными камнями, многие из которых пожертвованы Царями Иверии в VII-XI веках. Многие из этих драгоценностей пожертвованы самой Святой Царицей Тамарой (память 1 мая). Предание указывает, что Святая равноапостольная Тамара, собираясь однажды к Божественной литургии в древний Гелатский монастырь, приготовила для украшения своего головного убора драгоценные камни. Но в это время ей доложили, что неведомая никому нищая просит милостыни у дверей ее дворца. Царица Тамара приказала ей немного подождать, когда же по выходу из дворца, она хотела подать просимой милостыню, никому неведомую нищую, как ни старались, не могли отыскать. Тогда то Святая богобоязненная Царица сильно встревожилась, памятуя что в лице той нищей она отказала в милостыне самой Царице Небесной ибо Святой Тамаре было известно, что Сама Пречистая Дева по воле Божией странствует по миру и могла придти к ней под видом просимой. С сокрушенным сердцем и глубоким раскаянием Святая Царица Тамара сняла с себя то, что стало причиной ее искушения, — Царскую повязку — и возложила ее на венец Той, Кто никогда не замедлит оказать помощь всем, призывающим Ее, — и венценосным и самым простым труждающимся во славу Божию. Так светлый лик Божией Матери, запечатленный Святым Апостолом и Евангелистом Лукой, был украшен Царским венцем Иверии, а сама икона стала отныне как бы царствующей над всей землей Первого удела Богородицы. Почитание Святого образа Хахульского было велико и не угасало все годы существования Грузинского Царства. Празднование сей великой иконе бывает и теперь в день Двунадесятого праздника Успения Пресвятой Владычицы нашей совершаемого Единой Святой Соборной Апостольской Церковью 15 августа по завершению Успенского поста.

 

АЦКУРСКАЯ

ИСТОРИЯ

 

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

Согласно грузинской летописи «Картли Цховреба» и другим источникам апостолы СимонАндрей и Матфий вошли на проповедь Евангелия в Иверии через землю Дид-Адчары в Аджарии и принесли с собой бесценную святыню – нерукотворный образ Пресвятой Богородицы, переданный для этой страны Самой Богоматерью. Летопись гласит что Господь Иисус Христос Сам повелел Ей: «пошли вместо Себя Первозванного Андрея в удел Твой, а с ним – изображение, которое получится от приложения приготовленной на то доски к Твоему лицу. Образ тот будет заменять Тебя и послужит хранителем людей Твоих во веки». Пресвятая Богородица потребовала доску, умывши лицо Свое, приложила ее к нему, и на доске остался образ Владычицы с Предвечным Ее Сыном на руках. Она отдала этот образ апостолу Андрею и сказала: «Благодать и милость родившегося от Меня Господа да будут помогать и сопутствовать тебе. Я же буду молиться за тебя и за народ Мой». Он пал на землю пред Владычицей и со слезами благодарил Ее.
В Аджарии апостол Андрей самоотверженной проповедью и творением чудес обратил множество людей ко Христу и крестил их во имя Святой Троицы. На том месте, в Андриасцкаро, на котором он поставил икону Божией Матери, открылся целебный источник, не пересыхающий по сей день [1]. Новые христиане просили апостола оставить святую икону в защиту им, но апостол не согласился, а велел сделать доску, величиной, как икона, и принести ему. Когда доска была готова, он положил ее на икону Божией Матери, и икона полностью изобразилась на доске, которую апостол и отдал христианам, а сам отправился далее.
Достигнув города Ацкури (в древности: Сосангети, близ современного города Ахалцихе), столицы Самцхийской земли, апостол воскресил умершего сына вдовой царицы. Апостол положил икону на умершего и, воздев руки к небу, начал молиться, а по окончании молитвы взял отрока за руку и, подняв со смертного одра, отдал его матери живым. Царица, а за ней и ведущие люди страны приняли святое крещение, и только жрецы упорно стояли за поклонение их ложным богам Аполлону и Артемиде, вследствие чего в народе произошла распря. Для уничтожения ее, апостол предложил жрецам следующее: «Поставим мою икону в капище ваших богов между статуями их и запечатаем капище двумя печатями, моей и вашей, приставим стражей и станем молиться каждый своему богу, и Того, Кто превозможет и явит пред нами Свою силу, мы признаем Богом Истинным и поклонимся Ему все». Жрецы согласились и на другой день, когда отворили двери, статуи богов, между которыми поставлена была икона Владычицы, валялись на полу капища, разбитые вдребезги. После этого жрецы и их сторонники немедленно приняли от апостола святое крещение.
Поставив в Ацкури новопросвещенным епископа [2] , иереев и диаконов, святой Андрей был умолен оставить также и святую икону Божией Матери. Икону поставили в новом храме, воздвигнутом в честь Владычицы.
В XVI веке Имеретинский царь Баграт III перенёс икону из Ахалцихского края, которым прочно владели турки-османы, в Гелати, где им была основана епископская кафедра, а во второй половине XVI века – обосновался Абхазский Католикосат. Местопребыванием иконы был собор кафедрального Гелатского (Гаенатского) монастыря.
София  Премудрость Божия (Новгородская)

ИСТОРИЯ

 

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

Чу­до­твор­ная ико­на Бо­жи­ей Ма­те­ри «Со­фия – Пре­муд­рость Бо­жия» име­ет­ся во мно­гих хра­мах Рос­сии и сво­дит­ся к двум ти­пам: Ки­ев­ско­му и Нов­го­род­ско­му.
Пер­вая ико­на «Со­фии – Пре­муд­ро­сти Бо­жи­ей» по­яви­лась в Нов­го­ро­де в XV в., хо­тя пер­вая цер­ковь на Ру­си, освя­щен­ная в ее честь, бы­ла по­стро­е­на в 989 го­ду в Нов­го­ро­де, а сле­ду­ю­щая – в 1037-м – в Ки­е­ве.
Цен­траль­ной фигу­рой ико­ны яв­ля­ет­ся Все­дер­жи­тель в ви­де кры­ла­то­го Ог­нен­но­го Ан­ге­ла, ко­то­рый вос­се­да­ет на зо­ло­том пре­сто­ле, под­дер­жи­ва­е­мом се­мью стол­ба­ми. Он об­ла­чен в цар­скую одеж­ду (по­дир) и пре­по­я­сан дра­го­цен­ным по­я­сом, на го­ло­ве – цар­ский ве­нец. В пра­вой ру­ке он дер­жит ски­петр с кре­стом на­вер­ху, а ле­вой при­жи­ма­ет к гру­ди сви­ток. По сто­ро­нам изо­бра­же­ны Бо­го­ма­терь с Бо­гом­ла­ден­цем и св. Иоанн Кре­сти­тель со свит­ком, на ко­то­ром чи­та­ет­ся: «Аз сви­де­тель­ство­вах». Над го­ло­вой Ан­ге­ла – бла­го­слов­ля­ю­щий Хри­стос Спа­си­тель, еще вы­ше – зо­ло­той пре­стол с рас­кры­тою на нем кни­гой – сим­вол Бо­же­ствен­но­го при­сут­ствия. С обе­их сто­рон пре­сто­ла – по три ко­ле­но­пре­кло­нен­ных ан­ге­ла.
О том, что Ог­нен­ный Ан­гел есть Хри­стос, мож­но су­дить по сло­вам апо­сто­ла Пав­ла, ко­то­рый го­во­рит: «… мы про­по­ве­ду­ем Хри­ста рас­пя­то­го… Хри­ста, Бо­жию си­лу и Бо­жию пре­муд­рость… во Иису­се Хри­сте, Ко­то­рый сде­лал­ся для нас пре­муд­ро­стью от Бо­га…» (1Кор.1:23-24, 30).
Св. Иоанн Бо­го­слов в сво­ем От­кро­ве­нии опи­сы­ва­ет Сы­на Че­ло­ве­че­ско­го «…об­ле­чен­но­го в по­дир и по пер­сям опо­я­сан­но­го зо­ло­тым по­я­сом… и очи Его, как пла­мень ог­нен­ный; … и но­ги Его… как рас­ка­лен­ные в пе­чи» (Откр.1:13-15).
Эта де­ре­вян­ная ико­на в се­реб­ря­ной вы­зо­ло­чен­ной ри­зе – спи­сок с Кон­стан­ти­но­поль­ской ико­ны Со­фии им­пе­ра­то­ра Юс­ти­ни­а­на и от­но­сит­ся ко вре­ме­ни по­стро­е­ния Нов­го­род­ско­го со­бо­ра.
Об­раз этот про­сла­вил­ся мно­го­чис­лен­ны­ми чу­до­тво­ре­ни­я­ми. По пре­да­нию, пред ней в 1542 г. по­лу­чи­ла ис­це­ле­ние жен­щи­на, стра­дав­шая бо­лез­нью глаз, как на­пи­са­но в Нов­го­род­ской ле­то­пи­си: «Пре­муд­рость Бо­жия про­сти­ла же­ну, очи­ма бы­ла боль­на». Об­раз св. Со­фии есть вы­ра­же­ние си­лы и дей­ствия Пре­муд­ро­сти Бо­жи­ей, по­то­му и пред­став­ле­на она в ог­нен­ном ви­де.
Все мно­го­чис­лен­ные спис­ки ико­ны «Со­фии – Пре­муд­ро­сти Бо­жи­ей» име­ют сво­им пер­во­об­ра­зом пре­иму­ще­ствен­но ли­бо Ки­ев­скую, ли­бо Нов­го­род­скую ико­ны. Празд­но­ва­ние ки­ев­ской иконе про­ис­хо­дит 8 сен­тяб­ря, а нов­го­род­ской – 15 ав­гу­ста.

