Великомученица Параскева Пятница

 

ЖИТИЕ

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

Ве­ли­ко­му­че­ни­ца Па­рас­ке­ва ро­ди­лась в го­ро­де Ико­нии в Ма­лой Азии. Ро­ди­те­ли ее осо­бо чти­ли пят­ни­цу, ко­гда на Кре­сте по­стра­дал Гос­подь Иисус Хри­стос. В честь это­го дня они и дочь свою на­зва­ли Пят­ни­цей (по-гре­че­ски Па­рас­ке­ва).
Она ра­но оси­ро­те­ла. До­стиг­нув со­вер­шен­но­лет­не­го воз­рас­та, Па­рас­ке­ва при­ня­ла обет дев­ства и за­бо­ти­лась о рас­про­стра­не­нии ве­ры Хри­сто­вой сре­ди языч­ни­ков.
В 300 го­ду при­шел в го­род во­е­на­чаль­ник им­пе­ра­то­ра Дио­кле­ти­а­на, ко­то­ро­му бы­ло по­ру­че­но ис­тре­бить хри­сти­ан. Па­рас­ке­ва от­ка­за­лась при­не­сти жерт­ву идо­лам и за это бы­ла под­верг­ну­та ис­тя­за­ни­ям. Ее по­ве­си­ли на де­ре­ве и тер­за­ли те­ло же­лез­ны­ми гвоз­дя­ми и по­том изъ­язв­лен­ную до ко­стей и ед­ва жи­вую бро­си­ли в тем­ни­цу. Бог не оста­вил свя­тую стра­да­ли­цу и чу­дес­но ис­це­лил ее. Злоб­ный му­чи­тель не вра­зу­мил­ся этим чу­дом и про­дол­жал ис­тя­зать свя­тую Па­рас­ке­ву, при­ка­зав по­ве­сить на де­ре­ве и жечь фа­ке­ла­ми. На­ко­нец ей от­сек­ли ме­чом го­ло­ву. Хри­сти­ане по­хо­ро­ни­ли те­ло свя­той Па­рас­ке­вы. От мо­щей ве­ли­ко­му­че­ни­цы по­да­ва­лись ис­це­ле­ния бо­ля­щим.
У пра­во­слав­ных хри­сти­ан свя­тая Па­рас­ке­ва (Пят­ни­ца, или Пет­ка) из­древ­ле поль­зо­ва­лась осо­бой лю­бо­вью. Ей по­свя­ща­ли хра­мы и при­до­рож­ные ча­сов­ни (Пят­ни­цы); счи­та­ли ее за по­кро­ви­тель­ни­цу по­лей и ско­та. В день ее па­мя­ти рус­ские лю­ди при­но­си­ли в храм пло­ды для освя­ще­ния. Свя­тая Па­рас­ке­ва счи­та­ет­ся це­ли­тель­ни­цей ду­шев­ных и те­лес­ных неду­гов, хра­ни­тель­ни­цей се­мей­но­го бла­го­по­лу­чия и сча­стья. Изо­бра­жа­ют ее на ико­нах су­ро­вой по­движ­ни­цей, вы­со­кой, с лу­че­зар­ным вен­цом на го­ло­ве.

МОЛИТВЫ

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

Тропарь великомученицы Параскевы Пятницы

глас 4

Премудрая и всехвальная Христова мученица Параскева,/ мужескую крепость приимши,/ женскую же немощь отвергши,/ диавола победи и мучителя посрами,/ вопиющи и глаголющи:/ приидите, тело мое мечем ссецыте и огнем сожгите,/ аз бо, радующися, иду ко Христу, Жениху моему./ Тоя молитвами, Христе Боже,/ спаси души наша.

Ин тропарь святой великомученицы Параскевы

глас 8

Иже веруя и мужеством душевным, тезоименитне,/ диавола посрамила еси/ и мучительское прещение и раны доблественне победила еси,/ мученице Параскево, вопия:/ мечем сосецайте и огнем сожизайте тело мое,/ яко да, радуюся, прииду Жениху моему Христу Богу./ Егоже моли спастися душам нашим.

Молитва святой великомученице Параскеве, нареченной Пятница

Святая невесто Христова, многострадальная мученице Параскево! Вемы, яко от юности твоея ты всею душею твоею и всем сердцем твоим возлюбила еси Царя Славы, Христа Спасителя, и Ему единому уневестилася еси, раздавши имения твоя неимущим и бедным. Ты силою благочестия твоего, твоим целомудрием и праведностию, яко лучами солнечными, просияла еси, живши свято среди неверных и безбоязненно проповедавши им Христа Бога. Ты, от дней юности твоея, наученная твоими родителями, всегда благоговейно чествовала дни искупительных страстей Господа нашего Иисуса Христа, Егоже ради и сама добровольно пострадала еси. Ты, десницею Ангела Божия от неисцельных ран дивно исцеленная и восприявшая неизреченную светлость, изумила еси неверных мучителей. Ты, именем Господа нашего Иисуса Христа и силою молитвы твоею в капище языческом всех идолов долу повергши, в прах сокрушила еси я. Ты, опаляемая свещами, единою молитвою твоею ко всесильному Господу угасила еси огнь естественный, и тем же пламенем, чудесне возжженным чрез Ангела Божия, попаливши неистовых беззаконников, мног народ привела еси к познанию истиннаго Бога. Ты, во славу Господа приявши мечное главы твоея усечение от мучителей, доблественно скончала еси страдальческий твой подвиг, возшедши душею твоею на Небеса, в чертог вожделеннаго твоего Жениха Христа Царя Славы, радостно сретшаго тя сим небесным гласом: «Радуйтеся, праведнии, яко мученица Параскева увенчася!» Темже и мы днесь приветствуем тя, многострадальная, и, взирающе на святую твою икону, с умилением вопием ти: всечестная Параскево! Вемы, яко велие имаши дерзновение ко Господу: умоли убо Его, Человеколюбца, и о нас предстоящих и молящихся ти. Да подаст Он и нам, якоже тебе, терпение и благодушие в бедах и скорбных обстояниях; да дарует Он, ходатайством твоим и заступлением, радостное, благоденственное и мирное житие, здравие же и спасение, и во всем благое поспешение возлюбленному нашему отечеству да ниспослет святое Свое благословение и мир, и всем православным христианом да подаст твоими святыми молитвами утверждение в вере, благочестии и святости, преспеяние же в христианской любви и всякой добродетели; да очистит нас грешных от всякия скверны и порока; да оградит нас святыми Своими ангелами, да заступит, сохранит и помилует всех святою Своею благодатию и соделает наследниками и причастниками Небеснаго Своего Царствия. И тако улучивше спасение твоими святыми молитвами, предстательством и заступлением, всеславная невесто Христова Параскево, прославим все пречестное и великолепое имя дивнаго во святых Своих истиннаго Бога, Отца, и Сына, и Святаго Духа, всегда, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

Кондак великомученицы Параскевы Пятницы

глас 3

Всесвятое и непорочное мучение принесши,/ яко вено пречестное, безсмертному Жениху Христу,/ Ангельское ликостояние возвеселила еси/ и победила еси демонския козни./ Сего ради тя честно верою чтим,/ мученице Параскево многострадальная.

Молитва иная святой великомученице Параскеве, нареченной Пятница
О, святая и преблаженная мученице Христова Параскево, красото девическая, мучеников похвало, чистоты образе, великодушных зерцало, премудрых удивление, веры христианския хранительнице, идольския льсти обличительнице, Евангелия Божественнаго поборнице, заповедей Господних ревнительнице, сподобльшаяся приити ко пристанищу вечнаго покоя и в чертозе Жениха твоего Христа Бога светло веселящаяся, сугубым венцем девства и мученичества украшенная! Молим тя, святая мученице, буди о нас печальница ко Христу Богу, Его же преблаженнейшим зрением присно веселитися; моли Всемилостиваго, иже словом очи слепым отверзе, да избавит нас от болезни очес наших, телесных вкупе и душевных; разжени твоими святыми молитвами темный мрак прибывший от грехов наших, испроси у Отца Света свет благодати душевным и телесным очесем нашим; просвети нас, омраченных грехми, светом Божия благодати, да твоих ради святых молитв дастся безочесным сладкое зрение. О, великая угодница Божия! О, мужественнейшая дево! О, крепкая мученице святая Параскево! Святыми твоими молитвами буди нам грешным помощница, ходатайствуй и молися о окаянных и зело нерадивых грешницех, ускори на помощь нам, ибо зело немощны есмы. Моли Господа, чистая девице, моли Милосердаго, святая мученице, моли Жениха твоего, непорочная Христова невесто, да твоими молитвами пособствоваши, мрака же греховнаго избывше, во свете истинныя веры и деяний Божественных внидем во свет вечный дне невечерняго, во град веселия приснаго, в немже ты ныне светло блистаеши славою и веселием безконечным, славословящи и воспевающи со всеми Небесными Силами Трисвятительное Единое Божество, Отца и Сына и Святаго Духа, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

КАНОНЫ И АКАФИСТЫ

 

КАНОН ПЕРВЫЙ ВЕЛИКОМУЧЕНИЦЕ ПАРАСКЕВЕ

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

глас 4
Песнь 1
Ирмос: Отверзу уста моя, и наполнятся Духа, и слово отрыгну Царице Матери, и явлюся, светло торжествуя, и воспою, радуяся, Тоя чудеса.
Припев (при келейном чтении): Святая великомученице Параскево, моли Бога о нас.
Светом Божественным осветившися свыше, мрак отжени неразумия моего и подаждь ми молитвами твоими, Параскево, благодать, воспевати твоих, мученице, чудес множества.
Солнца светлейши, яко истинно возсияла еси утро, утверждение Церкве бывши Христовы, озарила еси лучами подвигов, мученице Параскево, твоими чудесы мира концы.
Жениха, Безсмертнаго Христа, возлюбивши, яко верою Того страсти общница показалася еси и восприяла еси вечное Царство и венец нетленный, мученице Параскево славная.
Богородичен: Дево Всенепорочная, Христа родившая, и Сего в ложеснах понесла еси, истинноименитая, разреши мрак души моея и просвети мя, да пою Тя.
Песнь 3
Ирмос: Лук сильных изнеможе, и немощствующии препоясашася силою: сего ради утвердися в Господе сердце мое.
Палицами немилостивно биема, радовашеся, лыстом сокрушаемым и костем вкупе, приснопамятная мученица Параскева, вопиющи: ничтоже мя разлучит от любве Твоея, Христе.
Уста нечестивых, глаголющая беззаконие на преподобнаго, и язык велеречив заградишася, мученица Параскева вопияше, Спаса проповедающи.
Кровей твоих кроплении безбожия огнь погасила еси, многострадальная мученице Параскево, и верных разумы просветила еси.
Богородичен: Глаголы благочестивно исполняются Исаиины: Дева бо родила есть во плоти Жизнодавца Христа, Спаса душ наших.
Седален
Кровей твоих струями, мученице Христова, потоки нечестия изсушивши, всехвальная Параскево, одождением же благодати словесныя напаяеши бразды, в нихже прозябаеши клас веры. К сему же, славная, и по смерти явилася еси, точащи жизнь мучения ради, страстотерпице всехвальная. Моли Христа Бога даровати душам нашим велию милость.
Песнь 4
Ирмос: Седяй в славе на Престоле Божества во облаце легце, прииде Иисус Пребожественный нетленною дланию и спасе зовущия: слава, Христе, силе Твоей.
Уязвившися любовию Христовою, ополчения мучительская крепостию твоею умертвила еси, благодать источаеши присноживотную: страстей ради мздовоздаяние, восприяла еси, Параскево, мучениц Христовых доброта.
Превозшедши вся любовию Христа, Жениха твоего, плотскую любовь возненавидевши, крепко болезненная страдания претерпела еси, мученице Параскево, вопиющи: не разлучи мене, Христе, от желания Твоего мучения подвиг совершити.
Отвергши мира суету всю, Богу Единому прилепилася еси, Параскево мученице, и болезни страдания претерпевши, невесто Божия, мужеумная.
Богородичен: Сниде, яко дождь на руно, во утробу Твою Господь, якоже рече древле пророк, Всенепорочная, Егоже во двух Существах родила еси, Емуже взываем: слава силе Твоей, Господи.
Песнь 5
Ирмос: Ты, Господи, мой свет в мир пришел еси, Свет Святый, обращаяй из мрачна неведения верою воспевающия Тя.
Свет незаходимый вселися в души твоей, да добродетелию сияеши, озаряя тебе непрестанно славящия.
Струю, мученице Параскево, нечестиваго безбожия изсушила еси: течении кровными, неправедно проливаемыми, огнь прелести погасила еси.
Ум имущи прозрачен, пророческаго дара сподобилася еси, хотящая быти всем яве предглаголала еси, Параскево многострадальная.
Богородичен: Мати Божия, души моея злобу исцели, родившая Бога Слова неизреченно. Сего ради вси роди блажат Тя.
Песнь 6
Ирмос: Пожру Ти со гласом хваления, Господи, Церковь вопиет Ти, от бесовския крове очищшися, ради милости от ребр Твоих истекшею Кровию.
Возсияла из Рима, яко солнце светлое, святая мученице, мрак демонский от человек отгоняющи мольбами твоими, Параскево многострадальная.
Исцеления приемлют приходящии прикосновением к раце мощей твоих, кровоточивии и прокаженнии очищаются, отбегают демонския полки, призыванием святаго твоего имени.
Утреневала еси ко Христу, невечернему Солнцу, и Того светлостьми душу, Богомудрая, и сердце озарила еси, Параскево честная, и к Свету Троическому, радуяся, прешла еси.
Богородичен: Исцели души моея страсти, Всенепорочная, безстрастия рождшая Источник, и отжени томительство, непрестанно смущающее сердце мое.
Кондак, глас 3
Всесвятое и непорочное мучение принесши, яко вено пречестное, безсмертному Жениху Христу, Ангельское ликостояние возвеселила еси и победила еси демонския козни. Сего ради тя честно верою чтим, мученице Параскево многострадальная.
Икос
Кто изглаголет силы Господня; или кто повесть страдания твоя и добродетели, мученице; или кий язык воспети возможет по достоинству. Темже и аз, недостойный, воспети покушаюся, хвалити же и славити Владыку Жизнодавца, давшаго тебе на тризнищи крепость мучителей не убоятися, исповедающей Истиннаго Бога. Сего ради тя чтим верою и любовию, мученице Параскево многострадальная.
Песнь 7
Ирмос: Спасый во огни Авраамския Твоя отроки, и халдеи убив, яже правда праведно уловляше, препетый Господи, Боже отец наших, благословен еси.
Голубице, крила имущи златая и оружием хранима крестным, агаряны же, в нощи граду твоему приближившияся, отгнала еси, спасши верныя от убийства, мученице Параскево, поющия: препетый отец наших Боже, благословен еси.
Многообразныя болезни претерпевши Христа ради, мученице Параскево, неболезненный у Него обрела еси покой и, радующися, взываеши: препетый отец наших Боже, благословен еси.
Коль непобедим твой разум, Параскево честная, яко от начальников лика мучителей мук не убоялася еси. С нимиже бравшися, скончалася еси яко служительница тайны Божественныя славы, поющи: препетый отец наших Боже, благословен еси.
Богородичен: Благословен Плод благословеннаго Твоего чрева, Егоже благословят Небесныя Силы и человечестии собори восхваляют, нас избавльшаго клятвы древния, Благословенная, поющих: препетый отец наших Боже, благословен еси.
Песнь 8
Ирмос: Отроки благочестивыя в пещи Рождество Богородичо спасло есть, тогда убо образуемое, ныне же действуемое, вселенную всю воздвизает пети Тебе: Господа пойте дела и превозносите Его во вся веки.
Божественными светлостьми Солнца мысленнаго просветившися, мученице всехвальная Параскево, нощь претекла еси безбожия, поющи единомыслием души: Господа воспевайте дела и превозносите Его во веки.
Яко агница, яко нескверная юница, яко Божественная голубица, яко самовольное заколение, привелася еси, мученице Параскево, Зиждителю твоему и, яко жертва непорочна, принеслася еси, согласно поющи: Господа пойте дела и превозносите Его во веки.
Светлу себе от кровей ризу мучением обложила еси, Параскево, добляя мученице, совлекшися истинно тленнаго со грехи человека, радостно воспевающи: Господа пойте дела и превозносите Его во веки.
Богородичен: Во след Тебе текоша жены, мира сладковоннаго ведуще, Всечистая Богоневесто, Едина Неискусобрачная, из утробы Твоея возсиявшаго Единороднаго Сына, Христа Бога, и с Тобою царствуют истинно, песнословяще Его во веки.
Песнь 9
Ирмос: Всяк земнородный да взыграется, Духом просвещаем, да торжествует же Безплотных умов естество, почитающее священное торжество Богоматере, и да вопиет: радуйся, Всеблаженная Богородице, Чистая Приснодево.
В Небесный чертог всельшися, дево Параскево всечестная, и невидимых доброт разумно насладившися, восприимши неизреченную светлость, просвети поющия и величающия тя.
Венец восприяла еси на главе твоей, Параскево доблеумная, яко скончавши течение и сохранивши веру непоколебиму, праведных чини радостно тя прияша. Тем ныне ублажаем тя.
Подаеши исцелений капли требующим, яко от источника, всебогатая мученице Параскево, уставляющи токи недугов и страстей отгонящи зной, сердца благочестивых напаяющи ко благоплодию Божественных деяний.
Богородичен: Мудрости Вместилище, паче ума лучшаго, явилася еси, Отроковице Всенепорочная, одушевлен же престол и дверь. Тем яко Царицу Тя возлюбльше, девы во след Тебе приведошася, Богоотроковице.
Светилен
Яко шипок краснейший от терновнаго прозябла еси корене, дево Параскево, оброшением, мученице, священнаго страдания обагрившися кровию. И ныне Божественную твою память творящия любовию спасай ны от бед.

КАНОН ВТОРОЙ ВЕЛИКОМУЧЕНИЦЕ ПАРАСКЕВЕ

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

глас 8

Песнь 1

Ирмос: Поим Господеви, проведшему люди Своя сквозе Чермное море, яко Един славно прославися.

Припев (при келейном чтении): Святая великомученице Параскево, моли Бога о нас.

Поим Господеви, прославльшему память мученицы, и приводящу земныя лики к похвалению днесь.

Славу презрела еси, о богатстве нерадивши, честная мученице Параскево, на страсть себе вдала еси.

Возжела Владыка твоея доброты, мученице, в Небесный чертог всели тя.

Богородичен: Род Адамов паче ума блаженства Тобою рай отверст обретше, Богородице, достойно хвалим Тя.

Песнь 3

Ирмос: Ты еси утверждение притекающих к Тебе, Господи, Ты еси свет омраченных, и поет Тя дух мой.

Ты еси утверждение мое, Господи, глаголаше мученица, Ты же и заступление, и к Тебе прибегох, Царю мира.

Явилася еси на судищи, мужеумну душу имущи, и врага, яко нехрабра суща, победила еси, всехвальная.

Души моея зеницы исцели, всехвальная мученице, молитвами твоими и ум мой управи.

Богородичен: Подаждь нам помощь молитвами Твоими, Пречистая, советы отревающи лютых обстояний.

Седален

Постом украсивши чистоту душевную, лучами страдания просвещаеши верныя, мученице многострадальная Параскево. Тем твой святый и светоносный день верою совершающе, благочестно вопием: яко имея дерзновение ко Господу, моли спастися нам.

Песнь 4

Ирмос: Услышах, Господи, смотрения Твоего таинство, разумех дела Твоя, и прославих Твое Божество.

Услышавши, Господи, мученица Параскева заповеди Евангельския, прослави Твое Божество.

Не принесла еси отнюд жертвы демоном мерзским, жертву живу себе Господу вдала еси.

Крепко на судищи ставши, вопияше мученица: со Христом, Женихом моим, распнуся и возцарствую с Ним.

Богородичен: Очищение наших даруй согрешений, яко Безгрешен, и умири люди Твоя, яко Благ, молитвами Рождшия Тя.

Песнь 5

Ирмос: Утренююще, вопием Ти, Господи, спаси ны:Ты бо еси Бог наш, разве Тебе, иного не вемы.

Утренюющи, мученица вопияше Параскева: ничтоже мя разлучит любве Христовы.

Божественную мученицу мнев ослабети, смех сам явися пронырливый.

Просвещение подаждь мне, всехвальная, и многомятежный мой ум просвети молитвами твоими.

Богородичен: Низложи непрестающую бурю страстей, Христа Рождшая, кормчию и Господа.

Песнь 6

Ирмос: Ризу мне подаждь светлу, одеяйся светом, яко ризою, Многомилостиве Христе Боже наш.

Ризою мя с Небесе приодей, Господи, вопияше Параскева, Иже облаки небеса одеваяй, Многомилостиве.

Якоже из рова Даниила услыша Господь, тако и тебе, в темнице молящейся, исцеление подавает.

Мучителеву гордость низложила еси, сама же, невредима пребывши, на муку дерзнула еси.

Богородичен: Слово Божие Тя земным показа Небесную лествицу: Тобою бо к нам сниде.

Кондак, глас 3

Всесвятое и непорочное мучение принесши, яко вено пречестное, безсмертному Жениху Христу, Ангельское ликостояние возвеселила еси и победила еси демонския козни. Сего ради тя честно верою чтим, мученице Параскево многострадальная.

Икос

Кто изглаголет силы Господня; или кто повесть страдания твоя и добродетели, мученице; или кий язык воспети возможет по достоинству. Темже и аз, недостойный, воспети покушаюся, хвалити же и славити Владыку Жизнодавца, давшаго тебе на тризнищи крепость мучителей не убоятися, исповедающей Истиннаго Бога. Сего ради тя чтим верою и любовию, мученице Параскево многострадальная.

Песнь 7

Ирмос: От Иудеи дошедше отроцы, в Вавилоне иногда верою Троическою пламень пещный попраша, поюще: отцев Боже, благословен еси.

Явишася паче ума чудеса Божественныя мученицы, во юнотстве девства победи мучителя, зовущи: отец наших Боже, благословен еси.

Блудящих заградила еси богомерзская уста, среди судища ставши, Бога исповедала еси, взывающи: отец наших Боже, благословен еси.

Забывши женскую немощь, мужественно укрепившися терпением, страждущи, вопияла еси: отец наших Боже, благословен еси.

Богородичен: Из Девическу боку воплощся, явился еси на спасение наше. Тем Твою Матерь ведуще Богородицу, благодарно взываем: отец наших Боже, благословен еси.

Песнь 8

Ирмос: Царя Небеснаго, Егоже поют вои Ангельстии, хвалите и превозносите во вся веки.

Царя Христа Бога, Егоже исповеда дева мученица Параскева, воспевающи: хвалите и превозносите Его во веки.

За любовь Божественныя Троицы огнь безбожия погасила еси, вопиющи: превозносите Христа во веки.

Подвиги, иже к Богу, тьмы начальника низложила еси, поющи: превозносите Христа во веки.

Богородичен: Противных прилога на ны угаси искры, Дево, яко да поем Господа и превозносим Его во веки.

Песнь 9

Ирмос: Воистину Богородицу Тя исповедуем, спасении тобою, Дево чистая, с Безплотными лики Тя величающе.

Воистину тезоименита назвалася еси, Параскево, подобящися страстем Христовым, с Небесными воинствы ликующи.

Постигла еси конец мучения многими страстьми и болезньми твоими, со Ангелы Христа славящи на Небесех, всечестная.

Дерзновение имущи ко Спасу и Владыце, моли за поющия твою память, мученице славная Параскево.

Богородичен: Песньми Тя поем, Богоблагодатная, и немолчно Тебе, радуйся, приносим, Ты бо источила еси всем нам веселие.

Светилен

Яко шипок краснейший от терновнаго прозябла еси корене, дево Параскево, оброшением, мученице, священнаго страдания обагрившися кровию. И ныне Божественную твою память творящия любовию спасай ны от бед.