 

 

Успение Адриановская

ИСТОРИЯ

 

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

Эта ико­на Успе­ния Бо­жи­ей Ма­те­ри бы­ла на­пи­са­на пре­по­доб­ным Адри­а­ном По­ше­хон­ским в Ко­мель­ской оби­те­ли и при­не­се­на в дре­му­чие ле­са на бе­рег р. Вот­хи. Зна­ме­ние, яв­лен­ное от ико­ны, по­слу­жи­ло на­ча­лом ос­но­ва­нию на этом ме­сте, в пя­ти вер­стах от г. По­ше­хо­нье, мо­на­стыр­ской оби­те­ли, но­ся­щей ныне на­зва­ние Адри­а­нов­ско­го Успен­ско­го мо­на­сты­ря.
В 1540 го­ду Адри­ан, уче­ник пре­по­доб­но­го Кор­ни­лия, и ста­рец Лео­нид с поз­во­ле­ния игу­ме­на Лав­рен­тия, бла­го­сло­вив­ше­го их ико­ною Успе­ния Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы, уда­ли­лись в пу­стынь на ре­ке Вот­хе, в ди­кий по­ше­хон­ский лес, на­хо­дя­щий­ся меж­ду се­ле­ни­я­ми Бе­лым, Пат­ра­боль­ским, Шель­ше­дам­ским и Ухор­ским. По ука­за­нию ино­ка Бес­сту­жа, они же­ла­ли в этой непро­хо­ди­мой пу­сты­ни ос­но­вать мо­на­стырь. По­мо­лив­шись Бо­гу и по­ста­вив на дуб об­раз Успе­ния Бо­го­ро­ди­цы, взя­тый из Кор­ни­ли­е­ва мо­на­сты­ря, пре­по­доб­ные от­цы Адри­ан и Леон­тий от­пра­ви­лись отыс­ки­вать ме­сто, удоб­ное для по­строй­ки ке­льи.
В это вре­мя вниз по ре­ке Вот­хе плы­ли ры­бо­ло­вы, – жи­те­ли Бе­ло­го се­ла. За­бро­сив невод про­тив са­мо­го то­го ду­ба, на ко­то­ром сто­я­ла ико­на Бо­го­ма­те­ри, они вы­та­щи­ли двух щук боль­ших раз­ме­ров, ка­ких ред­ко им слу­ча­лось лав­ли­вать. Вый­дя за­тем на бе­рег, они с удив­ле­ни­ем уви­де­ли на де­ре­ве ико­ну и недо­уме­ва­ли, от­ку­да она мог­ла взять­ся в та­ком непро­хо­ди­мом ме­сте. Один их них ре­шил взять с со­бою эту ико­ну, но лишь толь­ко он при­го­то­вил­ся снять ее с ду­ба, как неви­ди­мою си­лой был от­бро­шен от то­го ме­ста на де­ся­ток лок­тей и неко­то­рое вре­мя ле­жал без чувств и дви­же­ния. Ко­гда же он при­шел в се­бя, то по­ве­дал сво­им то­ва­ри­щам, что ему яв­лял­ся ка­кой-то ста­рец и ска­зал: «Не дер­зай, ча­до, на об­раз Пре­чи­стой Бо­го­ро­ди­цы, а иди с ми­ром на де­ло, на ко­то­рое ис­шел». Ви­дя та­кое чу­до, ры­ба­ки про­сла­ви­ли Бо­га и Его Пре­чи­стую Ма­терь, и, по­ло­жив на суч­ке де­ре­ва, под ико­ной пше­нич­ный хлеб и од­ну из пой­ман­ных ими боль­ших щук, по­спе­ши­ли уехать до­мой.
Немно­го спу­стя, ино­ки вер­ну­лись об­рат­но к ду­бу. Пер­вым при­шел ста­рец Лео­нид и, за­ме­тив неждан­ное при­но­ше­ние, на­чал звать сво­е­го спо­движ­ни­ка: «Адри­ане! Адри­ане! Иди сю­да и по­смот­ри: Бо­го­ро­ди­ца по­сла­ла нам хлеб и ры­бу». Пре­по­доб­ный Адри­ан по­спе­шил на его зов и уви­дав все сво­и­ми гла­за­ми, ура­зу­мел, что Ма­терь Бо­жия, по­сы­лая им здесь столь нуж­ную для них те­перь пи­щу, из­би­ра­ет и са­мое ме­сто это для бу­ду­ще­го хра­ма и мо­на­сты­ря.
За­тем, в чув­стве глу­бо­кой при­зна­тель­но­сти пу­стын­ни­ки вос­пе­ли ка­нон Успе­нию Бо­жи­ей Ма­те­ри и, под­кре­пив­шись Бо­гом по­слан­ной пи­щей, при­ня­лись со­ору­жать хи­жи­ну под тем са­мым ду­бом, где сто­я­ла чу­до­твор­ная ико­на.
Три го­да про­жи­ли пре­по­доб­ный Адри­ан и ста­рец Лео­нид в пу­стын­ном оди­но­че­стве, пре­тер­пе­вая ве­ли­кие ис­ку­ше­ния от диа­во­ла и по­но­ше­ния от злых лю­дей, и за­тем ста­ли по­мыш­лять о со­зда­нии церк­ви и устро­е­нии мо­на­сты­ря. Первую де­ре­вян­ную цер­ковь во имя Успе­ния Бо­жи­ей Ма­те­ри пре­по­доб­ный Адри­ан устро­ил еще в 1543 го­ду, и со­брал бы­ло день­ги для по­стро­е­ния ка­мен­ной. Но в 1550 го­ду он был убит раз­бой­ни­ка­ми.
В на­ча­ле XVII ве­ка на­ча­ли со­вер­шать­ся на мо­ги­ле свя­то­го стар­ца чу­дес­ные ис­це­ле­ния. По при­ка­за­нию пат­ри­ар­ха Фила­ре­та мо­щи его по­ло­же­ны в со­бор­ной церк­ви Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы. За­ме­ча­тель­ной свя­ты­нею Адри­а­но­ва мо­на­сты­ря сла­вит­ся чу­до­твор­ная ико­на Успе­ния Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы, при­не­сен­ная с со­бою пре­по­доб­ным му­че­ни­ком Адри­а­ном

 

 

БОРОВЕНСКАЯ ИКОНА БОГОРОДИЦЫ.

К СОЖАЛЕНИЮ НИЧЕГО ПО НЕЙ НЕ НАШЕЛ.

КТО МОЖЕТ ДАТЬ СПИСОК ИКОНЫ ИЛИ ЛЮБУЮ ИНФОРМАЦИЮ,

ВО СЛАВУ БОЖИЮ.

 

 

 

Сурдегская

 

ИСТОРИЯ

 

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

Сур­дег­ская ико­на Бо­жи­ей Ма­те­ри на­хо­ди­лась в Свя­то-Ду­хо­вом муж­ском мо­на­сты­ре, так­же на­зы­ва­е­мом Сур­дег­ским, рас­по­ло­жен­ном в де­ревне Сур­де­ги неда­ле­ко от г. Па­не­ве­жи­са.
Са­мые ран­ние ис­то­ри­че­ские све­де­ния о Сур­дег­ском мо­на­сты­ре от­но­сят­ся к 1510 го­ду, ко­гда за­бо­та­ми знат­но­го пра­во­слав­но­го хри­сти­а­ни­на – по­ме­щи­ка Бог­да­на Шиш-Ста­виц­ко­го бы­ла по­стро­е­на в этом крае цер­ковь. В 1530 го­ду, над клю­чом, непо­да­ле­ку от этой об­вет­шав­шей уже церк­ви про­изо­шло чу­дес­ное яв­ле­ние ико­ны Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы. Вско­ре по­сле это­го на ме­сте об­ре­те­ния свя­то­го об­ра­за мест­ный по­ме­щик Алек­сей Фе­о­до­ро­вич, по про­зва­нию Вла­ды­ка, вы­стро­ил де­ре­вян­ную цер­ковь во имя Свя­той Жи­во­на­чаль­ной Тро­и­цы.
Спу­стя 20 лет, в 1550 го­ду, воз­ле этой церк­ви бла­го­да­ря со­дей­ствию вла­де­ли­цы сур­дег­ско­го по­ме­стья Ан­ны Ши­шан­ка-Ста­виц­кой был ос­но­ван мо­на­стырь.
Сур­дег­ская оби­тель на про­тя­же­нии всей ис­то­рии сво­е­го су­ще­ство­ва­ния (с 1550 го­да до Пер­вой ми­ро­вой вой­ны) оста­ва­лась вме­сте с хра­ни­мой в ней свя­той ико­ной в лоне Пра­во­слав­ной Церк­ви, несмот­ря на неод­но­крат­ные по­пыт­ки вра­гов пра­во­сла­вия за­хва­тить мо­на­стыр­ские име­ния, разо­гнать мо­на­хов и за­вла­деть чу­до­твор­ной ико­ной. Пре­да­ние по­вест­ву­ет о том, что Сур­дег­ский об­раз Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы од­на­жды был при­ве­зен в Траш­кун­ский ка­то­ли­че­ский мо­на­стырь. Од­на­ко изо­бра­же­ние ли­ка Бо­го­ма­те­ри на иконе ис­чез­ло, как толь­ко ее внес­ли в ко­стел, а у по­хи­ти­те­лей пе­ре­ко­си­ло че­лю­сти. Мест­ный на­сто­я­тель тот­час же воз­вра­тил чу­до­твор­ную ико­ну в Сур­дег­ский мо­на­стырь с крест­ным хо­дом, во вре­мя ко­то­ро­го один из ка­то­ли­ков по­те­рял рас­су­док, гром­ко про­из­не­ся бо­го­хуль­ные сло­ва.
В это же вре­мя од­на сле­пая ни­щая при­бли­зи­лась к свя­той иконе и по­лу­чи­ла ис­це­ле­ние, с го­ря­чей мо­лит­вой опу­стив­шись пе­ред ней на ко­ле­ни, чтобы по мест­но­му обы­чаю прой­ти под свя­ты­ней.
С тех пор в Сур­де­ги для по­кло­не­ния чу­до­твор­но­му об­ра­зу при­хо­ди­ли не толь­ко пра­во­слав­ные, но и ка­то­ли­ки, и ста­ро­об­ряд­цы. Сур­дег­ская ико­на Бо­го­ма­те­ри при­вле­ка­ла к се­бе бо­го­моль­цев из Кур­лян­дии и Бе­ло­рус­сии, но осо­бо по­чи­та­ли ее рус­ские куп­цы из Ри­ги. Еже­год­но, к 15 ав­гу­ста, празд­ни­ку Успе­ния Бо­жи­ей Ма­те­ри, они при­ез­жа­ли в мо­на­стырь и за­ка­зы­ва­ли от­слу­жить «круг», т. е. все­нощ­ную, во­до­свят­ный мо­ле­бен с ака­фи­стом Бо­го­ро­ди­це, ли­тур­гию и па­ни­хи­ду по умер­шим род­ствен­ни­кам. Кро­ме то­го, они при­слу­жи­ва­ли в хра­ме, пе­ли и чи­та­ли на кли­ро­се, про­да­ва­ли све­чи, за­ни­ма­лись чист­кой цер­ков­ной утва­ри.
В день празд­ни­ка Успе­ния об­раз Бо­го­ма­те­ри по­ла­га­ет­ся в осо­бо устро­ен­ный ки­от и об­но­сит­ся жен­щи­на­ми во­круг церк­ви. Путь не боль­шой, но ше­ствие длит­ся до­воль­но дол­го, ча­сто с оста­нов­ка­ми по по­лу­ча­су и бо­лее, чтобы дать воз­мож­ность при­сут­ству­ю­щим прой­ти под ико­ной.
При­ме­ча­те­лен был и дру­гой обы­чай сур­дег­ских па­лом­ни­ков – на дру­гой день по­сле празд­ни­ка об­хо­дить с крест­ным хо­дом и пе­ни­ем цер­ков­ных пес­но­пе­ний в честь Бо­жи­ей Ма­те­ри мо­ги­лы ино­ков и на­сто­я­те­лей оби­те­ли, мно­гие из ко­то­рых по­чи­ва­ли на брат­ском клад­би­ще уже не од­но сто­ле­тие.
В 1812 го­ду на по­жерт­во­ва­ния пра­во­слав­ных жи­те­лей г. Ри­ги бы­ла вы­стро­е­на но­вая ка­мен­ная цер­ковь, с ле­вой сто­ро­ны ко­то­рой на­хо­ди­лась уз­кая лест­ни­ца, ве­ду­щая под ал­тарь – на ме­сто яв­ле­ния чу­до­твор­ной ико­ны (там и по сей день бьет ключ).
Во вре­мя Пер­вой ми­ро­вой вой­ны, в 1915 го­ду, Сур­дег­ская ико­на Бо­жи­ей Ма­те­ри бы­ла эва­ку­и­ро­ва­на вглубь Рос­сии, в Яро­славль, где по­ме­ща­лась в ико­но­ста­се од­но­го из хра­мов. 24 мая 1921 го­да свя­той об­раз вер­нул­ся в Лит­ву и на­хо­дил­ся в Па­не­веж­ской церк­ви.
Со вре­ме­ни Вто­рой ми­ро­вой вой­ны и до­ныне Сур­дег­ская чу­до­твор­ная ико­на Бо­го­ма­те­ри на­хо­дит­ся в Ка­у­нас­ском Бла­го­ве­щен­ском со­бо­ре.
Древ­няя за­пись, сде­лан­ная в мо­на­стыр­ской ле­то­пи­си, по­вест­вуя о мно­го­чис­лен­ных чу­де­сах, яв­лен­ных свя­той ико­ной по го­ря­чим мо­лит­вам ве­ру­ю­щих, гла­сит: «Ес­ли бы на­чать опи­сы­вать все из­лив­ши­е­ся бла­го­де­я­ния че­ло­ве­че­ско­му ро­ду раз­на­го ис­по­ве­да­ния и раз­лич­на­го по­ла и сде­лать о том по­валь­ный обыск от древ­них вре­мен о чу­де­сах от Сур­дег­ской Бо­го­ма­те­ри про­ис­хо­див­ших, то со­ста­ви­лась бы боль­шая биб­лио­те­ка книг…».
Владимирская (Ростовская)