СВЕРНУТЬ

АКАФИСТ СВЯТОЙ ВЕЛИКОМУЧЕНИЦЕ ПАРАСКЕВЕ, НАРЕЧЕННОЙ ПЯТНИЦА
Конда́к 1
Из­бра́н­ной Бо́­гом от ро́­да благоро́днаго, Икони́йскаго гра́­да, прему́дрой и всехва́льной неве́сте Христо́ве, я́ко избавля́емии то­бо́ю от ис­ку­ше́­ний и бед, бла­го­да́р­ствен­ная пе́­ния и хвале́ния воспису́ем ти моли́твенницы твои́, свя­та́я и многострада́льная му́ченице Параске́во. Ты же, име́я дерз­но­ве́­ние ко Го́с­по­ду, от вся́­ких нас бед сво­бо­ди́, да со уми­ле́­нием и ра́­дос­тию зо­ве́м ти:
Ра́­дуй­ся, Параске́во, не­ве́с­то Хри­сто́­ва всехва́льная.
И́кос 1
А́н­ге­лом чест­ну́ю и вселюбе́зную чис­то­ту́ тво­его́ серд­ца́, многострада́льная Параске́во, непоро́чно сохра́нши, а́н­ге­лом собесе́дница бы́­ти сподо́билася еси́. С ни́миже воспева́я трисвяту́ю песнь Бо́­гу на не­бе­си́, услы́­ши и нас, ве́­рою и лю­бо́­вию чту́­щих тя и во­пию́­щих ти хвале́ния сия́ на зем­ли́:
Ра́­дуй­ся, от­ро­ко­ви́­це, Бо́­гом От­це́м предуста́вленная бы́­ти сообра́зной в страда́нии о́б­ра­зу Сы́­на Его́; ра́­дуй­ся, и Сы́­ном Бо́­жи­им укрепле́нная на по́д­ви­ги страда́льческия.
Ра́­дуй­ся, и́стинную ве́­ру в Животворя́щую и Единосу́щную Тро́ицу свя́то соблю́дшая; ра́­дуй­ся, свято́е це­ло­му́д­рие и де́вственную непоро́чность до́б­ре сохра́ншая.
Ра́­дуй­ся, я́ко ра́­дост­но уневе́стилася еси́ безсме́ртному Небе́сному Жениху́ Хри­сту́; ра́­дуй­ся, зем­на́­го обру́чника па́­че Не­бе́с­на­го зна́ти не восхоте́вшая.
Ра́­дуй­ся, я́ко цвет чис­то­ты́, в неувяда́емой сла́­ве цвету́щая; ра́­дуй­ся, я́ко крин, воня́ми тво­и́х доб­ро­де́­те­лей нам благоуха́ющая.
Ра́­дуй­ся, в Небе́сном вертогра́де неизрече́нною ра́­дос­тию наслажда́ющаяся; ра́­дуй­ся, красне́йшаго па́­че сыно́в че­ло­ве́­чес­ких зре́нием та́­мо утеша́ющаяся.
Ра́­дуй­ся, убели́вшая ри́зы твоя́ в кро́ви А́гнчей на зем­ли́; ра́­дуй­ся, в ли́ке де́вственниц предстоя́щая Бо́жиему А́гнцу на не­бе­си́.
Ра́­дуй­ся, Параске́во, не­ве́с­то Хри­сто́­ва всехва́льная.
Конда́к 2
Ви́­дев­ше бла­го­ле́­пие ли­ца́ тво­его́, свя­та́я му́ченице Параске́во, лю́­дие удивля́хуся, взи­ра́ю­ще на тя, не у́ ве́дяще красоты́ ду́­ши твоея́. Мы же, помина́юще светле́йшия па́­че со́лн­ца доброде́тели твоя́, пои́м Го́сподеви, дарова́вшему те­бе́ бла­го­да́ть Свою́: Алли­лу́иа.
И́кос 2
Му́дрости вмес­ти́­ли­ще па́­че ума́ мир­ски́х мудреце́в яви́­ла­ся еси́, от­ро­ко­ви́­це непоро́чная, измла́да уклони́вшися от люб­ве́ к ми́­ру и отве́ргшися всего́, я́же в ми́­ре, все́ю полното́ю люб­ве́ твоея́ возлюби́ла еси́ Не­бе́с­на­го Жениха́ Хри­ста́, Ца­ря́ Сла́­вы, Ему́­же, я́ко ве́р­ная раба́, в жи­тии́ тво­е́м апо́стольски послужи́ла еси́, жи́вши свя́то среди́ не­ве́р­ных и безбоя́зненно пропове́давши им Хри­ста́ Бо́­га. Таково́му тво­ему́ ра́зуму ди­вя́­ще­ся, сия́ похвалы́ те­бе́ воспису́ем:
Ра́­дуй­ся, прему́драя Ева́нгельская де́­во, во све́­те ве́­ры и дел бла­ги́х ходи́вшая; ра́­дуй­ся, Хри­ста́ Го́с­по­да, Бо́­жию си́­лу и Бо́­жию прему́дрость па́­че всего́ возлюби́вшая.
Ра́­дуй­ся, па́­че мудреце́в ми́­ра се­го́ мудре́йшая; ра́­дуй­ся, па́­че ста́рец идолослужи́тельных разу́мнейшая.
Ра́­дуй­ся, не­ве́р­ных све́­том ве́­ры про­све­ща́ю­щая; ра́­дуй­ся, чад Це́рк­ве Хри­сто́­вы в ве́­ре утвержда́ющая.
Ра́­дуй­ся, лю­бо́­вию твое́ю ко Хри­сту́ а́н­гель­ская ли­ко­стоя́­ния возвеселя́ющая; ра́­дуй­ся, де́монския лука́вствия ору́­жи­ем Крес­та́ Гос­по́д­ня от­го­ня́ю­щая.
Ра́­дуй­ся, в пропове́дании ве́­ры богоглаго́ливая ус­та́ апо́стольская; ра́­дуй­ся, дев христиа́нских укра­ше́­ние.
Ра́­дуй­ся, ве́р­ная ко Хри­сту́ Бо́­гу моли́твеннице о на́­шем спа­се́­нии; ра́­дуй­ся, всех скор­бя́­щих кре́п­кое за­ступ­ле́­ние и ог­раж­де́­ние.
Ра́­дуй­ся, Параске́во, не­ве́с­то Хри­сто́­ва всехва́льная.
Конда́к 3
Си́­лою Хри­сто́­вою соблюда́ема, всесла́вная му́ченице Параске́во, о бо­ле́з­нех те­ле́с­ных небрегла́ еси́, по́двигом до́брым подвиза́тися хо­тя́­щи. Му́жеским смы́с­лом вооружи́вшися, сла́бость же́нскую отве́ргла еси́, упова́нием же укрепи́вшися, ра́­дост­но предста́ла еси́ на су­ди́­ще, иде́­же я́сно ве́­ру в Тро́ицу Боже́ственную пропове́дала еси́, Бо́­гу вопию́щи: Алли­лу́иа.
И́кос 3
Слы́шав от те­бе́, му́д­рая дщерь, непра́ведный судия́ неслы́ханная словеса́ о тво­е́м рожде́нии, я́ко благочести́вии роди́тели твои́, стра́с­ти Хри­сто́­вы почита́юще, знамени́таго дне тезоимени́ту тя нареко́ша, Параске́вою, в предзнаменова́ние, я́ко Хри­сто́­вых страс­те́й и́ма­ши бы́­ти прича́стницею. Не ра́зуме же се­го́ не­чес­ти́­вый иге́мон, но веща́ше ти безсту́дная словеса́ и по­ве­ле́ би́ти тя суро́выми жи́лами и полуме́ртву тя су́щу вве́ргнути в темни́цу. Ты же, до́блественне претерпе́вши жесточа́йшия му́­ки, в темни́це, а́ки в черто́зе све́тле лику́ющи, вопия́ла еси́: «Никогда́же отлучу́ся Те­бе́, Го́с­по­ди, но посли́ ми по́­мощь Твою́ и спа­си́ мя ве­ли́­кия ра́­ди Твоея́ ми́­лос­ти». Те́м­же, убла­жа́­юще тя, во­пи­е́м ти та­ко­ва́я:
Ра́­дуй­ся, незло́бивая голуби́це, от ис­ку­ше́­ний лу­ка́­ва­го вра­га́ свободи́вшаяся; ра́­дуй­ся, слове́сная а́гнице, от зла́­го во́лка мучи́теля к до́б­ро­му Па́­сты­рю Хри­сту́ Бо́­гу прибе́гшая.
Ра́­дуй­ся, во двор слове́сных ове́ц, одесну́ю Его́ стоя́щих, вше́дшая; ра́­дуй­ся, на брак А́гнчий ра́­дост­но теку́щая.
Ра́­дуй­ся, я́ко те­бе́ угото́вано есть благ ве́ч­ных со­кро́­ви­ще; ра́­дуй­ся, я́ко те­бе́ обетова́но есть бла­же́н­ство Ца́рст­ва Не­бе́с­на­го.
Ра́­дуй­ся, прему́драя Ева́нгельская де́­во, све́тло горя́щий свети́льник иму́щая; ра́­дуй­ся, дерз­но­ве́­ние ве́­лие ко Хри­сту́ Бо́­гу стяжа́вшая.
Ра́­дуй­ся, во́­лею свое́ю благо́е и́го Хрис­то́­во на ся подъя́вшая; ра́­дуй­ся, се́рд­це свое́ от вся́­кия ле́сти душевре́дныя чи́сто сохра́ншая.
Ра́­дуй­ся, и́стинная Хри­сто́­вых страс­те́й прича́стнице; ра́­дуй­ся, во стра­да́­ни­ях тво­и́х бла­го­да́т­ную по́­мощь от Хри­ста́ Го́с­по­да получи́вшая.
Ра́­дуй­ся, Параске́во, не­ве́с­то Хри­сто́­ва всехва́льная.
Конда́к 4
Бу́­рю тя́жких ис­ку­ше́­ний воздвиго́ша врази́ про­ти́­ву те­бе́, многострада́льная Параске́во; ты же от тво­и́х крове́й трудолю́бно ча́шу страда́ний испила́ еси́, жела́ющи по Хрис­те́, Женисе́ тво­е́м, во след потещи́, прехва́льная му́ченице, и я́ко ла́стовица доброгла́сная, песнь воспева́ла еси́ Хри­сту́ Бо́­гу: Алли­лу́иа.
И́кос 4
Име́я всег­да́ пред оча́­ми свои́ми Го́с­по­да, за ис­по­ве́­да­ние ве́­ры па́лицами неми́лостивно от му­чи́­те­лей бие́ма, ра́довалася еси́, приснопа́мятная му́ченице Параске́во, вопию́щи: «Ни­что́же мя разлучи́т от люб­ве́ Твоея́, Хрис­те́», и та́­ко подвиза́яся во Сла́­ву Бо́­жию, угоди́ла еси́ Го́с­по­ду. Те́м­же, помина́юще честна́я твоя́ стра­да́­ния, с уми­ле́­нием зо­ве́м ти:
Ра́­дуй­ся, а́гнице вседо́бляя, Пастыренача́льнику Хри­сту́ прине́сшаяся, я́ко же́ртва благоуха́нная; ра́­дуй­ся, безсме́ртному Жениху́ Хри­сту́ не­по­ро́ч­ное муче́ние твое́, я́ко ве́но пре­чест­но́е, предста́вившая.
Ра́­дуй­ся, от­ро­ко­ви́­це чи́с­тая, и́с­тин­ное ис­по­ве́­да­ние ве́­ры Пра­во­сла́вныя пред неве́рными яви́вшая; ра́­дуй­ся, пра́ведная обличи́тельнице, непра́вду не­чес­ти́­ва­го судии́ я́ве откры́вшая.
Ра́­дуй­ся, я́ко то­бо́ю по­сра­ми́­ся лука́вый враг, ви́дящь се­бе́ от ю́ной де́­вы побежде́нна; ра́­дуй­ся, я́ко ра́дуются о те­бе́ и си́­лы не­бе́с­ныя, ви́­дя­ще тя не́мощну и мла́ду су́щу, побежда́ющую лю́­тых му­чи́­те­лей.
Ра́­дуй­ся, голуби́це чи́с­тая и непоро́чная се́рд­цем; ра́­дуй­ся, смире́нная а́гнице, благоуспе́шно чест­не́й и блаже́нней стра́с­ти Госпо́дней уподо́бльшаяся.
Ра́­дуй­ся, я́ко принесла́ся еси́ Зижди́телю тво­ему́, я́ко ка­ди́­ло бла­го­во́н­ное; ра́­дуй­ся, я́ко зрит на тя пресве́тлое Со́лн­це пра́в­ды, тридне́вно возсия́вшее от гро́­ба и укрепи́вшее тя к по́двигу страда́льческому.
Ра́­дуй­ся, я́ко за пре­сла́в­ная твоя́ стра­да́­ния сподо́билася еси́ вни́ти в черто́г Хри­ста́, Ца­ря́ Не­бе́с­на­го; ра́­дуй­ся, я́ко та́­мо вку́­пе со свя­ты́­ми на­слаж­да́е­ши­ся неизрече́нною ра́­дос­тию.
Ра́­дуй­ся, Параске́во, не­ве́с­то Хри­сто́­ва всехва́льная.
Конда́к 5
Боготе́чною звездо́ю прешла́ еси́ в ми́­ре, страстоте́рпице сла́вная Параске́во, я́сно ве́­ру во Хри­ста́ всем пропове́дающи. Стра­да́­ния мно́га и лю́та му́жески претерпе́вши, мучи́теля посрами́ла еси́ и ко Хри­сту́ Го́с­по­ду, я́ко Све́­ту незаходи́мому, ра́­дост­но востекла́ еси́. Ему́­же предстоя́щи с ли́ки пра́­вед­ных, вы́­ну вопие́ши: Алли­лу́иа.
И́кос 5
Ви́­дя­ще си́­лы не­бе́с­ныя пло́­тию стра́ждущую Соде́теля ради страстоте́рпицу Параске́ву, Его́ си́­лою крепя́щуюся, глаго́лаху: «Се, и де́­вы на зем­ли́ просла́виша Го́с­по­да!» Челове́цы же, тре́петом одержи́ми, ужаса́хуся и удивля́ющеся, пе́снь­ми про­сла­вля́­ху: «О, чудесе́! Де́ва вра­га́ по­бе­ди́ и мо́лится ми́лостивому Влады́ке за спа­се́­ние ми́­ра». Се­го́ ра́­ди и мы, помина́юще испо́лненное ве́­ры му́жество твое́, пре­сла́в­ная му́ченице, убла­жа́­ем тя, гла­го́­лю­ще:
Ра́­дуй­ся, до́блественная страстоте́рпице, в защи́ту ве́­ры Пра­во­сла́вныя подвиза́вшаяся; ра́­дуй­ся, наве́тов вра́жиих му́д­рая разори́тельнице.
Ра́­дуй­ся, Икони́йскаго гра́­да учи́тельнице; ра́­дуй­ся, и́дольс­кой су́етной ле́сти обличи́тельнице.
Ра́­дуй­ся, ве́р­ных смы́слы воня́ми доб­ро­де́­те­лей тво­и́х благово́нствующая; ра́­дуй­ся, смрад стра́стный бла­го­да́­тию, свы́­ше ти да́н­ною, от­го­ня́ю­щая.
Ра́­дуй­ся, е́ллинския куми́ры, я́ко прах, уничижи́вшая; ра́­дуй­ся, тво­и́ми по́д­ви­ги, и́же к Бо́­гу, тьмы нача́льника низложи́вшая.
Ра́­дуй­ся, го́рняя, па́­че до́льних, вос­хож­де́­ния в се́рд­це тво­е́м по­ло­жи́­ти возлюби́вшая; ра́­дуй­ся, Хри­сту́ Го́с­по­ду, Человеколю́бцу, всю се­бе́ преда́вшая.
Ра́­дуй­ся, подо́бно первому́ченице Фе́кле, мног наро́д сло́­вом Бо́­жи­им просвети́вшая; ра́­дуй­ся, не­ве́р­ных к Боже́ственней ве́­ре приве́дшая.
Ра́­дуй­ся, Параске́во, не­ве́с­то Хри­сто́­ва всехва́льная.
Конда́к 6
Пропове́дницу чу­де́с и сла́­вы Бо́­жия яви́ла еси́ се­бе́, до́блестная му́ченице Параске́во, по́сле пресла́внаго ис­це­ле́­ния в темни́це, от Хри­ста́ Го́с­по­да те­бе́ дарова́ннаго. Ему́­же возсыла́я бла­го­да́р­ствен­ная мо­ле́­ния, ра́­дост­но мы во­пи­е́м: Алли­лу́иа.
И́кос 6
Возсия́ла еси́, я́ко све­то­за́р­ная звез­да́, обагри́вшися ка́плями кро́вными, и Бо­же́­ствен­ною бла­го­да́­тию отгна́ла еси́ безбо́жия тьму, му́ченице Параске́во, просвети́вши ве́р­ныя, чту́щия твоя́ до́блественныя по́д­ви­ги. Те́м­же восхваля́юще тя, усе́рд­но во­пи­е́м ти:
Ра́­дуй­ся, богому́драя де́­во, Хри­сто́­вых страс­те́й о́бщнице; ра́­дуй­ся, в темни́це ти су́­щей, а́н­гель­ска­го по­се­ще́­ния сподо́бльшаяся.
Ра́­дуй­ся, в отра́ду бо­ле́з­ней тво­и́х ору́дия страс­те́й Хри­сто́­вых созерца́вшая; ра́­дуй­ся, Чест­ны́й Крест и терно́вый ве­не́ц нетле́ннаго Жениха́ тво­его́, Хри­ста́, узре́вшая.
Ра́­дуй­ся, я́з­вы Го́с­по­да на те́ле тво­е́м носи́вшая; ра́­дуй­ся, от всех язв Те́м­же Го́с­по­дом чрез а́н­ге­ла исцеле́нная.
Ра́­дуй­ся, я́ко То́йже Гос­по́дь дарова́л те­бе́ кре́­пость и прему́дрость, е́йже не возмого́ша проти́витися вси противля́ющиися и́стине; ра́­дуй­ся, от крове́й тво­и́х све́тлую се­бе́ ри́зу истка́вшая.
Ра́­дуй­ся, я́ко то­бо́ю от мно́гих ран гре́ш­нии ис­це­ля́­ют­ся; ра́­дуй­ся, я́ко то­бо́ю от разли́чных бо­ле́з­ней, с ве́­рою тя призыва́ющии, здра́­вие при­е́м­лют.
Ра́­дуй­ся, уз гре­хо́в­ных ско́­рая реши́тельнице; ра́­дуй­ся, о всех христиа́нах пред пре­сто́­лом Бо́­жи­им ве́р­ная моли́твеннице.
Ра́­дуй­ся, Параске́во, не­ве́с­то Хри­сто́­ва всехва́льная.
Конда́к 7
Хо­тя́­щу безу́мному мучи́телю иге́мону же­ла́­ние свое́ улу­чи́­ти и па́­ки покуша́ющуся ласка́тельными сло­ве­сы́ те­бе́, свя­та́я му́ченице Параске́во, от и́с­тин­на­го Бо́­га обрати́ти к поклоне́нию и́долом; ты же, я́ко богому́драя де́ва, вра­зум­ля́я его́ в суе́тстве и́долов, рекла́ еси́ ему́: «По­ка­жи́ ми, иге́моне, бого́в, и́хже ты мни́ши исцели́вших мя от ран», и по веле́нию мучи́теля прише́дши в храм и́дольский, помоли́лася еси́ еди́­но­му и́стинному Бо́­гу, от Его́­же Свя­та́­го и́ме­не вси и́до­ли па­до́­ша и разсы́пашася в прах, во увере́ние, я́ко еди́н есть Бог, прославля́емый во Свя­те́й Тро́­ице, Ему́­же вку́­пе со свя­ты́­ми а́нгелами вы́­ну вопие́ши: Алли­лу́иа.
И́кос 7
Но́вую по­ка­за́ безчелове́чия я́рость зверообра́зный му­чи́­тель, ег­да́ те­бе́, свя­та́я му́ченице Параске́во, по­ве­ле́ на дре́­ве пове́сити и свеща́ми горя́щими опаля́ти твоя́ деви́ческая ребра́. Сие́ пачеесте́ственное терпе́ние твое́ бла­го­го­ве́й­но воспомина́юще, похвала́ми блажи́м тя сицевы́ми:
Ра́­дуй­ся, мно­го­об­ра́з­ныя бо­ле́з­ни за Ца­ря́ Хри­ста́ Бо́­га претерпе́вшая; ра́­дуй­ся, я́ко пред ли­це́м челове́ческим а́ще и му́ку прия́ла еси́, упо­ва́­ние же твое́ без­сме́р­тия испо́лнено есть.
Ра́­дуй­ся, я́ко пове́шена была́ еси́ на дре́­ве Хри­ста́ ра́­ди, на Кре­сте́ распя́таго, да вен­це́м не­тле́­ния от Не­го́ увязе́шися; ра́­дуй­ся, я́ко стро́гана была́ еси́ по ребро́м, Иису́­са ра́­ди копие́м в ребро́ прободе́ннаго, да Ца́рствием Его́ Не­бе́с­ным наслади́шися.
Ра́­дуй­ся, я́ко огнь люб­ве́ к Бо́­гу в се́рд­це тво­е́м возжгла́ еси́; ра́­дуй­ся, я́ко за Того́ свеща́ми о́гненными пали́ма была́ еси́.
Ра́­дуй­ся, тверде́йшая адама́нта в тер­пе́­нии тво­е́м показа́вшаяся; ра́­дуй­ся, в ве́­ре во Хри­ста́ Го́с­по­да крепча́е па́­че ка́мене, в му́­же­стве не­по­ко­ле­би́­мом пребы́вшая.
Ра́­дуй­ся, я́ко огне́м опаля́ема, о́гненною му́дростию пла́мень угаси́ла еси́ есте́ственный; ра́­дуй­ся, я́ко све­щу́ неугаси́му ду­ше́в­ную соблю́дши, вошла́ еси́ со Хри­сто́м, Женихо́м тво­и́м, в черто́г Не­бе́с­ный.
Ра́­дуй­ся, я́ко чуде́сными и́скрами стра́с­ти умертви́вши, де́монския полки́ страда́льчески победи́ла еси́; ра́­дуй­ся, я́ко страда́ниями тво­и́ми мног наро́д к позна́нию и́с­тин­на­го Бо́­га привела́ еси́.
Ра́­дуй­ся, Параске́во, не­ве́с­то Хри­сто́­ва всехва́льная.
Конда́к 8
Стра́н­ное и стра́ш­ное свя­ты́я му́ченицы Параске́вы страда́ние ви́­дя­ще, ве́рнии удивля́хуся зело́: ка́­ко мла́да от­ро­ко­ви́­ца су́­щи, в ю́ностнем те­ле­си́ та­ко­ва́я му́жественно за Хри­ста́ терпи́т му́­ки, сле́знаго испо́лнишася умиле́ния? Неве́рнии же тре́петом одержи́ми и чуде́сными и́скрами опаля́еми от А́н­ге­ла, бежа́ху. Мы же, про­слав­ля́ю­ще ди́в­на­го во свя­ты́х Бо́­га, во­пи­е́м: Алли­лу́иа.
И́кос 8
Весь Сладча́йший Иису́с сла́­дость, весь же­ла́­ние те­бе́ бысть, свя­та́я му́ченице Параске́во: сла́дце бо Его́ ра́­ди го́рькия терпе́ла еси́ му́­ки, глаго́лющи к мучи́телю: «Вра́же не­чес­ти́­вый иге́моне, что неи́стовствуеши на христиа́ны? ни ца́рст­ва у те­бе́ отъя́х, ни гра́­да тво­его́ разори́х, но бу́ими сло­ве­сы́ увеща́ти мя помышля́еши. Аз пло́­ти моея́ не щажду́ за Хри­ста́ мо­его́, зане́ Он лю́бит мя: к Не­му́ пойду́ и Того́ бу́ду неве́ста. Той ме­не́ спасе́т от рук враг мои́х и да́­ру­ет ми жизнь ве́ч­ную». Помина́юще си­це­ва́я твоя́ словеса́ и до́блественныя по́д­ви­ги тво­его́ ис­по­ве́д­ни­чест­ва, во­пи­е́м ти:
Ра́­дуй­ся, зло́бы не­ве́р­ных не устраши́вшаяся; ра́­дуй­ся, тва́­ри па́­че Со­зда́в­ша­го не послужи́вшая.
Ра́­дуй­ся, во е́же сопротивля́тися враго́м Бо́­жи­им, в духо́вное все­ору́­жие бла­го­да́­ти Бо́­жией обле́кшаяся; ра́­дуй­ся, и́долом немы́м и глухи́м в ка́пище и́дольском не поклон́ившаяся.
Ра́­дуй­ся, и́ме­нем всеси́льнаго Го́с­по­да и твое́ю к Не­му́ мо­ли́т­вою вся и́до­лы та́­мо сокруши́вшая; ра́­дуй­ся, де́монов кова́рствия Бо­же́­ствен­ною си́­лою упраздни́вшая.
Ра́­дуй­ся, томле́ния му­чи́­те­лей Кресто́м Госпо́дним, я́ко дер­жа́в­ным ору́­жи­ем, му́жески победи́вшая; ра́­дуй­ся, о́гненное опале́ние и жже́ние де́вственнаго телесе́ тво­его́ в воню́ ми́­ра Хри­сту́ Бо́­гу прине́сшая.
Ра́­дуй­ся, ве́­ру, на­де́ж­ду и лю­бо́вь к Бо́­гу сохра́ншая; ра́­дуй­ся, по­бе́­ды ве­не́ц от ру́­ки Хри­ста́ Жиз­но­да́в­ца прие́мшая.
Ра́­дуй­ся, ре­ко́, испо́лненная бла­го­да́­ти Бо́­жия вода́ми; ра́­дуй­ся, ис­то́ч­ни­че, кипя́щий чу­де́с излия́нии.
Ра́­дуй­ся, Параске́во, не­ве́с­то Хри­сто́­ва всехва́льная.
Конда́к 9
Все́­ми богокра́сными ле́потами доб­ро­де́­те­лей украси́вши се­бе́, прехва́льная му́ченице Параске́во, яви́­ла­ся еси́ тве́рда и непоколеби́ма во испове́дании ве́­ры Хри­сто́­вы. Се­го́ ра́­ди а́н­гель­ское ес­тес­тво́ ве́­лиею возра́довася ра́­дос­тию, узре́вше му́жественную кре́­пость твою́ и тве́р­дое твое́ упо­ва́­ние. И мы слы́­шав­ше, ка́­ко по­сра­ми́­ся лука́вый враг, от де́­вы побежда́емь, и ка́­ко Сам Хрис­то́с Бог досто́йно венча́ет тя му́ченицу, ку́п­но с то­бо́ю ра́­дост­но во­пи­е́м про­слав­ля́­юще­му тя Го́с­по­ду: Алли­лу́иа.
И́кос 9
Вити́йствующий язы́к не возмо́жет восхвали́ти де́ла твоя́ и ве­ли́­кия страда́льческия твоя́ по́д­ви­ги по до­стоя́­нию, сла́вная му́ченице Параске́во. Кто бо по́весть стра­да́­ния твоя́ и доброде́тели? На суди́щи бо испове́давши и́с­тин­на­го Бо́­га, от безчелове́чных му­чи́­те­лей претерпе́ла еси́ лю́­тая, боле́зненная стра­да́­ния; и в сих жесто́ких бо­ле́з­нех бы́в­ши па́лицами бие́ма, желе́зными ноготьми́ строга́ема и огне́м пали́ма, ни­что́же и́но веща́ла еси́ к Со­зда́­те­лю тво­ему́, то́кмо сие́: «Спа­си́ мя, Го́с­по­ди, недосто́йную рабу́, не разлучи́ ме­не́, Хрис­те́, от Тво­его́ жела́ния!» Смире́нно помина́юще си­це­ва́я твоя́ стра­да́­ния, умиле́нную песнь при­но́­сим ти, гла­го́­лю­ще:
Ра́­дуй­ся, кро́­вию стра­да́­ния тво­его́ Хри­сту́ Бо́­гу уневе́стившаяся; ра́­дуй­ся, стра­сте́м Хри­сто́­вым подража́вшая.
Ра́­дуй­ся, люб­ве́ ра́­ди Госпо́дни жесто́кия му­че́­ния претерпе́вшая; ра́­дуй­ся, от Не­бе́с­на­го Ца­ря́ благоле́пный ве­не́ц восприя́вшая.
Ра́­дуй­ся, я́ко всем ве́р­ным вос­по­ми­на́­ние твое́ пре­сла́д­ко; ра́­дуй­ся, я́ко всей Це́рк­ви Хри­сто́­вой и́мя твое́ пре­че́ст­но.
Ра́­дуй­ся, досточу́дное а́н­ге­лом и че­ло­ве́­ком зре́­ли­ще бы́в­шая; ра́­дуй­ся, и са́мых му­чи́­те­лей не­по­бе­ди́­мым тер­пе́­ни­ем тво­и́м удиви́вшая.
Ра́­дуй­ся, я́ко Сам Гос­по́дь свы́­ше призре́ на твоя́ стра­да́­ния; ра́­дуй­ся, я́ко Сам Той Подвигополо́жник похвали́ твоя́ по́д­ви­ги.
Ра́­дуй­ся, де́­вам добро́то и похвале́ние; ра́­дуй­ся, му́чеником кра­со­то́ и ве́р­ным уте­ше́­ние.
Ра́­дуй­ся, Параске́во, не­ве́с­то Хри­сто́­ва всехва́льная.
Конда́к 10
Спас­ти́ хо­тя́ ду́­шу твою́, о те́ле тво­е́м вся́чески небрегла́ еси́, свя­та́я му́ченице Параске́во. Ег­да́ бо на тя и ме́ч­ное на смерть осужде́ние изы́де от беззако́ннаго мучи́теля, ты под меч о́стрый, а́ки под ве­не́ц кра́сный, ра́­дост­но потекла́ еси́; и во гла­ву́ усекнове́на бы́в­ши, ду­ше́ю твое́ю воспари́ла еси́ в черто́г Жениха́ тво­его́ Безсме́ртнаго, Хри­ста́ Бо́­га, Ему́­же вы́­ну на Небесе́х ны́­не вос­пе­ва́­еши: Алли­лу́иа.
И́кос 10
Сте­на́ была́ еси́ кре́пка и непоколеби́ма во испове́дании ве́­ры в Триеди́наго Бо́­га. Се­го́ ра́­ди многоболе́зненная стра­да́­ния от мучи́теля претерпе́ла еси́ и, до́б­ре сконча́вши те­че́­ние твое́, ве­не́ц от Хри­ста́ Бо́­га прия́ла еси́, и а́нгельских ликостоя́ний на Не­бе­си́ сподо́билася еси́. Те́м­же воспомина́юще твоя́ по́д­ви­ги, убла­жа́­ем тя, многострада́льная:
Ра́­дуй­ся, те­че́­ние му́ченическаго пу­ти́ до́б­ре сконча́вшая; ра́­дуй­ся, ве́­ру безсме́ртному Жениху́ Хри­сту́ до сме́р­ти сохра́ншая.
Ра́­дуй­ся, в жи­тии́ тво­е́м богоуго́дными де́лы Го́сподеви послужи́вшая; ра́­дуй­ся, за лю­бо́вь ко Хри­сту́ Бо́­гу всю мирску́ю суету́ отве́ргшая.
Ра́­дуй­ся, си́­лою свы́­ше на брань про­ти́­ву сил пре­ис­по́д­них препоя́санная; ра́­дуй­ся, победоно́сною сла́­вою в вы́ш­них от Хри­ста́ Победи́теля оде́янная.
Ра́­дуй­ся, ору́­жи­ем бла­го­во­ле́­ния Бо́­жия венча́нная на зем­ли́; ра́­дуй­ся, цве́том неувяда́емым укра́шенная на Не­бе­си́.
Ра́­дуй­ся, христиа́ном кре́п­кое при­бе́­жи­ще; ра́­дуй­ся, ве́р­ным тве́р­дое за­ступ­ле́­ние.
Ра́­дуй­ся, без­по­мо́щ­ных защи́тительнице; ра́­дуй­ся, си́­рых покрови́тельнице.
Ра́­дуй­ся, Параске́во, не­ве́с­то Хри­сто́­ва всехва́льная.
Конда́к 11
Пе́­ние на́­ше вся́­кое побежда́ется, и мно́гое мно́­жест­во хвале́бных пе́сней, воспису́емых ти, несть дово́льно по до­стоя́­нию вос­хва­ли́­ти тя, прехва́льная му́ченице Параске́во. Оба́­че мо­ли́т­ва­ми тво­и́ми получа́юще от Хри­ста́ Бо́­га неисче́тная благодея́ния, благода́рни су́ще, по­е́м о те­бе́ Ему́: Алли­лу́иа.
И́кос 11
Воз­сия́в­ши нам, я́ко све­ти́­ло светоза́рное, мрак де́монский от че­ло­ве́к тво­и́ми мольба́ми отгоня́еши, свя­та́я му́ченице Параске́во, прие́мши бо бла­го­да́ть це­ли́­ти не­ду́­ги, всем ве́р­ным, при­те­ка́ю­щим к те­бе́ с мо­ли́т­вою, подае́ши ис­це­ле́­ние: кровоточи́вии бо и прокаже́ннии прикоснове́нием к ра́це мо­ще́й тво­и́х очища́ются, глуси́и слы́шат, раз­сла́б­лен­нии здра́ви быва́ют при­зы­ва́­нием свя­та́­го тво­его́ и́ме­не. Мы же, помина́юще ско́­рое за­ступ­ле́­ние твое́, во­пи­е́м ти:
Ра́­дуй­ся, благово́нная сми́рно, Це́р­ковь Христо́ву благоуха́ющая; ра́­дуй­ся, благонаде́жная моли́твеннице, фимиа́м мо­ли́т­вы о нас к Бо́­гу принося́щая.
Ра́­дуй­ся, мирополо́жнице ис­це­ле́­ний неоску́дная; ра́­дуй­ся, со­кро́­ви­ще Бо́­жи­их да­ро́в неиждива́емое.
Ра́­дуй­ся, ча́ше, от оби́­лия до́­му Бо́­жия че́рплющая ра́­дость; ра́­дуй­ся, со­су́­де, от ис­пол­не́­ния Хри­сто́­ва прие́млющий всех благ не­бе́с­ных сла́­дость.
Ра́­дуй­ся, бла­го­да́т­ную ро́су ис­це­ле́­ний всем ве́р­ным ис­то­ча́ю­щая; ра́­дуй­ся, ско́рбныя серд­ца́ неду́жных дарова́нием ис­це­ле́­ний ободря́ющая.
Ра́­дуй­ся, я́ко Хрис­то́с Бог за до́блественная твоя́ стра­да́­ния сла́­ву и велеле́пие на тя возложи́л есть; ра́­дуй­ся, я́ко те­бе́ Царь ца́рст­вую­щих и Гос­по́дь госпо́дствующих бла­же́н­ство Ца́рст­вия Сво­его́ дарова́л есть.
Ра́­дуй­ся, Ца́рст­вия Хри­сто́­ва сонасле́днице; ра́­дуй­ся, сла́­вы Бо́­жией соприча́стнице.
Ра́­дуй­ся, Параске́во, не­ве́с­то Хри­сто́­ва всехва́льная.
Конда́к 12
Бла­го­да́ть от Бо́­га дана́ ти есть подава́ти ис­це­ле́­ния всем тре́­бую­щим, я́ко от ис­то́ч­ни­ка пребога́таго, храни́ти же и соблюда́ти от разли́чных бо­ле́з­ней, бед и скор­бе́й вся́­ка­го че­ло­ве́­ка, ве́­рою, лю­бо́­вию и благогове́нием честна́я твоя́ стра­да́­ния воспомина́ющаго и почита́ющаго. Моли́твеннаго тво­его́ о нас предста́тельства и бла­го­да́т­ных да­ро­ва́­ний не лиши́ и нас, многострада́льная Хри­сто́­ва страстоте́рпице. Да и мы, здра́ви су́ще те́­лом и ду́­хом, в ны́нешней и бу́­ду­щей жи́з­ни о те­бе́ по­е́м Бо́­гу: Алли­лу́иа.
И́кос 12
По­е́м твоя́ кре́пкия по́д­ви­ги, по­чи­та́­ем стра­да́­ния, хва́­лим дол­го­тер­пе́­ние, убла­жа́­ем свя­ту́ю твою́ кон­чи́­ну, сла́­вим твое́ в не́мощнем те́ле не­по­бе­ди́­мое му́жество, и́м­же на зем­ли́ и на Не­бе­си́ просла́вилася еси́, свя­та́я и добропобе́дная му́ченице Параске́во. И в честь тво­и́х победоно́сных по́двигов и страда́ний по­хва́ль­ная воспису́ем ти сия́:
Ра́­дуй­ся, от а́нгельских чино́в в сожи́тельство их лю­бе́з­но прия́тая; ра́­дуй­ся, от де́в­ствен­ных лико́в в черто́г не­бе́с­ный ра́­дост­но введе́нная.
Ра́­дуй­ся, от му́ченических полко́в под ве­не́ц сла́­вы провожда́емая во гла́се ра́дования; ра́­дуй­ся, от не­бе́с­ных жи́телей при­е́м­лю­щая о Го́с­по­де целова́ние.
Ра́­дуй­ся, я́ко мзда твоя́ мно́га есть на Небесе́х; ра́­дуй­ся, я́ко ра́­дость твоя́ ве́чна есть во све́тлости свя­ты́х.
Ра́­дуй­ся, в небе́сном черто́зе Бо­же́ст­вен­на­го Жениха́ тво­его́ со а́н­ге­лы Его́ веселя́щаяся; ра́­дуй­ся, ли­це­зре́­ни­ем Всеблага́го Го́с­по­да та́­мо вку́­пе со свя­ты́­ми наслажда́ющаяся.
Ра́­дуй­ся, ду­ше́в­ных и те­ле́с­ных не­ду́­гов на́­ших цели́тельнице; ра́­дуй­ся, душеспаси́тельных благ и не­бе́с­ных да­ро́в пода́тельнице.
Ра́­дуй­ся, я́ко то­бо́ю от неча́янныя сме́р­ти сохрани́тися упо­ва́­ем; ра́­дуй­ся, я́ко тво­и́м заступле́нием ве́ч­ную жизнь от Хри­ста́ Бо́­га улу­чи́­ти благонаде́жно ча́ем.
Ра́­дуй­ся, Параске́во, не­ве́с­то Хри­сто́­ва всехва́льная.
Конда́к 13
О свя­та́я прему́драя и всехва́льная му́ченице, не­ве́с­то Хри­сто́­ва Параске́во! От благогове́йных сер­де́ц приноси́мую ти, а́ще и недосто́йную, хвале́бную песнь сию́ при­ими́ от нас, я́ко усе́рдную же́ртву сер­де́ц, лю́бящих тя и че́ствующих свя­ту́ю па́­мять твою́. Охраня́й нас мо­ли́т­ва­ми тво­и́ми свя­ты́­ми, и вся лю́­ди, при­те­ка́­ющия к чест­не́й ико́­не тво­е́й и с лю­бо́­вию лобыза́ющия ю́, из­бав­ля́й от вся́­ка­го зла́­го обстоя́ния и ско́р­би. Да ти́­хое и безмо́лвное жи­тие́ пожи́вше в ны́нешнем ве́­це, бла­же́н­ство ве́чное насле́дим, и ку́п­но с то­бо́ю и все́­ми свя­ты́­ми вы́­ну спо­до́­бим­ся вос­пе­ва́­ти Бо́­гу: Алли­лу́иа.
Этот конда́к чи­та́­ет­ся три́жды, за­те́м и́кос 1-й: «А́н­ге­лом чест­ну́ю…» и конда́к 1-й: «Из­бра́н­ной Бо́­гом от ро́­да…».
Мо­ли́т­ва
Свя­та́я не­ве́с­то Хри­сто́­ва, многострада́льная му́ченице Параске́во! Ве́­мы, я́ко от ю́нос­ти твоея́ ты все́ю ду­ше́ю твое́ю и всем се́рд­цем тво­и́м возлюби́ла еси́ Ца­ря́ Сла́­вы, Хри­ста́ Спа­си́­те­ля, и Ему́ еди́­но­му уневе́стилася еси́, разда́вши име́ния твоя́ неиму́щим и бе́дным. Ты си́­лою бла­го­че́с­тия тво­его́, тво­и́м целому́дрием и пра́ведностию, я́ко лу­ча́­ми со́лнечными, просия́ла еси́, жи́вши свя́то среди́ не­ве́р­ных и безбоя́зненно пропове́давши им Хри­ста́ Бо́­га. Ты, от дней ю́нос­ти твоея́, науче́нная тво­и́ми роди́телями, всег­да́ бла­го­го­ве́й­но че́ствовала дни искупи́тельных страс­те́й Го́с­по­да на́­ше­го Иису́­са Хри­ста́, Его́­же ра́­ди и сама́ доброво́льно пострада́ла еси́. Ты, десни́цею А́н­ге­ла Бо́­жия от неисце́льных ран ди́в­но исцеле́нная и восприя́вшая неизрече́нную све́тлость, изуми́ла еси́ не­ве́р­ных му­чи́­те­лей. Ты, и́ме­нем Го́с­по­да на́­ше­го Иису́­са Хри­ста́ и си́­лою мо­ли́т­вы твое́я в ка́пище язы́ческом всех и́долов до́­лу пове́ргши, в прах сокруши́ла еси́ я́. Ты, опаля́емая свеща́ми, еди́ною мо­ли́т­вою твое́ю ко всеси́льному Го́с­по­ду угаси́ла еси́ огнь есте́ственный, и тем же пла́менем, чуде́сне возжже́нным чрез А́н­ге­ла Бо́­жия, попали́вши неи́стовых беззако́нников, мног наро́д привела́ еси́ к позна́нию и́с­тин­на­го Бо́­га. Ты, во сла́­ву Го́с­по­да прия́вши ме́ч­ное главы́ твоея́ усе­че́­ние от му­чи́­те­лей, до́­блест­вен­но сконча́ла еси́ страда́льческий твой по́двиг, возше́дши ду­ше́ю твое́ю на Не­бе­са́, в черто́г вожделе́ннаго тво­его́ Жениха́ Хри­ста́ Ца­ря́ Сла́­вы, ра́­дост­но сре́тшаго тя сим не­бе́с­ным гла́сом: «Ра́дуйтеся, пра́веднии, я́ко му́ченица Параске́ва увенча́ся!» Те́м­же и мы днесь приве́тствуем тя, многострада́льная, и, взи­ра́ю­ще на свя­ту́ю твою́ ико́­ну, с уми­ле́­нием во­пи­е́м ти: всечестна́я Параске́во! Ве́­мы, я́ко ве́­лие и́ма­ши дерз­но­ве́­ние ко Го́с­по­ду: умо­ли́ у́бо Его́, Человеколю́бца, и о нас пред­стоя́­щих и мо­ля́­щих­ся ти. Да по­да́ст Он и нам, я́ко­же те­бе́, терпе́ние и благоду́шие в бе­да́х и ско́рб­ных обстоя́ниях; да да́­ру­ет Он, хо­да́­тай­ством тво­и́м и заступле́нием, ра́­дост­ное, благоде́нственное и ми́­рное жи­тие́, здра́­вие же и спа­се́­ние, и во всем благо́е поспеше́ние возлю́бленному на́­ше­му оте́честву да ниспо́слет свято́е Свое́ благослове́ние и мир, и всем правосла́вным христиа́ном да по­да́ст тво­и́ми свя­ты́­ми мо­ли́т­ва­ми утвер­жде́­ние в ве́­ре, бла­го­че́с­тии и свя́тости, пре­спе́­яние же в христиа́нской любви́ и вся́­кой доброде́тели; да очи́стит нас гре́ш­ных от вся́­кия скве́р­ны и поро́ка; да огради́т нас свя­ты́­ми Свои́ми а́нгелами, да засту́пит, со­хра­ни́т и по­ми́­лу­ет всех свя­то́ю Свое́ю бла­го­да́­тию и соде́лает нас­ле́д­ни­ками и прича́стниками Не­бе́с­на­го Сво­его́ Ца́рст­вия. И та́­ко улучи́вше спа­се́­ние тво­и́ми свя­ты́­ми мо­ли́т­ва­ми, пред­ста́­тель­ством и заступле́нием, всесла́вная не­ве́с­то Хри­сто́­ва Параске́во, про­сла́­вим вси пре­чест­но́е и ве­ли­ко­ле́­пое и́мя ди́в­на­го во свя­ты́х Сво­и́х и́с­тин­на­го Бо́­га, От­ца́ и Сы́­на и Свя­та́­го Ду́­ха, всег­да́, ны́­не и при́с­но, и во ве́­ки ве­ко́в. Ами́нь.