 

ИСТОРИЯ

 

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

О про­ис­хож­де­нии чу­до­твор­ной Вла­ди­мир­ской ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри, ко­то­рая на­хо­ди­лась в ка­фед­раль­ном Успен­ском со­бо­ре Ро­сто­ва Ве­ли­ко­го, в жи­тии пре­по­доб­но­го Али­пия Пе­чер­ско­го рас­ска­зы­ва­ет­ся сле­ду­ю­щее.
Некий бла­го­че­сти­вый ки­ев­ля­нин, по­стро­ив­ший в Ки­ев­ском По­до­ле цер­ковь, по­же­лал укра­сить ее се­мью боль­ши­ми ико­на­ми, на­пи­сан­ны­ми пре­по­доб­ным Али­пи­ем–ико­но­пис­цем. Он об­ра­тил­ся к двум мо­на­хам Ки­е­во-Пе­чер­ско­го мо­на­сты­ря с прось­бой по­спо­соб­ство­вать ему в этом бла­гом де­ле. Ко­гда эти два ино­ка со­гла­си­лись до­го­во­рить­ся с ико­но­пис­цем, за­каз­чик дал им се­реб­ра и под­го­тов­лен­ные для икон дос­ки. Од­на­ко ино­ки день­ги оста­ви­ли се­бе, а пре­по­доб­но­му Али­пию ни­че­го не ска­за­ли. Несколь­ко раз от име­ни Али­пия мо­на­хи тре­бо­ва­ли от за­каз­чи­ка де­нег и, на­ко­нец, ска­за­ли, что пе­чер­ский ико­но­пи­сец от­ка­зы­ва­ет­ся пи­сать ико­ны. То­гда ки­ев­ля­нин явил­ся с жа­ло­бой на Али­пия к игу­ме­ну мо­на­сты­ря пре­по­доб­но­му Ни­ко­ну. При­зван­ный для от­ве­та Али­пий уве­рял, что ему ни­че­го не из­вест­но о за­ка­зе, но игу­мен не по­ве­рил и при­ка­зал при­не­сти при­го­тов­лен­ные для икон дос­ки. Ко­гда же дос­ки бы­ли при­не­се­ны, то все с удив­ле­ни­ем уви­де­ли на них свя­тые об­ра­зы. Столь чу­дес­ное со­бы­тие по­слу­жи­ло яв­ным до­ка­за­тель­ством неви­нов­но­сти пре­по­доб­но­го Али­пия-ико­но­пис­ца и изоб­ли­чи­ло кле­вет­ни­ков.
На од­ной из икон был изо­бра­жен Спа­си­тель, на дру­гой – Бо­жия Ма­терь с Бо­гом­ла­ден­цем, а на осталь­ных – ли­ки свя­тых. Гос­подь Сам по­ка­зал, что все эти ико­ны – чу­до­твор­ные: весь ки­ев­ский По­дол был охва­чен по­жа­ром, уни­что­жив­шим и ту цер­ковь, для ко­то­рой пред­на­зна­ча­лись свя­тые ико­ны. Но они, к ра­до­сти ве­ру­ю­щих, бы­ли най­де­ны в пеп­ле ни­чуть не по­стра­дав­ши­ми от ог­ня.
Весть об этом чу­дес­ном со­бы­тии до­стиг­ла ве­ли­ко­го ки­ев­ско­го кня­зя Вла­ди­ми­ра Мо­но­ма­ха. Он сам при­был на ме­сто по­жа­ра и лич­но убе­дил­ся в це­лост­но­сти икон. Ве­ли­кий князь взял «еди­ну ико­ну, свя­тую Бо­го­ро­ди­цю, и посла в град Ро­стов». По­ли­карп, ав­тор по­ве­сти о пре­по­доб­ном Али­пии, пи­шет: «ико­на эта и до­ныне це­ла, я сам ви­дел ее. И вот, что при мне про­изо­шло в Ро­сто­ве: цер­ковь рух­ну­ла, а та ико­на оста­лась непо­вре­жден­ной и пе­ре­не­се­на бы­ла в де­ре­вян­ную цер­ковь, ко­то­рая сго­ре­ла от по­жа­ра, а ико­на опять оста­лась невре­ди­ма, и при­зна­ков ог­ня нет на ней». На­хо­дил­ся свя­той об­раз Бо­го­ро­ди­цы с Мла­ден­цем Иису­сом в ка­мен­ной церк­ви, по­стро­ен­ной в честь Успе­ния Бо­го­ма­те­ри в Ро­сто­ве Ве­ли­ком. Здесь эта свя­тая ико­на неод­но­крат­но бы­ла про­слав­ле­на чу­де­са­ми.
Од­на­жды сво­ды Успен­ской церк­ви об­ру­ши­лись, но ико­на Бо­го­ма­те­ри оста­лась невре­ди­мой. Несколь­ко раз страш­ные по­жа­ры силь­но по­вре­жда­ли всю цер­ков­ную утварь и ико­ны, но чу­до­твор­ная ико­на Бо­го­ма­те­ри ни­ко­гда не стра­да­ла от ог­ня.
Свя­той об­раз был укра­шен се­реб­ря­ным с по­зо­ло­той окла­дом. На по­след­нем сде­ла­на над­пись, в ко­то­рой ико­на и на­зы­ва­ет­ся «Вла­ди­мир­ской».
Со­глас­но ли­те­ра­тур­ным ис­точ­ни­кам XIX ве­ка, эта ико­на до­шла до на­ча­ла XX ве­ка и яв­ля­ет­ся един­ствен­ным до­сто­вер­ным про­из­ве­де­ни­ем пер­во­го рус­ско­го ико­но­пис­ца пре­по­доб­но­го Али­пия Пе­чер­ско­го.
Галичская (Чухломская)

ИСТОРИЯ

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

 Ико­на Бо­жи­ей Ма­те­ри Га­лич­ская-Чух­лом­ская «Уми­ле­ние» яви­лась в 1350 го­ду пре­по­доб­но­му Ав­ра­амию Га­лич­ско­му, при­шед­ше­му для по­дви­гов на Се­вер по бла­го­сло­ве­нию пре­по­доб­но­го Сер­гия Ра­до­неж­ско­го. На пу­стын­ном бе­ре­гу Га­лич­ско­го озе­ра око­ло боль­шой го­ры, по­кры­той дре­му­чим ле­сом, он об­ра­тил­ся с мо­лит­вой к Бо­жи­ей Ма­те­ри, ис­пра­ши­вая бла­го­сло­ве­ние на по­двиг. По­сле мо­лит­вы Пре­по­доб­ный при­сел от­дох­нуть и вдруг уви­дел на со­сед­ней го­ре яр­кий свет и услы­шал го­лос: «Ав­ра­амий, взой­ди на го­ру, где сто­ит ико­на Мо­ей Ма­те­ри». Пре­по­доб­ный под­нял­ся на го­ру, где си­ял свет, и, дей­стви­тель­но, об­на­ру­жил на де­ре­ве ико­ну Бо­жи­ей Ма­те­ри с Пред­веч­ным Мла­ден­цем. С уми­ле­ни­ем и бла­го­да­ре­ни­ем Гос­по­ду при­нял свя­той по­движ­ник яв­лен­ный об­раз и, укреп­ля­е­мый мо­лит­ва­ми Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы, по­стро­ил на бла­го­сло­вен­ном ме­сте ча­сов­ню, в ко­то­рую пе­ре­нес ико­ну. Через неко­то­рое вре­мя Га­лич­ский князь Ди­мит­рий Фе­о­до­ро­вич, узнав о при­ше­ствии стар­ца, об­ра­тил­ся к нему с прось­бой при­не­сти ико­ну. Пре­по­доб­ный Ав­ра­амий пе­ре­плыл на ла­дье Га­лич­ское озе­ро и, со­про­вож­да­е­мый ду­хо­вен­ством и мно­же­ством на­ро­да, пе­ре­нес чу­до­твор­ный об­раз в со­бор­ный храм го­ро­да Га­ли­ча. В этот день от ико­ны ис­це­ли­лись мно­го­чис­лен­ные бо­ля­щие. Ко­гда пре­по­доб­ный Ав­ра­амий рас­ска­зал о яв­ле­нии ико­ны, князь по­жерт­во­вал день­ги на стро­и­тель­ство мо­на­сты­ря. Вско­ре бы­ла вы­стро­е­на цер­ковь в честь Успе­ния Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы, во­круг ко­то­рой воз­ник мо­на­стырь. Впо­след­ствии пре­по­доб­ный Ав­ра­амий ос­но­вал еще несколь­ко мо­на­сты­рей, по­след­ним из ос­но­ван­ных был Чух­лом­ский, непо­да­ле­ку от го­ро­да Чух­ло­мы. По на­зва­нию этой оби­те­ли по­движ­ни­ка ста­ли име­но­вать Чух­лом­ским, а чу­до­твор­ной иконе усво­е­но на­зва­ние Га­лич­ская-Чух­лом­ская. Празд­но­ва­ние этой иконе со­вер­ша­ет­ся так­же 28 мая и 15 ав­гу­ста.
Влахернская (Грузинская)

ИСТОРИЯ

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

Влахерн­ская (Гру­зин­ская) ико­на Бо­жи­ей Ма­те­ри на­хо­дит­ся в Ква­б­та­хев­ском мо­на­сты­ре, ко­то­рый рас­по­ло­жен юго-за­пад­нее Мц­хе­та, на пра­вой сто­роне ре­ки Ку­ры (Гру­зия).

 

ВОТ И ВСЕ, ЧТО УДАЛОСЬ НАЙТИ ОБ ЭТОЙ ИКОНЕ. СЕЙЧАС. ОПЯТЬ ОБРАЩАЮСЬ С ПРОСЬБОЙ ОБ ИНФОРМАЦИИ. НЕСКОЛЬКО СЕСТЕР, ДВЕ ГРУППЫ, ЕЗДИЛИ НЕДАВНО ВО ВЛАХЕРНСКИЙ МОНАСТЫРЬ. ОБРАЩАЮСЬ К НИМ, ЕСЛИ БУДУТ ЧИТАТЬ ЭТИ СТРОЛКИ. ВО СЛАВУ БОЖИЮ. (АДМИН).
Цилканская

ИСТОРИЯ

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

Цил­кан­ская ико­на Бо­жи­ей Ма­те­ри по сво­е­му про­ис­хож­де­нию совре­мен­на свя­той рав­ноап­о­столь­ной Нине, про­све­ти­тель­ни­це Гру­зии, жив­шей в IV ве­ке. В на­сто­я­щее вре­мя свя­той об­раз на­хо­дит­ся в Цил­кан­ском хра­ме в Кар­та­ли­нии.
Икона Божией Матери Цилканская — древний чудотворный образ, почитаемый в Грузии.
По внешнему виду икона схожа с Влахернским образом Пресвятой Богородицы.
Икона была написана при жизни святой равноапостольной Нины, просветительницы Грузии, и с древности пребывала в соборе города Цилкани близ Мцхеты — столицы древнего Картлийского царства. В 1926 году икона была изъята из храма и передана в один из музеев в Тбилиси. Древний чтимый список иконы находится в главном храме Грузии — соборе Светицховели в Мцхете.

 

ВОТ И ВСЕ, ЧТО УДАЛОСЬ НАЙТИ ОБ ЭТОЙ ИКОНЕ. ЕСТЬ РАЗНОЧТЕНИЯ. СЕЙЧАС. ОПЯТЬ ОБРАЩАЮСЬ С ПРОСЬБОЙ ОБ ИНФОРМАЦИИ И К ТЕМ СЕСТРАМ, КОТОРЫЕ НЕДАВНО БЫЛИ В ГРУЗИИ, ТОЖЕ.. (АДМИН).
«Успение» Овиновская

 

ИСТОРИЯ

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

Ис­то­рия по­яв­ле­ния ико­ны «Успе­ния» Бо­жи­ей Ма­те­ри Ови­нов­ской свя­за­на с Па­и­си­ев­ским муж­ским мо­на­сты­рем (быв. Ко­стром­ская гу­бер­ния). Во вре­мя кня­же­ния на Ру­си Ди­мит­рия Дон­ско­го, некий бо­ярин по име­ни Иван Ови­нов, жив­ший око­ло г. Га­ли­ча-Ко­стром­ско­го, по­же­лал по­стро­ить но­вый храм в Ни­ко­ла­ев­ской оби­те­ли, сто­яв­шей на бе­ре­гу Га­лич­ско­го озе­ра. В один из вос­крес­ных дней он от­пра­вил­ся осмат­ри­вать то ме­сто, где он пред­по­ла­гал воз­двиг­нуть цер­ковь. Ко­гда он при­бли­зил­ся к мо­на­стыр­ским во­ро­там, то неожи­дан­но уви­дел пе­ред со­бой двух пре­крас­ных юно­шей. Они под­нес­ли ему ико­ну Бо­жи­ей Ма­те­ри и пе­ре­да­ли за­по­ведь ро­ди­те­лей его же­ны по­стро­ить цер­ковь во имя Ее и свя­ти­те­ля Ни­ко­лая Мир­ли­кий­ско­го.
Бо­ярин Ови­нов про­стер­ся ниц пе­ред свя­той ико­ной и с бла­го­го­ве­ни­ем при­нял ее от юно­шей. Об­раз Бо­го­ро­ди­цы он внес в мо­на­стыр­скую огра­ду и по­ста­вил на том ме­сте, где хо­тел устро­ить храм. О том, как он по­лу­чил свя­тую ико­ну Бо­жи­ей Ма­те­ри, бо­ярин немед­лен­но рас­ска­зал игу­ме­ну оби­те­ли и бра­тии. По­ла­га­ют, что это со­бы­тие про­изо­шло око­ло 1425 го­да.
Вско­ре по­сле это­го бо­ярин Иван Ови­нов осу­ще­ствил свое бла­гое на­ме­ре­ние и освя­тил храм в честь Успе­ния Бо­го­ма­те­ри. В этом хра­ме и бы­ла по­ме­ще­на свя­тая ико­на, ко­то­рая с тех пор ста­ла из­вест­на под име­нем Ови­нов­ской. Ни­ко­ла­ев­ская оби­тель бы­ла пе­ре­име­но­ва­на в Успен­ский мо­на­стырь.
В 1433 го­ду Мос­ков­ский князь Ва­си­лий Тем­ный в хо­де вой­ны про­тив сво­е­го род­но­го дя­ди Ге­ор­гия Дмит­ри­е­ви­ча Га­лич­ско­го взял го­род Га­лич. Ико­на Успе­ния Бо­го­ма­те­ри бы­ла пе­ре­не­се­на им в Моск­ву и по­став­ле­на в со­бор­ной церк­ви. Несмот­ря на то, что князь Ва­си­лий при­ка­зал охра­нять об­раз, свя­тая ико­на в ту же ночь неви­ди­мой си­лой бы­ла пе­ре­не­се­на в Га­лич­ский Успен­ский мо­на­стырь. Это чу­дес­ное со­бы­тие про­сла­ви­ло ико­ну и сде­ла­ло ее пред­ме­том осо­бен­но­го по­чи­та­ния для ве­ру­ю­щих.
Гаенатская

ИСТОРИЯ

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

На­зва­ние этой ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри свя­за­но с Ге­лат­ским (Га­е­нат­ским) мо­на­сты­рём, рас­по­ло­жен­ным близ го­ро­да Ку­та­и­си. Мо­на­стырь ос­но­вал в 1106 го­ду гру­зин­ский царь Да­вид IV Стро­и­тель. По­сле смер­ти ца­ря оби­тель ста­ла его усы­паль­ни­цей. Дол­гое вре­мя Ге­лат­ский мо­на­стырь был цен­тром цер­ков­ной и куль­тур­ной жиз­ни Гру­зии, а со вто­рой по­ло­ви­ны XVI ве­ка до 1814 го­да ре­зи­ден­ци­ей ка­то­ли­ко­са. С 1994 го­да яв­ля­ет­ся па­мят­ни­ком Все­мир­но­го на­сле­дия.
Бо­лее древ­нее на­зва­ние мо­на­сты­ря – Ге­на­ти, в на­сто­я­щее вре­мя – Ге­ла­ти. Древ­нее на­зва­ние Ге­лат­ско­го мо­на­сты­ря (Ге­на­ти) про­изо­шло от гре­че­ско­го «genathlakon» (рож­де­ние) и свя­за­но с глав­ным хра­мом мо­на­стыр­ско­го комплек­са, освя­щён­но­го в честь Рож­де­ства Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы. По пре­да­нию, Га­е­нат­ская чу­до­твор­ная ико­на Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы при­над­ле­жа­ла свя­той ца­ри­це Та­ма­ре.
В Гру­зии су­ще­ству­ет мест­но­чти­мый празд­ник дру­го­му об­ра­зу из Ге­лат­ско­го мо­на­сты­ря – Ге­лат­ской иконе Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы. Вполне воз­мож­но, что Га­е­нат­ская и Ге­лат­ская ико­ны – один и тот же об­раз, хо­тя их ис­то­рии раз­ные. Ес­ли Га­е­нат­ская ико­на свя­за­на с име­нем ца­ри­цы Та­ма­ры, то Ге­лат­ская ико­на бы­ла при­не­се­на в мо­на­стырь ца­рём Баг­ра­том и ца­ри­цей Еле­ной.
И СНОВА ОБРАЩАЮСЬ К ВАМ, СЕСТРЫ И БРАТЬЯ. (АДМИН).
Тупичевская