 

 

Святитель Арсений I Сербский, архиепископ

 

КРАТКОЕ ЖИТИЕ СВЯТИТЕЛЯ АРСЕНИЯ, АРХИЕПИСКОПА СЕРБСКОГО

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

Лич­ность свя­то­го Ар­се­ния име­ла ве­ли­кое зна­че­ние в ис­то­рии Серб­ской Церк­ви и Церк­ви Все­лен­ской. Имен­но он смог сбе­речь и пе­ре­дать уже сво­им пре­ем­ни­кам тра­ди­ции свя­то­го Сав­вы Серб­ско­го как его бли­жай­ший уче­ник и пре­ем­ник. Кро­ме то­го, имен­но бла­го­да­ря ему Ко­со­во ста­ло еще до Ко­сов­ской бит­вы ду­хов­ным цен­тром для сер­бов. Здесь серб­ские влы­ды­ки воз­во­ди­ли свои за­дуж­би­ны – но­вые оби­те­ли во спа­се­ние сво­ей ду­ши. В XVI–XVIII ве­ках Печ ста­л ду­хов­ной сто­ли­цей и для всех пра­во­слав­ных сла­вян Бал­кан, ибо все они вхо­ди­ли в об­нов­лен­ную Печ­скую пат­ри­ар­хию.
Свя­той Сав­ва, ко­гда на­вис­ла опас­ность втор­же­ния та­тар на Бал­ка­ны, бла­го­сло­вил сво­е­го луч­ше­го уче­ни­ка най­ти на юге дер­жа­вы но­вое, бо­лее без­опас­ное ме­сто для Серб­ской ар­хи­епи­ско­пии. То­гда-то свя­той Ар­се­ний и об­лю­бо­вал го­род Печ в Ко­со­во для этой вы­со­кой це­ли. В Пе­чи он по­стро­ил цер­ковь свя­тых апо­сто­лов, освя­тив на­все­гда это ме­сто сво­ей бла­го­дат­ной лич­но­стью. С тех пор этот мо­на­стырь и храм, в ко­то­ром бы­ли по­став­ле­ны мо­щи свя­то­го, ста­ли ду­хов­ным цен­тром все­го серб­ско­го на­ро­да, и имен­но здесь Серб­ская ар­хи­епи­ско­пия пе­ре­рос­ла в пат­ри­ар­хию, чтобы по­том, во вре­мя ту­рец­ко­го ига, объ­еди­нить всех пра­во­слав­ных сла­вян Бал­кан.