ИСТОРИЯ

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

Ту­пи­чев­ская ико­на Бо­жи­ей Ма­те­ри на­хо­ди­лась в Ту­пи­чев­ском Свя­то-Ду­хо­вом мо­на­сты­ре Мо­гилев­ской гу­бер­нии, близ го­ро­да Мсти­слав­ля. Ино­гда эта ико­на на­зы­ва­лась еще «Се­ми­го­род­ною». Празд­но­ва­ние ей, кро­ме 15-го ав­гу­ста, со­вер­ша­ет­ся еще в день Со­ше­ствия Свя­то­го Ду­ха. В 1847 го­ду бы­ли уста­нов­ле­ны три крест­ных хо­да с Ту­пи­чев­ской ико­ной Бо­го­ма­те­ри. Пер­вый из них со­вер­шал­ся в Мо­гилев­ский Ни­коль­ский мо­на­стырь на­ка­нуне празд­ни­ка свт. Ни­ко­лая. Вто­рой – из Ни­коль­ско­го мо­на­сты­ря в Мо­зо­лов­ский в день от­да­ния празд­ни­ка Пас­хи. На­ко­нец, тре­тий крест­ный ход со­вер­шал­ся из Мо­зо­лов­ско­го мо­на­сты­ря в Мсти­слав­скую оби­тель, из ко­то­рой 14 ав­гу­ста ико­на об­рат­но пе­ре­но­си­лась в Ту­пи­чев­ский мо­на­стырь.

УСПЕНИЕ (ЗВЕНИГОРОДСКАЯ).

К СОЖАЛЕНИЮ НИЧЕГО ПО НЕЙ НЕ НАШЕЛ.

КТО МОЖЕТ ДАТЬ СПИСОК ИКОНЫ ИЛИ ЛЮБУЮ ИНФОРМАЦИЮ,

ВО СЛАВУ БОЖИЮ.

 

 

Владимирская Флорищевская

 

ИСТОРИЯ

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

Ико­на на­зва­на Фло­ри­щев­ской по име­ни той оби­те­ли, в ко­то­рой она на­хо­дит­ся. Оби­тель эта ос­но­ва­на Суз­даль­ским мит­ро­по­ли­том Ила­ри­о­ном, ко­то­рый до при­ня­тия ар­хи­ерей­ско­го са­на уда­лил­ся в пу­сты­ню, во Фло­ри­щев­ские го­ры, на­хо­дя­щи­е­ся в ны­неш­ней Вла­ди­мир­ской гу­бер­нии, в Го­ро­хо­вец­ком уез­де. Под­ви­за­ясь в тру­дах ду­хов­но­го са­мо­очи­ще­ния, Ила­ри­он ис­пы­тал ве­ли­кую борь­бу с стра­стя­ми. Эта борь­ба не раз при­во­ди­ла его в от­ча­я­ние. Од­на­жды, ко­гда та­кой при­ступ от­ча­я­ния был осо­бен­но си­лен, Ила­ри­он пал со сле­за­ми пред Вла­ди­мир­ской ико­ной Бо­го­ро­ди­цы и мо­лил ее о по­мо­щи. Вла­ды­чи­ца и За­ступ­ни­ца ро­да хри­сти­ан­ско­го по­спе­ши­ла ока­зать ему по­мощь. Она осе­ни­ла его бла­го­да­тию Сво­ею и уми­ри­ла его мя­ту­щий­ся дух.
Пре­свя­тая Бо­го­ро­ди­ца ока­за­ла ему по­мощь и в дру­гой раз. Од­на­жды Ила­ри­он со­вер­шал бо­го­слу­же­ние вме­сте с иеро­ди­а­ко­ном. В цер­ковь во­шли раз­бой­ни­ки и, вы­звав иеро­ди­а­ко­на на па­перть, звер­ски уби­ли его. За­тем они при­сту­пи­ли к бла­жен­но­му Ила­ри­о­ну и по­тре­бо­ва­ли под угро­зой смер­ти, чтобы он от­крыл им, где об­ре­та­ют­ся мо­на­стыр­ские со­кро­ви­ща. Все уве­ре­ния пре­по­доб­но­го, что мо­на­стырь не рас­по­ла­га­ет ни­ка­ки­ми со­кро­ви­ща­ми, бы­ли на­прас­ны. Раз­бой­ни­ки свя­за­ли его и хо­те­ли уже жечь на огне. Го­то­вясь к смер­ти, Ила­ри­он об­ра­тил свой взор к чу­до­твор­ной Вла­ди­мир­ской иконе Бо­го­ма­те­ри и на­чал усерд­но мо­лить­ся. «О, Пре­чи­стая Де­во Ма­рие, Ма­ти Гос­по­да на­ше­го! — вос­клик­нул он. — Ес­ли они по­вре­дят ме­ня ог­нем, то у ме­ня уже не до­станет сил вы­ну про­слав­лять Сы­на Тво­е­го и Те­бя». Как толь­ко он про­из­нес эту мо­лит­ву, раз­бой­ни­ки по­спеш­но вы­бе­жа­ли из церк­ви: им по­ка­за­лось, что в цер­ковь идут лю­ди для то­го, чтобы схва­тить их.
Од­на­жды Ила­ри­он про­хо­дил ми­мо церк­ви и услы­шал го­лос: «Я про­слав­лю те­бя на зем­ле». Он во­шел внутрь хра­ма, но ни­ко­го там не на­шел. Для него ста­ло несо­мнен­ным, что это был го­лос свы­ше и что ис­хо­дил он от Вла­ди­мир­ской ико­ны Бо­го­ма­те­ри. Ила­ри­он пал пред ней и со сле­за­ми ис­по­ве­дал свое недо­сто­ин­ство.
Пре­по­доб­ный на­чал стро­ить в сво­ей оби­те­ли ка­мен­ную цер­ковь. Эта по­строй­ка при­чи­ня­ла ему мно­го за­бот и бес­по­койств и в то же вре­мя от­вле­ка­ла его от ду­хов­ных по­дви­гов мо­лит­вы и по­ста. К то­му же у ра­бо­чих не раз воз­ни­ка­ли неудо­воль­ствия из-за пи­щи. Мно­го скор­бел пре­по­доб­ный и да­же стал рас­ка­и­вать­ся в том, что на­чал эту по­строй­ку. Од­на­жды, ко­гда он со­вер­шал с бра­ти­ей пра­ви­ло в церк­ви, в скор­би сво­ей он об­ра­тил­ся к об­ра­зу Бо­го­ма­те­ри со сле­ду­ю­щей мо­лит­вой: «О, Пре­щед­рая Де­во Ма­рие, Бо­го­из­бран­ная От­ро­ко­ви­це! Мо­лись о мне греш­ном Сы­ну Тво­е­му и Бо­гу на­ше­му. Не оставь ме­ня, как Са­ма обе­ща­лась Ты не остав­лять ме­ня в скор­бях и нуж­дах и все­гда при­сут­ство­вать со мною. Из­бавь ме­ня от сих без­мер­ных хло­пот». По окон­ча­нии пра­ви­ла бра­тия вы­шли из церк­ви, Ила­ри­он же остал­ся в ней и, при­сев, стал сно­ва раз­мыш­лять о по­строй­ке. Ко­гда он за­дре­мал, то во сне ему яви­лась Бо­го­ма­терь и ска­за­ла:
— Пе­ре­не­си об­раз Мой, име­ну­е­мый Вла­ди­мир­ским, из теп­лой церк­ви и по­ставь его в но­во­со­зи­да­е­мой ка­мен­ной, и Я бу­ду те­бе там По­мощ­ни­цей.
Ила­ри­он, про­бу­див­шись от сна, по­спе­шил тот­час же ис­пол­нить по­ве­ле­ние Бо­го­ма­те­ри, и по­сле это­го по­строй­ка ка­мен­ной церк­ви по­шла очень успеш­но.
Ко­гда храм был по­стро­ен, то Ила­ри­он хо­тел по­свя­тить его име­ни Вла­ди­мир­ской ико­ны Бо­го­ма­те­ри, но во сне ему яви­лась Бо­го­ма­терь с апо­сто­ла­ми в том ви­де, в ка­ком Она изо­бра­жа­ет­ся на иконе Успе­ния Бо­го­ма­те­ри. Ила­ри­он по­нял, что храм дол­жен быть освя­щен в честь Успе­ния Бо­го­ма­те­ри.
В на­сто­я­щее вре­мя чу­до­твор­ная Вла­ди­мир­ская-Фло­ри­щев­ская ико­на Бо­го­ма­те­ри на­хо­дит­ся в со­бор­ном хра­ме Фло­ри­щев­ско­го мо­на­сты­ря, око­ло жерт­вен­ни­ка. На­пи­са­на она зна­ме­ни­тым изо­гра­фом Ива­ном Чи­ро­вым око­ло 1464 го­да.
Кро­ме этой чу­до­твор­ной ико­ны, во Фло­ри­щев­ском мо­на­сты­ре есть дру­гая Вла­ди­мир­ская ико­на Бо­го­ма­те­ри, на­пи­сан­ная так­же из­вест­ным ико­но­пис­цем Си­мо­ном Уша­ко­вым в Москве око­ло 1660 г.

 

 

«Успение» Псково-Печерская

 

ИСТОРИЯ

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

В неболь­шом го­ро­де Пе­че­ры, к за­па­ду от Пско­ва, рас­по­ло­жен мо­на­стырь, так­же на­зы­ва­е­мый Пе­чер­ским. Как го­род, так и мо­на­стырь по­лу­чи­ли свое на­зва­ние от вы­руб­лен­ной неиз­вест­но ко­гда и кем в го­ре древ­ней пе­ще­ры. Она слу­чай­но бы­ла най­де­на в XV ве­ке од­ним кре­стья­ни­ном, ру­бив­шим дро­ва на го­ре. Через неко­то­рое вре­мя к го­ре при­шел свя­щен­ник по име­ни Иоанн и устро­ил в ней цер­ковь. С бла­го­сло­ве­ния Нов­го­род­ско­го ар­хи­епи­ско­па Фе­о­фи­ла эта цер­ковь бы­ла освя­ще­на во имя Успе­ния Бо­жи­ей Ма­те­ри, по­сле че­го от глав­ной хра­мо­вой ико­ны по­лу­чи­ла ис­це­ле­ние од­на жен­щи­на. Ико­на эта с тех пор ста­ла из­вест­на под име­нем «Успе­ния» Пско­во-Пе­чер­ской. Пер­вое чу­дес­ное ис­це­ле­ние от Пско­во-Пе­чер­ско­го об­ра­за про­изо­шло в 1473 го­ду. Свя­щен­ник Иоанн вско­ре при­нял мо­на­ше­ство с име­нем Ио­ны и по­ло­жил ос­но­ва­ние Пе­чер­ской оби­те­ли, бра­тия ко­то­рой вна­ча­ле со­сто­я­ла все­го толь­ко из двух или трех стар­цев-по­движ­ни­ков.
«Успение» (Семигородная)

ИСТОРИЯ

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

«Се­ми­го­род­ная», или «Се­ми­го­род­ская», ико­на «Успе­ние Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы» на­пи­са­на пре­по­доб­ным Ди­о­ни­си­ем Глу­шиц­ким (па­мять 14 июня по но­во­му сти­лю), ос­но­ва­те­лем Глу­шиц­кой оби­те­ли, на­хо­дя­щей­ся в Кад­ни­ков­ском уез­де Во­ло­год­ской гу­бер­нии, к се­ве­ру от Во­лог­ды, на реч­ке Глу­ши­це. Как по­ла­га­ют, из ос­но­ван­ной им оби­те­ли эта ико­на Бо­го­ро­ди­цы бы­ла пе­ре­не­се­на неко­то­ры­ми от­шель­ни­ка­ми на рас­сто­я­ние 20 верст от оби­те­ли, в непро­хо­ди­мые ле­са за ре­кой Двин­цой, в Се­ми­град­скую во­лость.
В том же XV ве­ке Во­ло­год­скую зем­лю по­стиг­ло ужас­ное несча­стье: быст­ро рас­про­стра­ни­лась страш­ная чу­ма, от ко­то­рой вы­мер­ли все жи­те­ли Се­ми­град­ской во­ло­сти. При­ход­ская цер­ковь по­сле это­го по­чти пол­то­рас­та лет сто­я­ла в за­пу­сте­нии. Толь­ко в кон­це XVI ве­ка она ста­ла воз­рож­дать­ся по сле­ду­ю­ще­му по­во­ду.
В Мос­ков­ском Но­во­де­ви­чьем мо­на­сты­ре ле­жа­ла уже три го­да в рас­слаб­ле­нии ста­ри­ца Иули­а­ния, из ро­да бе­ло­зер­ских дво­рян Мед­ве­де­вых. В 1593 го­ду ей во сне яви­лась Бо­го­ро­ди­ца и обе­ща­ла ис­це­ле­ние, ес­ли она пой­дёт в Се­ми­град­скую во­лость и вос­ста­но­вит там за­пу­стев­ший храм. Иули­а­ния да­ла обет ис­пол­нить по­ве­ле­ние Бо­жи­ей Ма­те­ри и, по­лу­чив ис­це­ле­ние от сво­ей тяж­кой бо­лез­ни, от­пра­ви­лась в Се­ми­град­скую оби­тель.
На ука­зан­ном ме­сте она на­шла од­ну толь­ко по­лу­раз­ру­шен­ную цер­ковь и в ней Ди­о­ни­си­е­ву ико­ну Бо­жи­ей Ма­те­ри. Она по­стро­и­ла неда­ле­ко от неё се­бе ке­лью и при­сту­пи­ла к вос­ста­нов­ле­нию хра­ма. Вско­ре храм был вос­ста­нов­лен, а око­ло 1602 го­да бы­ла ос­но­ва­на и оби­тель. В ней Иули­а­ния оста­ва­лась с несколь­ки­ми сёст­ра­ми до са­мой сво­ей кон­чи­ны.
В 1918 го­ду Успен­скую Се­ми­го­род­ную пу­стынь упразд­ни­ли, а в 1926 го­ду за­кры­ли Успен­скую цер­ковь, где на­хо­ди­лась Се­ми­го­род­ная ико­на. Ико­ну «Успе­ние Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы» пе­ре­нес­ли в Ни­ко­ла­ев­ский со­бор го­ро­да Кад­ни­ко­ва. Но в этом же го­ду чу­до­твор­ную ико­ну изъ­яли в му­зей. От са­мо­го же Се­ми­го­род­но­го мо­на­сты­ря оста­лись од­ни ру­и­ны.
Эту ико­ну на­зы­ва­ют так­же Ту­пи­чев­ской и по­это­му ино­гда пу­та­ют с дру­гой Ту­пи­чев­ской ико­ной Бо­жи­ей Ма­те­ри.
«Успение» Киево-Печерская

ИСТОРИЯ

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

Ки­е­во-Пе­чер­ская ико­на Успе­ния Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы – од­на из древ­ней­ших яв­лен­ных икон в Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви. Пре­свя­тая Бо­го­ро­ди­ца вру­чи­ла ее 4-м ви­зан­тий­ским зод­чим, ко­то­рые в 1073 го­ду при­нес­ли ико­ну пре­по­доб­ным Ан­то­нию и Фе­о­до­сию Пе­чер­ским. Зод­чие при­шли в пе­ще­ру к пре­по­доб­ным и спро­си­ли: «Где хо­ти­те вы на­чать цер­ковь?» Свя­тые от­ве­ти­ли: «Иди­те, Гос­подь на­зна­чит ме­сто». – «Как вы, пред­ска­зы­вая се­бе ско­рую смерть, не на­зна­чи­ли еще ме­ста? – уди­ви­лись зод­чие. – А еще да­ли нам столь­ко зо­ло­та». То­гда пре­по­доб­ные при­зва­ли всю бра­тию и ста­ли рас­спра­ши­вать гре­ков, го­во­ря: «Ска­жи­те нам ис­ти­ну, кто вас по­слал и как вы по­па­ли сю­да?». Зод­чие ста­ли рас­ска­зы­вать: «Од­на­жды, ко­гда мы спа­ли в сво­их до­мах, ра­но, на вос­хо­де солн­ца, при­шли к каж­до­му из нас бла­го­об­раз­ные юно­ши и ска­за­ли: «Зо­вет вас Ца­ри­ца во Влахер­ну». Мы при­шли все в од­но вре­мя и, рас­спро­сив­ши друг дру­га, узна­ли, что ту же речь Ца­ри­цы слы­шал каж­дый из нас и од­ни и те же по­слан­ные бы­ли за все­ми на­ми. На­ко­нец, мы уви­де­ли Ца­ри­цу со мно­же­ством во­и­нов. Мы по­кло­ни­лись Ей, и Она ска­за­ла: «Я хо­чу по­стро­ить Се­бе Цер­ковь на Ру­си, в Ки­е­ве, и вот, ве­лю вам это сде­лать. Возь­ми­те зо­ло­та на 3 го­да». – Мы же, по­кло­нив­шись, спро­си­ли: «Гос­по­жа, Ца­ри­ца! Ты по­сы­ла­ешь нас в чу­жую стра­ну, к ко­му мы там при­дем?» – Она от­ве­ча­ла: «Я по­сы­лаю вас вот с ни­ми, с Ан­то­ни­ем и Фе­о­до­си­ем». – Мы уди­ви­лись: «За­чем же, Гос­по­жа, Ты да­ешь нам зо­ло­та на 3 го­да? Им и при­ка­жи за­бо­тить­ся о нас, что нам есть и что пить, и нас ода­ришь, чем Са­ма зна­ешь». – Ца­ри­ца воз­ра­зи­ла: «Этот, Ан­то­ний, толь­ко бла­го­сло­вит и отой­дет от это­го све­та в веч­ный по­кой. А этот, Фе­о­до­сии, отой­дет по­сле него через 2 го­да. Итак, бе­ри­те зо­ло­та до из­быт­ка. А что до то­го, чтобы по­чтить вас, то ни­кто не мо­жет сде­лать это так, как Я. Дам вам, че­го и ухо не слы­ша­ло, и глаз не ви­дел и что на серд­це че­ло­ве­ку не всхо­ди­ло. Я Са­ма при­ду смот­реть Цер­ковь и бу­ду в ней жить». – Она да­ла нам так­же мо­щи свя­тых му­че­ни­ков: Ар­те­мия, По­ли­евк­та, Леон­тия, Ака­кия, Аре­фы, Иа­ко­ва, Фе­о­до­ра – и ска­за­ла: «Это по­ло­жи­те в ос­но­ва­ние». – Мы взя­ли зо­ло­та боль­ше, чем нам нуж­но бы­ло, и Она ска­за­ла: «Вый­ди­те на двор, по­смот­ри­те ве­ли­чи­ну Церк­ви». – Мы вы­шли и уви­де­ли Цер­ковь на воз­ду­хе. Во­шед­ши опять к Ца­ри­це, мы по­кло­ни­лись и ска­за­ли: «Гос­по­жа Ца­ри­ца, ка­кое имя Церк­ви?» – Она от­ве­ти­ла: «Я хо­чу на­звать ее Сво­им Име­нем». – Мы не сме­ли спро­сить, как Ее Имя, но Она опять ска­за­ла Са­ма: «Бо­го­ро­ди­цы­на бу­дет Цер­ковь». – И, дав­ши нам эту ико­ну, ска­за­ла: «Она бу­дет в ней на­мест­ной». Мы по­кло­ни­лись Ей и по­шли в свои до­ма, неся с со­бой ико­ну, по­лу­чен­ную из рук Ца­ри­цы». Вы­слу­шав это, все про­сла­ви­ли Бо­га, и пре­по­доб­ный Ан­то­ний ска­зал: «Де­ти, мы ни­ко­гда не вы­хо­ди­ли из это­го ме­ста. Звав­шие вас бла­го­об­раз­ные юно­ши бы­ли свя­тые Ан­ге­лы, а Ца­ри­ца во Влахерне – Са­ма Пре­свя­тая Бо­го­ро­ди­ца. А что до на­ше­го об­ра­за и дан­но­го как бы через нас зо­ло­та, то Гос­подь ве­да­ет, как Он из­во­лил со­тво­рить это со Сво­и­ми ра­ба­ми. Бла­го­сло­вен при­ход ваш, доб­рую спут­ни­цу вы име­е­те, чест­ную ико­ну Гос­по­жи». Три дня мо­лил­ся пре­по­доб­ный Ан­то­ний, чтобы Гос­подь Сам ука­зал ему ме­сто для церк­ви. По­сле пер­вой но­чи по всей зем­ле бы­ла ро­са, а на свя­том ме­сте су­хо. На дру­гое утро по всей зем­ле бы­ло су­хо, а на свя­том ме­сте ро­са. На тре­тье утро, по­мо­лив­шись, бла­го­сло­ви­ли ме­сто и из­ме­ри­ли зо­ло­тым по­я­сом ши­ри­ну и дли­ну церк­ви. (Этот по­яс еще дав­но при­нес ва­ряг Ши­мон, ко­то­ро­му бы­ло ви­де­ние о по­строй­ке церк­ви.) Огонь, спад­ший с неба по мо­лит­ве пре­по­доб­но­го Ан­то­ния, ука­зал, что Бо­гу угод­но на­чи­на­ние. Так бы­ло по­ло­же­но на­ча­ло Бо­же­ствен­ной Церк­ви.
Ико­на Успе­ния Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы про­сла­ви­лась чу­де­са­ми. Два дру­га, Иоанн и Сер­гий, по­бра­та­лись пе­ред ней. Спу­стя мно­го лет Иоанн смер­тель­но за­бо­лел. Он от­дал свою часть иму­ще­ства в Пе­чер­ский мо­на­стырь, а часть 5-лет­не­го сы­на пе­ре­дал на со­хра­не­ние Сер­гию; ему же от­дал и сы­на За­ха­рию на по­пе­че­ние. Ко­гда За­ха­рии ис­пол­ни­лось 15 лет, он за­хо­тел взять при­над­ле­жав­шее ему иму­ще­ство, но Сер­гий упор­но го­во­рил, что Иоанн все роз­дал ни­щим. Он до­шел до то­го, что при­шел в Успен­скую цер­ковь и по­клял­ся пе­ред чу­до­твор­ной ико­ной, что не брал ни­че­го. Ко­гда он за­хо­тел по­це­ло­вать ико­ну, то не смог при­бли­зить­ся к ней; по­шел к две­рям и вдруг за­кри­чал: «Свя­тые Ан­то­ний и Фе­о­до­сии! Не ве­ли­те уби­вать ме­ня это­му неми­ло­сти­во­му и мо­ли­тесь Гос­по­же Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­це, чтобы Она ото­гна­ла от ме­ня это мно­же­ство бе­сов, ко­то­рым я пре­дан. Пусть бе­рут зо­ло­то и се­реб­ро: оно за­пе­ча­та­но в мо­ей кле­ти». За­ха­рия от­дал все иму­ще­ство в Пе­чер­ский мо­на­стырь, где и сам по­стриг­ся. С тех пор ни­ко­му не да­ва­ли клясть­ся чу­до­твор­ной ико­ной. Ико­на не раз за­щи­ща­ла стра­ну от на­ше­ствия вра­гов. В 1677 го­ду, ко­гда тур­ки оса­жда­ли Чи­ги­рин и Ки­е­ву гро­зи­ла опас­ность, ико­ну по­чти в те­че­ние все­го дня 27 ав­гу­ста об­но­си­ли во­круг го­ро­да. Бо­го­ро­ди­ца бла­го­слов­ля­ла рус­ские вой­ска, шед­шие на Пол­тав­скую бит­ву (1709 г.). В 1812 го­ду ико­ну сно­ва об­но­си­ли во­круг Ки­е­ва. Празд­но­ва­ние иконе по­ло­же­но два­жды в год: 3 мая и 15 ав­гу­ста;