ПОЛНОЕ ЖИТИЕ СВЯТИТЕЛЯ АРСЕНИЯ, АРХИЕПИСКОПА СЕРБСКОГО

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

По­сле свя­то­го Сав­вы ар­хи­епи­ско­пом Серб­ским стал свя­той Ар­се­ний. О нем, хри­сто­лю­би­вый чи­та­тель, нам пред­сто­ит мно­го рас­ска­зать, ибо в жи­тии его нема­ло чу­дес. Я, сми­рен­ный и недо­стой­ный раб Твой, Спа­се Хри­сте, мо­лю Твое че­ло­ве­ко­лю­бие, да по мо­лит­вам свя­то­го от­ца на­ше­го Ар­се­ния по­шлешь мне бла­го­дать Свя­то­го Ду­ха, дабы до­стой­но вос­хва­лить его жизнь. Он, укра­сив­шись уче­ни­ем еван­гель­ским, был воз­не­сен до небес и ныне осве­ща­ет со­бо­ры пра­во­слав­ных бла­го­да­тью Свя­то­го Ду­ха. Во бла­жен­ном упо­ко­е­нии сво­ем он уна­сле­до­вал веч­ную жизнь в Пре­свя­той Тро­и­це с пра­вед­ни­ка­ми, ко­то­рые с древ­них вре­мен слу­жи­ли Бо­гу. С ран­них лет бла­го­дать Ду­ха Свя­то­го по­чи­ва­ла на нем и су­ли­ла в бу­ду­щем нетлен­ные бла­га в жиз­ни веч­ной. На­де­ясь на Гос­по­да, при­ле­пив­шись к Нему всем сво­им глу­бо­ким ра­зу­мом и ве­ли­ко­душ­ным серд­цем, он стал хра­ни­те­лем За­ко­на Бо­жи­его и учи­те­лем бла­го­че­стия, со­вер­шая чу­де­са ми­ло­стью воз­лю­бив­ше­го его Хри­ста, про­сла­вив­ше­го свя­то­го в без­ко­неч­ные ве­ки. Как же, ви­дя столь ве­ли­кую бла­го­дать Бо­жию, по­чи­ва­ю­щую на нем, не рас­ска­зать нам с по­хва­ла­ми о его жи­тии, ис­пол­нен­ном люб­ви к Бо­гу?!
Мой свя­той гос­по­дин! Я сми­рен­но пы­та­юсь воз­ве­стить о де­лах жиз­ни тво­ей и на­хо­жусь в недо­уме­нии, из-за без­чис­лен­ных чу­дес тво­их как бы пла­вая мыс­ля­ми во мно­гих реч­ных стру­ях и не зная, от­ку­да на­чать. Но, на­де­ясь на твои бо­го­угод­ные мо­лит­вы, нач­ну, ве­руя, что ты на­пра­вишь ме­ня в нуж­ную сто­ро­ну невы­ра­зи­мой бла­го­да­тью, да­ро­ван­ной те­бе свы­ше Бо­гом. Итак, нач­нем о Гос­по­де по­весть о чу­дес­ных де­лах тво­ей жиз­ни, столь дра­го­цен­ных для бла­го­че­сти­вых слу­ша­те­лей. Бла­жен­ный отец наш и учи­тель, свя­тый Хри­стов Ар­се­ний был рож­ден в зем­ле Срем­ской. Его ро­ди­те­ли бы­ли пра­вы­ми в ве­ре и доб­ро­де­тель­ны­ми людь­ми. Свя­той Ар­се­ний еще в ма­те­рин­ской утро­бе был осе­нен Ду­хом Свя­тым и с дет­ства яв­лял­ся чи­стой и непо­роч­ной жерт­вой Бо­гу, ни­ко­гда не пре­да­ва­ясь сла­ве и мир­ской су­е­те. Бо­же­ствен­ный все­муд­рый свет оси­ял его серд­це, и он про­зрел ум­ны­ми оча­ми сер­деч­ны­ми, что этот мир с его мя­теж­ной пу­стой сла­вой пре­хо­дящ и здесь лишь пе­чаль, ро­пот и скорбь; всем же пра­вед­ни­кам, воз­лю­бив­шим Гос­по­да, уго­то­ва­на жизнь веч­ная и ра­дость без­край­няя. Ура­зу­мев это, он муд­ро по­за­бо­тил­ся о ду­ше сво­ей, от­рек­ся от всей кра­со­ты и удо­воль­ствий этой вре­мен­ной жиз­ни, оста­вил от­ца и ма­терь, бра­тьев и се­стер, род­ных и дру­зей, оста­вил дом, бо­гат­ство – весь мир оста­вил и с дет­ства стя­жал Ан­гель­скую чи­сто­ту ду­ши. В сла­дость ему бы­ли сло­ва Гос­под­ни: «Кто не оста­вит от­ца или ма­терь, по­ля и до­ма ра­ди име­ни Мо­е­го, не мо­жет быть Мо­им уче­ни­ком; кто лю­бит от­ца, или ма­терь бо­лее Ме­ня, не до­сто­ин Ме­ня» (См.: Мф.19:29Лк.14:26). Ве­руя сло­ву Бо­жи­е­му, он в твер­дом ра­зу­ме и с нели­це­мер­ной лю­бо­вию ко Гос­по­ду устре­мил­ся по уз­ко­му пу­ти, ве­ду­ще­му в Цар­ствие Небес­ное, цве­тя невин­но­стью, пре­по­я­сав­шись мо­лит­вою и по­стом, так что уне­ве­стил­ся Хри­сту, как об этом го­во­рит про­рок Да­вид: Бла­го мне есть при­ле­пить­ся ко Гос­по­ду, и на Него воз­ло­жу упо­ва­ние мое. А Гос­подь ска­зал: Кто лю­бит Ме­ня, то­го и Я воз­люб­лю, и яв­люсь ему и по­се­люсь в нем и он бу­дет мне сын, а я бу­ду ему Отец.
Воз­же­лал то­го и сей бла­жен­ный муж, от дет­ства воз­лю­бив жизнь мо­на­ше­скую, раз­го­ра­ясь Ду­хом Свя­тым и непре­стан­но мо­лясь Гос­по­ду, чтобы удо­сто­ил его чи­на мо­на­ше­ско­го, че­го и до­стиг по во­ле Бо­жи­ей. Став мо­на­хом, он на­чал утвер­ждать­ся в ве­ли­ких доб­ро­де­те­лях, остав­шись в них ве­рен и неиз­ме­нен, так что ни­че­го ху­до­го и зло­го не при­об­рел. По ви­ду он был Ан­гел и по ра­зу­му, по де­лам сво­им – во­ис­ти­ну свя­той муж, с ве­рою, на­деж­дою и лю­бо­вию не раз­лу­чен­ный. О всех его доб­рых де­лах и муд­рых со­ве­тах и пи­са­ни­ях ду­ше­спа­си­тель­ных не в си­лах я рас­ска­зать до­стой­но.
В то вре­мя был свя­той Сав­ва пер­вым ар­хи­епи­ско­пом Серб­ской зем­ли, по за­ве­ту От­ца Небес­но­го пра­вя на­ро­дом Бо­жи­им по за­по­ве­дям апо­сто­лов и свя­тых от­цов, – так во дни се­го свя­то­го му­жа в оте­че­стве на­шем про­си­я­ла ве­ра пра­вая и со­вер­шен­ная. Ба­нею вод­ною Кре­ще­ния он омыл на­ро­ды, неко­гда жив­шие во тьме гре­хов­ной, все об­нов­ляя ве­рой, и со­де­лал их сы­на­ми све­та, воз­ве­стив про­ще­ние гре­хов.
О сем прео­свя­щен­ном слы­шал и свя­той Ар­се­ний. Убе­див­шись твер­до в свя­то­сти его жиз­ни, в том, как свя­той Сав­ва си­лою Бо­жи­ей про­по­ве­ду­ет по­ка­я­ние, вво­дит че­ло­ве­ко­лю­бие, учит муд­ро­сти, про­све­ща­ет всех при­хо­дя­щих к нему, он ис­пол­нил­ся неска­зан­ной ра­до­сти и ре­шил­ся без­от­ла­га­тель­но пой­ти к све­тиль­ни­ку Церк­ви, ко­то­рый то­гда све­тил из сво­ей ар­хи­епи­ско­пии в ме­сте, на­зы­ва­е­мом Жи­ча.
Ко­гда он при­шел в мо­на­стырь, то на­шел там од­но­го из мо­на­хов, ко­то­ро­го и упро­сил до­ло­жить о нем свя­то­му Сав­ве, все рас­ска­зав о се­бе: и от­ку­да он, и ка­ко­ва цель его при­хо­да. Пе­ре­да­но бы­ло о нем свя­то­му, ко­то­рый по­ве­лел при­ве­сти при­шель­ца к се­бе. Ко­гда тот во­шел, то пер­во­свя­ти­тель Серб­ский, имея в се­бе ве­ли­кую бла­го­дать Ду­ха Свя­то­го, про­зрел сво­им про­зор­ли­вым взо­ром все спо­соб­но­сти и доб­ро­де­те­ли его серд­ца. По­то­му при­нял его с лю­бо­вью и по­учал об уз­ком и тес­ном пу­ти, ко­то­рым сле­ду­ет ид­ти в ми­ре этом, дабы вой­ти в небес­ные оби­те­ли Цар­ства Бо­жи­его с жиз­нью веч­ной. Этим пу­тем шел и сам свя­той Сав­ва. По­том на­чал он спра­ши­вать при­шед­ше­го: «Для че­го ты при­шел сю­да?» И сей бла­жен­ный от­ве­чал ему: «Я слы­шал о доб­рых де­лах тво­ей свет­ло­сти, что при­ни­ма­ешь вся­ко­го при­шед­ше­го к те­бе и всем да­ешь бо­го­ра­зум­ное по­уче­ние. Для то­го и я об­ра­тил­ся к свя­той тво­ей ми­ло­сти, на­де­ясь, что при­мешь ме­ня». Услы­шав это, свя­той Сав­ва с бла­го­дар­но­стью при­нял его и бла­го­сло­вил ра­бо­тать в мо­на­сты­ре вме­сте с бра­ти­ей – да бу­дет ис­ку­сен во вся­ком де­ле, и то­гда уже до­ве­рит ему боль­шее, что впо­след­ствии и ис­пол­ни­лось.
Дей­ством Свя­то­го Ду­ха Сав­ва воз­вел его к све­ту Бо­же­ствен­но­го ра­зу­ма и по­доб­но ме­до­то­чи­во­му ис­точ­ни­ку на­по­ил его серд­це непре­стан­ны­ми по­уче­ни­я­ми. С са­мо­го на­ча­ла бла­жен­ный гос­по­дин мой Ар­се­ний при­нял сми­рен­но­муд­рие и по­слу­ша­ние и с этим жил сре­ди бра­тии. Ища по­мо­щи Все­выш­не­го, во вся­ком по­слу­ша­нии он пре­вос­хо­дил всех, мо­лил­ся неустан­но, ни­ко­гда не на­ру­шал устав и пра­ви­ло цер­ков­ное, ни­ко­гда не опаз­ды­вал на бо­го­слу­же­ние. Ви­дел он по­сто­ян­но невы­ра­зи­мые по­дви­ги и тру­ды сво­е­го учи­те­ля – свя­то­го Сав­вы и под­ра­жал ему с рев­но­стью, с ве­ли­ким сми­ре­ни­ем и кро­то­стью жи­вя в до­ме Бо­жи­ем. Он огра­ни­чи­вал се­бя и в хле­бе, и в во­де, и да­же то при­ни­мал в стро­го опре­де­лен­ное вре­мя и ни­ко­гда не да­вал те­лу сво­е­му до­ста­точ­но сна и по­коя. Воз­же­лав вой­ти в Цар­ство Бо­жие как ис­тин­ный граж­да­нин Небес­но­го Иеру­са­ли­ма, он го­во­рил се­бе: «Ох! убо­гая и гре­хо­лю­би­вая ду­ша моя! Под­ви­зай­ся, чтобы уго­дить Гос­по­ду! Ведь зна­ешь, что твое вре­мя ис­че­за­ет в су­е­те и ждут те­бя лю­тые му­ки, а ты все еще не го­то­ва! Неуже­ли не зна­ешь, что ты са­ма се­бя про­да­ла Гос­по­ду, ведь це­ною Его Чест­ной Кро­ви ты ис­куп­ле­на от за­кон­но­го про­кля­тия! Воз­же­лай же со­еди­нить­ся с без­ко­неч­но пре­крас­ным Бо­гом, для че­го под­ви­зай­ся и свер­ши, что долж­но, сле­дуя за Ним, ра­бо­тая толь­ко для Него. Слу­шай бо­го­от­ца и про­ро­ка Да­ви­да, ко­то­рый го­во­рит: Ми­лость Твоя пре­вы­ше жиз­ни мо­ей» (Пс.22:6). Так свя­той Ар­се­ний бла­жен­но и непо­роч­но пре­бы­вал в за­коне Гос­под­нем, в по­сте и сле­зах стя­жав си­лу ду­хов­ную, рев­ност­но ис­пол­няя каж­дое по­слу­ша­ние, так что в ско­ром вре­ме­ни его жи­тие пре­взо­шло жи­тие всех мо­на­хов это­го мо­на­сты­ря.
Свя­той Сав­ва, ви­дя бла­го­дать, ко­то­рую он стя­жал, и по­дви­ги, ра­до­вал­ся о нем и мо­лил­ся Бо­гу, чтобы Все­выш­ний еще бо­лее утвер­дил его в доб­ро­де­те­ли, и на­чал по­сто­ян­но про­ве­рять, ис­ку­шать сво­е­го уче­ни­ка, дабы уви­деть, как он се­бя по­ве­дет. Не один раз, ко­гда бра­тия со­би­ра­лись на тра­пе­зу во вре­мя обе­да или ужи­на и ко­гда бла­жен­ный Ар­се­ний был с ни­ми, он вме­сто пи­тья на­хо­дил ук­сус, а вме­сто хо­ро­шей еды ма­ло­при­год­ную. Но свя­той ни­ко­гда не воз­му­щал­ся, а с бла­го­дар­но­стью все при­ни­мал как долж­ное. Он и не же­лал ни­ко­гда есть вкус­ную и при­ят­ную пи­щу, но го­во­рил сло­ва­ми Да­ви­до­вы­ми: Увя­ло серд­це мое, как тра­ва, ибо за­был есть хлеб мой и пи­тье мое со сле­за­ми (см.: Пс.101:10-12). Чу­дес­ное смот­ре­ние Бо­жие о нем про­дол­жа­лось изо дня в день, и бла­го­дать все бо­лее пре­об­ра­жа­ла его, чтобы он обо­га­тил­ся Бо­же­ствен­ным ра­зу­мом и укра­сил­ся Небес­ной сла­вой. Ви­дя эту ве­ли­кую бла­го­дать Бо­жию, свя­той Сав­ва взял бла­жен­но­го в свою кел­лию, чтобы он все­гда на­хо­дил­ся ря­дом и, под­ви­за­ясь, до­стиг еще боль­ше­го ду­хов­но­го со­вер­шен­ства. Бла­жен­ный Ар­се­ний, как ис­тин­ный уче­ник Хри­стов, имея ра­зум, от ран­ней юно­сти слу­шал­ся слов Бо­жи­их, а ныне и свя­той Сав­ва стал его учи­те­лем. По­то­му, упи­ва­ясь сла­дост­ны­ми по­уче­ни­я­ми от­ца ду­хов­но­го, рас­цве­та­ла его бо­го­лю­би­вая ду­ша в кел­лии свя­то­го Сав­вы по­дви­га­ми и доб­ро­де­те­ля­ми. Всех дру­гих мо­на­хов пре­взо­шел тру­да­ми сво­и­ми из­бран­ник Бо­жий, и Все­ве­ду­щий Бог за его слу­же­ние в ве­ре и чи­сто­те да­ро­вал ему свет ис­ти­ны Сво­ей, стрем­ле­ние к сла­ве небес­ной, к жи­тию пра­вед­ни­ков и по­движ­ни­ков, что и сбы­лось вско­ре. Взяв по­двиг вы­ше сил сво­их, пре­воз­мо­гая го­лод и жаж­ду, мо­лясь днем и но­чью по уста­ву, он за­был свои пер­вые тру­ды пе­ред но­вы­ми, ибо они да­ле­ко пре­вос­хо­ди­ли их.