КВАБТАХЕВСКАЯ ИКОНА БОГОРОДИЦЫ.

К СОЖАЛЕНИЮ НИЧЕГО ПО НЕЙ НЕ НАШЕЛ.

КТО МОЖЕТ ДАТЬ СПИСОК ИКОНЫ ИЛИ ЛЮБУЮ ИНФОРМАЦИЮ,

ВО СЛАВУ БОЖИЮ.

 

 

Бахчисарайская (Крымская, Мариупольская)

ИСТОРИЯ

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

Бах­чи­са­рай­ская ико­на Бо­жи­ей Ма­те­ри, со­глас­но пре­да­нию, яви­лась в Кры­му близ г. Бах­чи­са­рая. Кро­ме упо­мя­ну­то­го име­ни, ико­на но­си­ла еще и дру­гие на­зва­ния, в част­но­сти: Па­на­гия, Крым­ская ико­на Бо­го­ма­те­ри и Ма­ри­у­поль­ская. Преж­де эта ико­на на­хо­ди­лась в Успен­ском ски­ту, ко­то­рый был рас­по­ло­жен в гор­ном уще­лье, на окра­ине го­ро­да Бах­чи­са­рая.
От­но­си­тель­но са­мо­го яв­ле­ния чу­до­твор­ной ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри ис­то­ри­че­ских сви­де­тельств не со­хра­ни­лось, но су­ще­ство­ва­ли два пре­да­ния.
Од­но пре­да­ние го­во­рит, что в гор­ном уще­лье, близ Бах­чи­са­рая, по­явил­ся од­на­жды боль­шой змей и стал уби­вать не толь­ко жи­вот­ных, но и лю­дей. Мест­ные жи­те­ли не мог­ли его ис­тре­бить. Чув­ствуя свое бес­си­лие, они об­ра­ти­лись с мо­лит­вой к Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­це и про­си­ли Вла­ды­чи­цу осво­бо­дить их от этой на­па­сти. Но­чью, уви­дев, что на ска­ле го­рит све­ча, они тот­час же вы­сек­ли в го­ре сту­пе­ни и по ним под­ня­лись к го­рев­шей све­че. Там им был яв­лен об­раз Бо­жи­ей Ма­те­ри. Неда­ле­ко от него ле­жал и по­вер­жен­ный змей, ко­то­рый был немед­лен­но со­жжен. По­сле это­го гре­ки и осо­бен­но ге­ну­эз­цы, жив­шие в Фе­о­до­сии, ста­ли усерд­но по­се­щать это ме­сто для по­кло­не­ния свя­то­му об­ра­зу Бо­го­ро­ди­цы.
В дру­гом пре­да­нии го­во­рит­ся о том, что в дав­нее вре­мя воз­ле этих мест пас ста­да пас­тух неко­е­го мест­но­го кня­зя Ми­ха­и­ла. Од­на­жды, за­гнав свои ста­да в Успен­ский овраг, он уви­дел на ска­ле ико­ну Бо­жи­ей Ма­те­ри. Она на­хо­ди­лась са­же­нях в де­ся­ти от зем­ли, пе­ред ней го­ре­ла све­ча. О яв­ле­нии свя­то­го об­ра­за узнал князь и при­ка­зал при­не­сти ико­ну в свой дом, на­хо­див­ший­ся в окрест­ных го­рах. Хо­тя Ми­ха­ил и с бла­го­го­ве­ни­ем при­нял свя­тую ико­ну, но на сле­ду­ю­щий же день ее не ока­за­лось в до­ме: она опять сто­я­ла на преж­нем ме­сте – на ска­ле. Вто­рич­но об­раз был вне­сен в дом, и опять по­вто­ри­лось то же. То­гда ре­ше­но бы­ло устро­ить ма­лый храм в ска­ле, на­про­тив ме­ста яв­ле­ния ико­ны Бо­го­ма­те­ри. С этой це­лью бы­ла вы­се­че­на пе­ще­ра, а сна­ру­жи при­стро­е­на к ней лест­ни­ца. Вви­ду то­го, что яв­ле­ние об­ра­за про­изо­шло 15 ав­гу­ста, то и храм был освя­щен в честь Успе­ния Бо­го­ро­ди­цы.
В 1778 го­ду, при по­след­нем мит­ро­по­ли­те Готф­ском и Ке­фай­ском Иг­на­тии, чу­до­твор­ная ико­на Бо­го­ма­те­ри по­ки­ну­ла Крым и бы­ла при­не­се­на в го­род Ма­ри­у­поль, где по­ме­ща­лась в спе­ци­аль­но по­стро­ен­ной для нее церк­ви в честь Успе­ния Бо­го­ро­ди­цы. Здесь Бах­чи­са­рай­ская ико­на Бо­жи­ей Ма­те­ри про­сла­ви­лась мно­ги­ми чу­до­тво­ре­ни­я­ми – в 1848 го­ду во вре­мя эпи­де­мии хо­ле­ры, а в 1855 – во вре­мя во­ен­ных дей­ствий в Крым­скую кам­па­нию. В 1887 го­ду свя­той об­раз был пе­ре­не­сен в ка­мен­ный храм в честь Успе­ния Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы, где по­ме­щал­ся в спе­ци­аль­ном ки­о­те.
Од­на­ко Бо­жия Ма­терь, освя­тив­шая Успен­скую ска­лу яв­ле­ни­ем Сво­е­го об­ра­за, не пе­ре­ста­ва­ла по­кро­ви­тель­ство­вать это­му ме­сту. Через Свое неви­ди­мое при­сут­ствие Она ста­ла яв­лять зна­ме­ния Сво­е­го ми­ло­сер­дия над страж­ду­щи­ми и та­ким об­ра­зом под­дер­жи­вать в на­ро­де бла­го­го­вей­ное усер­дие в мо­лит­вах к Па­на­гии в Успен­ской ска­ле.
В 1850 го­ду бла­го­да­ря ста­ра­ни­ям ар­хи­епи­ско­па Хер­сон­ско­го Ино­кен­тия со­вер­ше­но бы­ло вос­ста­нов­ле­ние Бах­чи­са­рай­ской оби­те­ли. Она ста­ла но­сить на­зва­ние Бах­чи­са­рай­ско­го Успен­ско­го ски­та, или Па­на­гии. В пе­щер­ной церк­ви и уще­льях бы­ло по­стро­е­но до 16 ке­лий для пу­стын­но­го жи­тия бра­тии. От­кры­тие ски­та про­изо­шло 15-го ав­гу­ста. В этот день к хра­мо­во­му празд­ни­ку Успе­ния сте­ка­лось еже­год­но мно­же­ство бо­го­моль­цев для по­кло­не­ния спис­ку с яв­лен­но­го здесь об­ра­за Бо­го­ма­те­ри.
Бах­чи­са­рай­ская ико­на при­над­ле­жа­ла к чис­лу вос­ко­ма­стич­ных икон, что сви­де­тель­ству­ет о ее срав­ни­тель­ной древ­но­сти и ви­зан­тий­ском про­ис­хож­де­нии. Вре­мя ее на­пи­са­ния, со­глас­но раз­лич­ным мне­ни­ям, ва­рьи­ру­ет­ся от XI до XIV вв. Изо­бра­же­ние от­но­си­лось к ти­пу по­яс­ной Оди­гит­рии с Мла­ден­цем на ле­вой ру­ке.
Для укра­ше­ния Бах­чи­са­рай­ской ико­ны бы­ло со­зда­но несколь­ко риз. Од­на из них, из­го­тов­лен­ная в Кры­му, име­ла над­пись на гре­че­ском язы­ке: «Мо­ле­ние всех бла­го­че­сти­вых хри­сти­ан со­дей­стви­ем и рев­но­стию жи­те­лей го­ро­да Ма­ри­ен, 1774, ап­ре­ля 20 дня». Впо­след­ствии эта ри­за укра­ша­ла спи­сок ико­ны. Дру­гая ри­за бы­ла из­го­тов­ле­на на сред­ства же­ны ге­не­рал-лей­те­нан­та вой­ска Дон­ско­го Ев­до­кии Мар­ты­но­вой; тре­тья, ши­тая жем­чу­гом, усы­пан­ная брил­ли­ан­та­ми и дру­ги­ми кам­ня­ми, бы­ла из­го­тов­ле­на мо­на­хи­ня­ми пред­по­ло­жи­тель­но в 1861 г. на сред­ства от про­да­жи при­но­ше­ний к иконе.
В кон. XIX – нач. XX в. Бах­чи­са­рай­ская ико­на бы­ла очень вет­хой, судь­ба ее по­сле 1918 г. неиз­вест­на.
«Успение» Пюхтицкая

ИСТОРИЯ

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

В Эст­лянд­ской гу­бер­нии, в 16 вер­стах на се­ве­ро-за­пад от Чуд­ско­го озе­ра и в 25 вер­стах от Бал­тий­ской же­лез­ной до­ро­ги, там, где эта гу­бер­ния со­при­ка­са­ет­ся с Псков­ской и Санкт-Пе­тер­бург­ской, на­хо­дит­ся жи­во­пис­ной мест­но­сти вы­со­кая го­ра, поды­ма­ю­ща­я­ся тре­мя усту­па­ми. Это — Бо­го­ро­диц­кая го­ра, но мест­ные жи­те­ли-эс­тон­цы да­ли ей свое на­зва­ние — Пюх­ти­цы, что бук­валь­но озна­ча­ет «Свя­тое ме­сто». У по­дош­вы этой го­ры, с за­пад­ной ее сто­ро­ны, бьет из зем­ли ис­точ­ник пре­крас­ной и це­леб­ной во­ды. Здесь лет 300 то­му на­зад бы­ла об­ре­те­на свя­тая ико­на Успе­ния Бо­го­ма­те­ри.
Пре­да­ние от­но­сит вре­мя яв­ле­ния ико­ны

МЕТЕХСКАЯ ИКОНА БОГОРОДИЦЫ.

К СОЖАЛЕНИЮ НИЧЕГО ПО НЕЙ НЕ НАШЕЛ.

КТО МОЖЕТ ДАТЬ СПИСОК ИКОНЫ ИЛИ ЛЮБУЮ ИНФОРМАЦИЮ,

ВО СЛАВУ БОЖИЮ.

 

 

 Моздокская (Иверская)

ИСТОРИЯ

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

Гру­зин­ская ца­ри­ца свя­тая Та­ма­ра, жив­шая в кон­це XII – на­ча­ле XIII ве­ка, спо­соб­ство­ва­ла рас­про­стра­не­нию на Кав­ка­зе хри­сти­ан­ства, воз­дви­га­ла и снаб­жа­ла утва­рью и об­ла­че­ни­я­ми мно­же­ство хра­мов в го­рах и уще­льях. В один из та­ких хра­мов, на­хо­див­ших­ся око­ло осе­тин­ско­го аула Ма­рьям-Kay, она и при­сла­ла спи­сок с афон­ской Ивер­ской ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри в дар но­во­про­све­щен­ным хри­сти­а­нам. На­пи­са­на эта ико­на бы­ла бла­го­че­сти­вым че­ло­ве­ком, ко­то­рый пе­ред тем, как на­чать ра­бо­ту, по­стил­ся шесть недель.
До 1768 го­да эта ико­на Бо­го­ма­те­ри хра­ни­лась в Кур­та­тин­ском окру­ге. Здесь она три ра­за чу­дес­ным об­ра­зом вы­хо­ди­ла невре­ди­мой из по­жа­ров. В том же го­ду по на­сто­я­нию им­пе­ра­три­цы Ека­те­ри­ны II осе­ти­ны аула Ма­рьям-Kay долж­ны бы­ли вы­се­лить­ся из Кур­та­тин­ско­го окру­га. От­пра­вив­шись в до­ро­гу и взяв с со­бой Ивер­скую ико­ну, пут­ни­ки-осе­ти­ны за­но­че­ва­ли на бе­ре­гу р. Те­рек у го­ро­да Моз­до­ка. Всю ночь от свя­той ико­ны ис­хо­дил яр­кий свет, осве­щая всю окрест­ность, а утром, ко­гда пе­ре­се­лен­цы хо­те­ли про­дол­жить свой путь, во­лы, за­пря­жен­ные в ар­бу, на ко­то­рой по­ме­ща­лась Ивер­ская ико­на, не смог­ли сдви­нуть­ся с ме­ста. Од­но­му из пут­ни­ков бы­ло во сне ви­де­ние: Бо­го­ро­ди­ца при­ка­за­ла оста­вить ико­ну на этом ме­сте. Весть об этом до­шла до ар­хи­ерея Га­ия, ко­то­рым был со­вер­шен тор­же­ствен­ный мо­ле­бен у ико­ны. Ар­хи­ерей хо­тел бы­ло пе­ре­не­сти ико­ну в го­род­ской со­бор, но ему то­же бы­ло от­кры­то, что свя­той об­раз дол­жен оста­вать­ся на том же ме­сте. Епи­скоп внял это­му небес­но­му вну­ше­нию и по­стро­ил здесь для Ивер­ской ико­ны ча­сов­ню, на ме­сте ко­то­рой в 1796–1797 го­дах был вы­стро­ен храм во имя Успе­ния Бо­го­ма­те­ри, здесь же вско­ре бы­ла ос­но­ва­на жен­ская оби­тель. Но в 1799 го­ду и храм, и мо­на­стырь бы­ли за­кры­ты, как бы­ла упразд­не­на и са­ма Моз­док­ская епар­хия.
По пре­да­нию, ко­гда пред­во­ди­тель кав­каз­ских гор­цев Ша­миль под­хо­дил со сво­им вой­ском к Моз­до­ку, чтобы овла­деть им, ему яви­лась в ви­де­нии Же­на в бе­лом оде­я­нии и при­ка­за­ла не тро­гать го­род.
В кон­це XIX сто­ле­тия в честь Ивер­ской ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри жи­те­ля­ми Моз­до­ка был вы­стро­ен ве­ли­че­ствен­ный храм. Но не толь­ко моз­док­ские жи­те­ли счи­та­ли эту ико­ну сво­ей по­кро­ви­тель­ни­цей – она по­чи­та­лась по все­му Кав­ка­зу; и не од­ни лишь пра­во­слав­ные, но и ка­то­ли­ки, на­се­ляв­шие Кав­каз, слу­жи­ли ей мо­леб­ны и ста­ви­ли пред ней све­чи.
От Ивер­ской Моз­док­ской ико­ны со­вер­ши­лось мно­го чу­дес и ис­це­ле­ний. Ча­сто по обе­ту бо­го­моль­цы при­хо­ди­ли к ней из­да­ле­ка бо­си­ком и несколь­ко раз об­хо­ди­ли во­круг со­бо­ра на ко­ле­нях. Каж­дый год ее пе­ре­но­си­ли в г. Вла­ди­кав­каз, где она пре­бы­ва­ла око­ло ме­ся­ца.
К ве­ли­ко­му со­жа­ле­нию, по­сле ре­во­лю­ции 1917 го­да ико­на бы­ла уте­ря­на и се­го­дня в Успен­ской церк­ви го­ро­да Моз­до­ка на­хо­дит­ся ее спи­сок.
ЭЛЕФТЕРОТРИА (ОСВОБОДИТЕЛЬНИЦА)

 

МНЕ НЕКОТОРОЕ ВРЕМЯ НАЗАД ПО ЭЛЕКТРОННОЙ ПОЧТЕ ПРИСЛАЛИ ЭТОТ ОБРАЗ, НО НИЧЕГО О НЕМ НЕ ЗНАЛИ. КАК ПОМНИТЕ НЕСКОЛЬКО МЕСЯЦЕВ НАЗАД МНЕ ПРИСЫЛАЛИ ИКОНУ БОГОРОДИЦЫ В ЦВЕТАХ. И ТОГДА И СЕЙЧАС ГОСПОДЬ СПОДОБИЛ НАЙТИ ИНФОРМАЦИЮ. НАЗВАНИЕ ЕЕ ЭЛЕФТЕРОТРИА (ОСВОБОДИТЕЛЬНИЦА). 
НАХОДИТСЯ В КАФЕДРАЛЬНОМ СОБОРЕ БЛАГОВЕЩЕНИЯ ПРЕСВЯТОЙ БОГОРОДИЦЫ В АФИНАХ. Дни памяти (по старому/новому стилю): 15 августа (28 августа).
ПРАВДА, ВОТ И ВСЕ. БУДУ РАД ВАШЕЙ ПОМОЩИ.  (АДМИН).