По про­ше­ствии неко­то­ро­го вре­ме­ни свя­той Сав­ва ре­шил до­ве­рить ему храм Бо­жий, ви­дя, что он до­сто­ин это­го вы­со­ко­го слу­же­ния. При­звав его к се­бе и дав муд­рое по­уче­ние, объ­яс­нив все уста­вы цер­ков­ные, он за­хо­тел вве­сти его в со­вер­шен­ство во всем: дал клю­чи цер­ков­ные из рук сво­их с бла­го­сло­ве­ни­ем: «Иди, ча­до с ми­ром, на­сла­ждай­ся без­ко­неч­но­го ве­се­лия в Бо­ге и при­учи ум свой к по­ка­я­нию, укра­шай­ся доб­ры­ми де­ла­ми, во­ору­жа­ясь по­стом про­тив вра­га неви­ди­мо­го до кон­ца дней тво­их. Да не по­гибнет со­кро­ви­ще ду­ши тво­ей – бой­ся Вла­ды­ку, со­тво­рив­ше­го те­бя, чтобы не по­сты­дить­ся в день Его слав­но­го Вто­ро­го При­ше­ствия. Пусть же все­мо­гу­щая дес­ни­ца Все­дер­жи­те­ля укре­пит те­бя на пу­ти сем в во­ле Его».
Бла­го­сло­вив его та­ко­вы­ми сло­ва­ми, прео­свя­щен­ный по­ру­чил ему все де­ла и по­тре­бы цер­ков­ные. При­няв эту власть от прео­свя­щен­но­го, его мо­лит­ва­ми с по­мо­щью Бо­жи­ей, он не толь­ко не бро­сил по­движ­ни­че­ства сво­е­го, но на­про­тив – стал под­ви­зать­ся еще бо­лее. Сбы­лись на нем сло­ва Хри­сто­вы: «Дух Гос­по­день ды­шит, где хо­чет» (см. Ин.3:15), и ды­ха­ние Ду­ха Бо­жи­его сде­ла­ло все воз­мож­ным для бла­жен­но­го Ар­се­ния, так что мно­гие удив­ля­лись, го­во­ря: «От­ку­да у него та­кая муд­рость, ра­зум неска­зан­ный? Как он учит нас все­му и по его сло­вам все пре­тво­ря­ет­ся во бла­го?» Не зна­ли они, что все это от бла­го­да­ти Бо­жи­ей, обиль­но из­лив­шей­ся на свя­то­го Ар­се­ния и изу­мив­шей его неиз­ре­чен­ны­ми чу­де­са­ми по бо­го­от­цу Да­ви­ду, го­во­ря­ще­му: Свя­тым, су­щим на зем­ле Его, со­тво­ри чуд­но Гос­подь Свою во­лю в них. Его бла­го­дат­ная ду­ша яви­ла се­бя укра­ше­ни­ем свя­то­го хра­ма Бо­жи­его, ибо он за­бо­тил­ся о хра­ме как о сво­ей соб­ствен­ной ду­ше, ни­ко­гда не на­ру­шая пре­да­ния и уста­ва цер­ков­но­го, но еще бо­лее их утвер­див. Сми­рял­ся же он все бо­лее, со­вер­шая лю­бую ра­бо­ту и рас­пи­ная те­ло свое, дабы мыс­ли не об­ра­ща­лись к су­е­те зем­ной че­сти и сла­вы. Мо­лил­ся бла­жен­ный: «Гос­по­ди, да не воз­гор­дит­ся серд­це мое, да не воз­но­сит­ся, да не воз­ве­ли­чит­ся на­до мною!»
Так, про­цве­тая сми­ре­ни­ем, управ­лял бла­жен­ный хра­мом Бо­жи­им, а прео­свя­щен­ный Сав­ва все­гда сто­ял в церк­ви на та­ком ме­сте, от­ку­да мог все хо­ро­шо ви­деть. И ви­дел прео­свя­щен­ный, что Ар­се­ний де­ла­ет все как сле­ду­ет и пре­успе­ва­ет все бо­лее, счи­тая весь ве­ли­кий труд свой за ра­дость. Ви­дя, что он под­ви­за­ет­ся все бо­лее и бо­лее, свя­той Сав­ва по­ста­вил его екк­ле­си­ар­хом ве­ли­кой со­бор­ной церк­ви ар­хи­епи­ско­пии Серб­ской в мо­на­сты­ре Жи­ча, дав все в мо­на­сты­ре под власть его, за­по­ве­дав не остав­лять за­бо­ты о Бо­жи­ей Церк­ви, ко­то­рая яв­ля­ет­ся ма­те­рью мно­гим церк­вам.
Уви­дел бо­го­из­бран­ный Ар­се­ний, что объ­яла его ми­лость Бо­жия, что воз­вы­си­ла его и по­ста­ви­ла ря­дом с бла­жен­ны­ми от­ца­ми, и то­гда еще бо­лее уси­лил свой по­двиг мо­лит­вен­ный, мо­лясь и день, и ночь. Уве­ли­чив мо­лит­вен­ное пра­ви­ло свое, он ни­ко­гда не остав­лял его, взыс­кав Хри­ста. Ви­дя, что он ис­пол­ня­ет за­по­ве­ди Гос­под­ни, вос­хва­ля­ли его лю­ди, ибо вся­кое де­ло уда­ва­лось ему. Так на­ча­ла раз­но­сить­ся сла­ва его бо­го­угод­но­го жи­тия, и воз­лю­би­ли бла­жен­но­го Ар­се­ния и краль, и вель­мо­жи, слы­ша о мно­гих доб­рых де­лах его. И прео­свя­щен­ный Сав­ва еще бо­лее воз­лю­бил се­го свя­то­го му­жа, ока­зы­вая ему мно­гую честь. А свя­той Ар­се­ний, как и во дни юно­сти сво­ей, не пре­дал серд­це свое че­сти и сла­ве зем­ной, бу­дучи чужд все­му су­ет­но­му, по за­по­ве­ди Хри­сто­вой апо­сто­лам: не бе­ри­те с со­бой ни зла­та, ни се­реб­ра. Так по­сту­пал и сей бла­жен­ный, явив­шись в по­след­ние вре­ме­на на зем­ле как но­вый апо­стол Хри­стов. Ви­дишь, лю­без­ный чи­та­тель, что тем, кто лю­бит Бо­га, все об­ра­ща­ет­ся во бла­го, как это про­изо­шло и с сим бла­жен­ным му­жем. Бла­го­дать Бо­жия все­гда при­хо­дит во­вре­мя, быст­ро при­во­дя та­ко­вых лю­дей к ве­ли­чай­шей че­сти и сла­ве.
Прео­свя­щен­ный отец наш Сав­ва, жи­вя жиз­нью без­те­лес­но­го Ан­ге­ла, ис­тин­ный про­по­вед­ник бла­го­че­стия и учи­тель ис­ти­ны, от­рек­шись от ми­ра, воз­же­лал по­се­тить свя­тые ме­ста, чтобы ви­деть бла­гую жизнь тех, кто по­свя­тил се­бя Гос­по­ду. И стал он то­гда раз­мыш­лять в се­бе, что необ­хо­ди­мо на пре­сто­ле ар­хи­епи­ско­пии Серб­ской оста­вить вме­сто се­бя до­стой­но­го му­жа, ко­то­рый бу­дет пас­ты­рем и учи­те­лем. Мно­го же раз­мыш­ляя об этом, свя­той Сав­ва не на­шел дру­го­го му­жа, кро­ме се­го бла­жен­но­го Ар­се­ния, ко­то­ро­го на­учил вся­че­ской доб­ро­де­те­ли.
Ви­дя, что Ар­се­ний в си­лах быть ис­тин­ным ис­пол­ни­те­лем во­ли От­ца Небес­но­го, ис­пол­няя все ска­зан­ное в Еван­ге­лии Хри­сто­вом и при­во­дя к это­му на­род, он при­звал его и от­крыл мысль свою: «Воз­люб­лен­ное мое во Хри­сте ча­до, Ар­се­ние! Вы­слу­шай ра­зум­но сло­ва мои, ибо они не во вред ду­ше тво­ей! Ес­ли их со­хра­нишь в глу­бине ду­ши и они все­гда бу­дут в тво­ей па­мя­ти, то не бой­ся то­гда ис­ку­ше­ний лу­ка­во­го. Ты зна­ешь, воз­люб­лен­ный уче­ник мой, что с тех пор, как ты при­шел к нам по во­ле Бо­жи­ей, по­ки­нув род­ных и ро­ди­ну, не ослаб­ла в те­бе ве­ра. Все­му бла­го­му на­учил­ся ты здесь и при­учил серд­це свое к доб­ро­де­те­ли, так что мо­жешь во всем быть уго­ден Гос­по­ду. Вот, знай те­перь, что я устрем­ля­юсь на путь, ко­то­рый мне по­ка­зал Гос­подь, и не хо­чу разо­ча­ро­вать­ся в те­бе. Остав­ляю те­бя вме­сто се­бя упра­ви­те­лем свя­той ве­ры и пас­ты­рем овец Хри­сто­вых – чад оте­че­ства мо­е­го». Ко­гда это услы­шал от прео­свя­щен­но­го Ар­се­ний, то обу­ял его ве­ли­кий тре­пет, и, по­мыс­лив, что это лишь некое ис­пы­та­ние, он дол­го не мог ска­зать ни­че­го, ожи­дая но­вых слов от свя­то­го Сав­вы, но на­ко­нец, как бы вос­пря­нув от сна, от­ве­тил: «Гос­по­дин мой свя­тый! Что это зна­чит? Что та­кое ты го­во­ришь? – не ра­зу­ме­ет то­го ум мой!»
И сно­ва прео­свя­щен­ный го­во­рит ему: «От­брось вся­кий страх, ча­до, и по­слу­шай ме­ня – я те­бе го­во­рю прав­ду. Я от­прав­ля­юсь в до­ро­гу, как уже ска­зал те­бе, и о те­бе мне от­кры­то, что ты бу­дешь упра­ви­те­лем это­го свя­то­го пре­сто­ла, ко­то­рый мне да­ро­вал Гос­подь». Бла­жен­ный же от­ве­чал прео­свя­щен­но­му: «Гос­по­дин мой свя­тый! Оставь ме­ня, я гре­шен и недо­сто­ин та­кой уча­сти. Но ес­ли та­ко­ва во­ля твоя, то возь­ми ме­ня с со­бой ту­да, ку­да идешь, ибо я не хо­чу рас­ста­вать­ся с то­бой, мо­им бла­го­де­те­лем и учи­те­лем». Прео­свя­щен­ный ска­зал: «Бог мне явил те­бя до­стой­ным для вся­ко­го де­ла доб­ро­го, не упор­ствуй, не про­тивь­ся бла­го­да­ти Ду­ха Свя­то­го, ибо недо­стой­но бе­жать от ис­пол­не­ния за­по­ве­ди Бо­жи­ей». Ви­дя, что не мо­жет про­ти­вить­ся по­ве­ле­нию прео­свя­щен­но­го, Ар­се­ний от­ве­тил: «Да бу­дет во­ля Бо­жия и тво­ей свя­то­сти».
По­сле этой бе­се­ды по­ве­лел свя­той отец наш Сав­ва со­брать­ся в его слав­ную ар­хи­епи­ско­пию Жи­чу всем ча­дам дер­жа­вы его, от ма­ло­го до ве­ли­ко­го. Ко­гда же со­бра­лись все, то ска­зал им: «Ча­да мои воз­люб­лен­ные, знай­те, что я ухо­жу от вас, чтобы пой­ти нераз­вра­щен­ным пу­тем мо­е­го бла­го­го Вла­ды­ки Спа­си­те­ля Хри­ста, а вас по­ру­чаю Гос­по­ду, остав­ляя вме­сто се­бя это­го бла­жен­но­го му­жа, да бу­дет вам учи­тель и на­став­ник, ко­то­рый смо­жет за­бо­тить­ся о всех ва­ших немо­щах». И ко­гда все ча­да оте­че­ства его услы­ша­ли эти сло­ва, то ста­ли горь­ко пла­кать, с ве­ли­кой скор­бью сте­ная и вос­кли­цая: «О бла­гой на­став­ник и бла­го­де­тель! Прео­свя­щен­ный отец наш Сав­ва! По­че­му ты те­перь по­ки­да­ешь нас, пас­ты­рю доб­рый! Ты по­ка­зал нам, де­тям тво­им, ис­тин­ный при­мер всех доб­ро­де­те­лей, неустан­но пи­тая на­ши ду­ши сло­ве­са­ми ду­хов­ны­ми и при­во­дя нас на путь к жиз­ни веч­ной. Не остав­ляй же нас те­перь си­ро­та­ми, лю­бя­щих те­бя! Ко­го мы най­дем вме­сто те­бя, чтобы был та­кой же, как ты?!» И мно­гие дру­гие жа­лост­ные сло­ва го­во­ри­ли прео­свя­щен­но­му, чтобы он от­ка­зал­ся от на­ме­ре­ния сво­е­го.
В то вре­мя был кра­лем пле­мян­ник свя­то­го Сав­вы Ра­до­слав. Он так­же дол­го умо­лял свя­то­го не остав­лять его. Но свя­той Сав­ва, пра­вед­ник и сын пра­вед­ни­ка, от юно­сти по­свя­тил се­бя Бо­гу и все­гда ви­дел Его сво­и­ми ду­хов­ны­ми оча­ми. В этом он пре­взо­шел древ­них пра­вед­ни­ков, чьи изо­бра­же­ния бы­ли на рос­пи­сях стен. Все они ви­де­ли Бо­га раз­лич­но: Ис­айя – на пре­сто­ле, Ие­зе­ки­иль – на жи­вот­ных, Да­ни­ил – на об­ла­ках, На­ву­хо­до­но­сор – в пе­чи ог­нен­ной. Его при­нял Ав­ра­ам в сво­ем до­ме, а Иа­ков Его не от­пу­стил, по­ка Он не дал бла­го­сло­ве­ния. Зад­няя Бо­жия ви­дел Мо­и­сей на го­ре. А прео­свя­щен­ный Сав­ва ви­дел Гос­по­да не в од­ном толь­ко ви­де­нии, а по­сто­ян­но и все яс­нее оча­ми ра­зу­ма, по сло­ву бо­го­от­ца Да­ви­да: Ви­жу Гос­по­да пе­ре­до мною непре­стан­но, он с дес­ной мо­ей сто­ро­ны, чтобы я не по­ко­ле­бал­ся. К Гос­по­ду стре­мил­ся свя­той Сав­ва, не об­ра­щая вни­ма­ния на зем­ное и же­лая те­перь уй­ти как мож­но ско­рее, дабы мно­ги­ми за­держ­ка­ми не по­да­вать по­во­да к еще боль­шей скор­би у чад сво­е­го оте­че­ства.
В некий осо­бый день прео­свя­щен­ный отец наш Сав­ва от­слу­жил Бо­же­ствен­ную ли­тур­гию со все­ми епи­ско­па­ми, иере­я­ми и диа­ко­на­ми по чи­ну со­бор­ной церк­ви ве­ли­кой ар­хи­епи­ско­пии. Был тут и бла­го­вер­ный краль Ра­до­слав, и це­лый со­бор зем­ли Серб­ской, и пре­по­доб­ный отец наш Ар­се­ний был здесь для по­свя­ще­ния. По Бо­жи­ей во­ле был он здесь по­став­лен ар­хи­епи­ско­пом ру­кой прео­свя­щен­но­го от­ца на­ше­го Сав­вы, ко­то­рый сде­лал для его по­став­ле­ния все необ­хо­ди­мое. По­сле то­го он был воз­ве­ден на свя­той и бо­же­ствен­ный пре­стол свя­то­го Сав­вы, и все его еди­но­душ­но про­сла­ви­ли, го­во­ря: «Ар­се­нию, прео­свя­щен­но­му ар­хи­епи­ско­пу всей Серб­ской зем­ли, мно­гая ле­та!»
Ко­гда же за­кон­че­но бы­ло бо­го­слу­же­ние, на­род уви­дел во­ис­ти­ну зре­ли­ще Бо­жие: как гос­по­дин остав­ля­ет свой пре­стол и идет за Хри­стом. То­гда горь­ко за­пла­кал на­род из-за это­го рас­ста­ва­ния. Но по­сколь­ку скорбь бы­ла без­по­лез­на, то на­род обод­рил­ся и неволь­но на­чал ра­до­вать­ся. В тот день отец наш Сав­ва со­тво­рил ве­ли­кое тор­же­ство с кра­лем Ра­до­сла­вом и со всем со­бо­ром оте­че­ства сво­е­го. Раз­дал мно­гие да­ры все­чест­ным епи­ско­пам, игу­ме­нам и всем вель­мо­жам бла­го­че­сти­во­го кра­ля. В тот день вся че­ло­ве­че­ская при­ро­да, ко­то­рая бы­ла здесь, воз­ве­се­ли­лась ду­хов­но и те­лес­но.
Свя­той Сав­ва непре­стан­но по­учал бла­жен­но­го Ар­се­ния, по­ка еще оста­вал­ся здесь, в до­ме Спа­си­те­ля, в ме­сте, на­зы­ва­е­мом Жи­ча, в бо­же­ствен­ных пра­ви­лах за­ко­на и пре­да­ни­ях к его ду­хов­ной поль­зе, го­во­ря: «Бра­те и ча­до мое воз­люб­лен­ное! Сле­ди за са­мим со­бой и за всем ста­дом, над ко­то­рым те­бя по­ста­вил Дух Свя­тый пас­ты­рем и учи­те­лем, чтобы ты пас Цер­ковь Бо­жию, Ко­то­рую Гос­подь стя­жал чест­ною Сво­ею Кро­вию. Ты зна­ешь, как я под­ви­зал­ся во вре­мя сво­ей жиз­ни и как тру­дил­ся для Церк­ви Хри­сто­вой. По­сле то­го мне суж­де­но те­перь за­вер­шить все, как обе­щал Вла­ды­ка не толь­ко мне од­но­му, но и всем тем, кто воз­лю­бил про­све­ще­ние Его. Сей­час я не знаю, уви­дишь ли ты ме­ня еще в этом смерт­ном те­ле, по­то­му с лю­бо­вию сер­деч­ной на­пом­нил те­бе о вся­ком доб­ром де­ле, что те­бе на ду­хов­ную поль­зу».
По­сле это­го прео­свя­щен­ный отец наш Сав­ва под­го­то­вил все, что ему бы­ло необ­хо­ди­мо в пу­ти, а бла­го­вер­ный краль Ра­до­слав да­ро­вал прео­свя­щен­но­му мно­го добра, зо­ло­то без чис­ла и осталь­ное, что бы­ло нуж­но, во мно­же­стве. Все­гда го­ря лю­бо­вью ко Хри­сту, свя­тый Сав­ва от­пра­вил­ся в путь из сво­ей слав­ной ар­хи­епи­ско­пии, ве­до­мый Ду­хом Свя­тым, да­ро­вав мир и бла­го­сло­ве­ние бла­го­вер­но­му кра­лю и всей зем­ле его дер­жа­вы. Про­во­жа­ем детьми оте­че­ства сво­е­го, епи­ско­па­ми и игу­ме­на­ми со мно­ги­ми сле­за­ми, он при­шел в свою дер­жа­ву, в ме­сто, на­хо­дя­ще­е­ся на бе­ре­гу мо­ря и на­зы­ва­е­мое Ста­рый Град. Здесь он хо­тел сесть в ла­дью и пу­те­ше­ство­вать да­лее по пу­чине мор­ской.
Остав­шись на несколь­ко дней, по­ка не при­дет за ним ла­дья, он уви­дел по­том, что все го­то­во к от­плы­тию, встал и по­шел к мо­рю. Мно­же­ство на­ро­да со­бра­лось на бе­ре­гу воз­ле него, с пе­ча­лью рас­ста­ва­ясь со сво­им учи­те­лем и на­став­ни­ком. Ви­дя, что они не хо­тят от­пус­кать его, тол­пят­ся во­круг и при­чи­та­ют, он неожи­дан­но быст­ро взо­шел в ла­дью и при­ка­зал от­плыть на ма­лое рас­сто­я­ние от бе­ре­га. Так он упо­до­бил­ся Хри­сту, ко­то­рый так­же, ко­гда его тес­нил на­род, во­шел в ла­дью и на­чал с мо­ря учить их, как об этом рас­ска­зы­ва­ет­ся в Еван­ге­лии. Так­же и прео­свя­щен­ный, стоя в ла­дье, уте­шал чад сво­их, да­руя им мир и бла­го­сло­ве­ние. Осо­бое бла­го­сло­ве­ние он дал кра­лю Ра­до­сла­ву и прео­свя­щен­но­му ар­хи­епи­ско­пу Ар­се­нию, бла­го­сло­вил зем­лю оте­че­ства сво­е­го, по­мо­лясь об его укреп­ле­нии. И дру­гие мно­гие ду­хов­ные бе­се­ды и по­уче­ния он го­во­рил де­тям сво­им, и, рас­ста­ва­ясь с пе­ча­лью, на­чал свой путь по мор­ской пу­чине. С то­го вре­ме­ни мно­го тру­дов и по­дви­гов он со­вер­шил, по­се­щая свя­тые ме­ста, как об этом на­пи­са­но в его жи­тии.
По­сле это­го гос­по­дин мой прео­свя­щен­ный ар­хи­епи­скоп Ар­се­ний на­чал па­сти вве­рен­ное ему ста­до, по­учая муд­ры­ми и бла­ги­ми сло­ва­ми: «Вы, дру­зья мои и ча­да воз­люб­лен­ные о Гос­по­де! Помни­те, что мы – при­шель­цы на этой чу­жой зем­ле, в ко­то­рой ма­лое вре­мя жи­вем как смерт­ные. Нас ожи­да­ет иная жизнь, а мы не го­то­вы и не мо­жем от­ве­чать без­смерт­но­му Ца­рю, ко­то­рый бу­дет су­дить нас за все, что мы со­вер­ши­ли: и яв­ное, и тай­ное. При­бли­жа­ет­ся ко­нец жиз­ни на­шей, на­ши го­ды неустой­чи­вы – усколь­за­ют как па­у­ти­на и, как цве­ты и листва, увя­да­ют и про­па­да­ют. Не зна­ем мы, в ка­кой день и час при­дут к нам по­слан­ные Им, го­во­ря: «Встань! Зо­вет те­бя!» То­гда уже не бу­дет вре­ме­ни на по­ка­я­ние!!!
Нет сей­час с на­ми на­ше­го доб­ро­го на­став­ни­ка и учи­те­ля, ко­то­рый ушел от нас, но его по­уче­ния все­гда с на­ми. Имея же ма­ло вре­ме­ни, бу­дем за­бо­тить­ся о ду­шах на­ших и но­сить тя­го­ты друг дру­га, имея од­ну об­щую во­лю, од­но бла­го­че­сти­вое же­ла­ние, од­ну свя­тую лю­бовь! Ес­ли мы вы­пол­ним по­уче­ния на­ше­го до­ро­го­го учи­те­ля, то не бу­дем от­да­ле­ны от Цар­ствия Небес­но­го и с Гос­по­дом пре­бу­дем в без­ко­неч­ные ве­ки».
Прео­свя­щен­ный Ар­се­ний еще при жиз­ни вы­гля­дел как Ан­гел Бо­жий. За его ве­ли­кие тру­ды и по­дви­ги Гос­подь его удо­сто­ил стать еще на зем­ле Хе­ру­ви­мом по при­ро­де ду­ши сво­ей. О ве­ли­кой церк­ви, ко­то­рую мы зо­вем дом Спа­сов, в ве­ли­кой ар­хи­епи­ско­пии он за­бо­тил­ся неустан­но, укра­шая ее, по­доб­но зо­ло­ту, сла­во­сло­ви­я­ми. Бо­же­ствен­ная бла­го­дать, о учи­тель, по­чи­ва­ла на язы­ке тво­ем, и из уст тво­их, как жи­во­твор­ная ре­ка из Еде­ма, ис­те­ка­ли бо­го­ра­зум­ные ре­чи, на­по­я­ю­щие и про­све­ща­ю­щие серд­ца слу­ша­ю­щих.
Мно­гие ца­ри со­сед­них дер­жав и бо­го­бо­яз­нен­ные лю­ди в раз­ных кра­ях и зем­лях слы­ша­ли о его бо­го­угод­ном и непо­роч­ном жи­тии и, воз­лю­бив свя­то­го, мно­гие да­ры и под­но­ше­ния ему да­ро­ва­ли. Ес­ли же кто го­во­рил про­тив него или до­са­ждал и не про­сил сра­зу же про­ще­ния у свя­то­го, то на­ка­зы­вал­ся безвре­мен­ной смер­тью. Бла­го­да­тью Бо­жи­ей, си­лою Свя­то­го Ду­ха прео­свя­щен­ный Ар­се­ний мно­гие го­ды про­вел в сане дан­но­го ему Бо­гом ар­хи­ерей­ства, со столь мно­ги­ми доб­ро­де­те­ля­ми, и по­дви­га­ми, и тру­да­ми про­во­дя жизнь свою, что невоз­мож­но в од­ной по­ве­сти все это опи­сать. Пре­бла­гой Бог за­хо­тел при­звать к Се­бе свя­то­го от этих без­чис­лен­ных тру­дов и тя­гот в веч­ную жизнь, в се­ле­ния рай­ские, где без­ко­неч­но ли­ку­ют пра­вед­ни­ки. При­бли­зи­лось вре­мя, ко­то­рое ожи­да­ет каж­до­го из земно­род­ных, вре­мя ча­са смерт­но­го. Прео­свя­щен­ный на­чал тяж­ко бо­леть, и бо­лезнь эта про­дол­жа­лась три го­да, осо­бен­но уси­лив­шись пе­ред кон­чи­ной. Свя­той не мог слу­жить Бо­же­ствен­ную ли­тур­гию, не мог да­же сам дой­ти до хра­ма, но, хо­тя его те­ло бы­ло рас­слаб­ле­но тя­же­лой бо­лез­нью, он не остав­лял ис­пол­не­ния уста­вов цер­ков­ных и по­движ­ни­че­ства, под­ви­за­ясь и в немо­щи те­лес­ной. Ко­гда при­шло вре­мя его пре­став­ле­ния, он на­хо­дил­ся в ме­сте, на­зы­ва­е­мом Чрн­ча. Здесь его бо­лезнь на­столь­ко уси­ли­лась, что он ура­зу­мел бли­зость ча­са смерт­но­го и, горь­ко пла­ча, го­во­рил: «Го­ре мне, слад­чай­ший мой Иису­се, что я уда­лил­ся от сла­вы Тво­ей, не по­слу­шал­ся Тво­ей Бо­же­ствен­ной за­по­ве­ди! Жи­вя в су­е­те это­го ми­ра, я, об­ма­нув­шись, по­те­рял вре­мя, дан­ное на по­ка­я­ние! И вот хо­чет ме­ня рас­сечь смерть, хо­чет по­гу­бить непо­треб­ное те­ло мое! Что мне де­лать, несчаст­но­му!? Кто ме­ня из­ба­вит от лю­то­го ог­ня, ко­то­рый не гаснет во тьме кро­меш­ной, ко­гда при­дет Гос­подь су­дит мир?!» При­звав к се­бе чад ду­хов­ных, ко­то­рые на­хо­ди­лись здесь, свя­той ска­зал: «При­бли­зил­ся ко­нец жиз­ни мо­ей, воз­люб­лен­ные! – се­го­дня или зав­тра мы рас­ста­нем­ся. Но воз­ве­ли­чи­те Гос­по­да со мною, да на­сла­дит­ся ду­ша моя о Гос­по­де, слы­ша бо­же­ствен­ные пе­ния пред Твор­цом мо­им Хри­стом. Я уже не бу­ду вас боль­ше ви­деть в этой жиз­ни, и не бу­дет у нас с ва­ми боль­ше ду­хов­ных бе­сед здесь».
Услы­шав та­кие сло­ва, де­ти ду­хов­ные впа­ли в ве­ли­кую скорбь и на­ча­ли горь­ко пла­кать, пе­чаль­но гля­дя на сво­е­го доб­ро­го пас­ты­ря и учи­те­ля, го­то­вя­ще­го­ся пред­стать Бо­гу, и, по по­ве­ле­нию от­ца ду­хов­но­го, на­ча­ли петь Бо­гу хва­леб­ные и бла­годар­ствен­ные пес­но­пе­ния.
Бог без­ко­неч­ный и без­на­чаль­ный от юно­сти из­брал свя­то­го Ар­се­ния для ве­ли­ко­го слу­же­ния и удо­сто­ил его еще в зем­ной жиз­ни встре­тить­ся со свя­ты­ми и Ан­ге­ла­ми. Пе­ред его от­ше­стви­ем на небо Бог по­слал к нему Ан­ге­лов Сво­их в те­лес­ном об­ли­ке, дабы они из­рек­ли ему ду­ше­по­лез­ные сло­ва, а он уви­дел это ум­ны­ми оча­ми серд­ца и, по­няв их при­ход, воз­ра­до­вал­ся. И в один из дней при­шли три юно­ши, как стран­ни­ки, и во­шли во двор по­кло­нить­ся свя­той церк­ви и здесь се­ли пе­ред хра­мом Бо­жи­им.
Прео­свя­щен­ный про­зрел оча­ми ум­ны­ми их при­ход и, по­до­звав од­но­го из уче­ни­ков сво­их, ска­зал: «Ча­до, тут извне си­дят три стран­ни­ка чу­дес­но­го об­ли­ка. Пой­ди, при­зо­ви их ко мне». Ко­гда они во­шли в кел­лию, где на сво­ем од­ре ле­жал прео­свя­щен­ный, то, по­кло­нив­шись ему, ска­за­ли: «Мир те­бе, угод­ни­че Бо­жий!» А он им от­ве­чал: «Мир и вам, ра­бы Бо­жии, при­вет­ствую вас, по­се­тив­ших мою немощь!»
Они се­ли пе­ред прео­свя­щен­ным и на­ча­ли дол­гую ду­хов­ную бе­се­ду, а по­том хо­те­ли ухо­дить. Прео­свя­щен­ный же по­ве­лел дать им обиль­ную ми­ло­сты­ню, а так­же и все, что им мог­ло бы быть необ­хо­ди­мо. Они, взяв бла­го­сло­ве­ние, вы­шли. То­гда по­ве­лел прео­свя­щен­ный их воз­вра­тить из-за од­но­го сло­ва в бе­се­де, но вы­шед­шие вслед за ни­ми не на­шли пут­ни­ков, ибо те ста­ли неви­ди­мы. То­гда ура­зу­мел прео­свя­щен­ный, что это бы­ли Ан­ге­лы Бо­жии, и ве­ли­кую хва­лу воз­дал Гос­по­ду сво­е­му. По­сле это­го он по­мо­лил­ся воз­люб­лен­но­му им Хри­сту за се­бя, и за бла­го­вер­но­го кра­ля, и всю дер­жа­ву его, и всех ду­хов­ных чад сво­их, ко­то­рые бы­ли при его пре­став­ле­нии, дал им бла­го­сло­ве­ние и ло­бы­зал с лю­бо­вию. По­сле же при­ча­стил­ся Свя­тых Тайн и так со сла­вой пре­дал дух свой Гос­по­ду. То­гда ве­ли­кая скорбь обу­я­ла всех его чад ду­хов­ных, ко­то­рые про­ли­ва­ли горь­кие го­рю­чие сле­зы, ви­дя пре­став­ле­ние сво­е­го бла­го­го хра­ни­те­ля и на­став­ни­ка. Они ло­бы­за­ли его непо­роч­ное те­ло, окроп­ляя его сле­за­ми мно­ги­ми и с див­ным и пре­крас­ным бо­же­ствен­ным пе­ни­ем от­пе­ли его, ибо бы­ли здесь и прео­свя­щен­ные епи­ско­пы, и чест­ные игу­ме­ны.
Ко­гда же со­бра­лось ве­ли­кое мно­же­ство его ду­хов­ной паст­вы – со­бор ве­ли­кий, то с по­че­стя­ми, по­до­ба­ю­щи­ми свя­ти­те­лю, взя­ли его чест­ное и свя­тое те­ло и по­нес­ли к хра­му свя­тых апо­сто­лов, где при­го­то­ви­ли ме­сто для по­гре­бе­ния. Нес­ли и но­чью те­ло свя­то­го, с мо­лит­вою и сла­во­сло­ви­ем непре­стан­ным, и при­нес­ли в дом свя­тых апо­сто­лов. Учи­нив все по обы­чаю, вос­пе­ли за упо­кой ду­ши пра­вед­ни­ка псал­мы и пес­ни ду­хов­ные, по­ло­жив его в ра­ку из кам­ня, ко­то­рую он сам под­го­то­вил для се­бя. По­сле же разо­шлись каж­дый в свой дом, про­слав­ляя От­ца и Сы­на и Свя­то­го Ду­ха, раз­мыш­ляя о бла­жен­ном упо­ко­е­нии свя­то­го, про­слав­лен­но­го Бо­гом, как все мыс­ли­ли.
По про­ше­ствии несколь­ких лет те­ло его все ле­жа­ло в гро­бе, ожи­дая ми­ло­сти и неиз­ре­чен­ной сла­вы от все­ми­ло­серд­но­го Бо­га, и раз­лич­ные чу­дес­ные ви­де­ния и зна­ме­ния бы­ва­ли за это вре­мя у ра­ки с его чест­ны­ми мо­ща­ми. Од­на­жды же но­чью, ко­гда не бы­ло ни вет­ра, ни бу­ри, а сто­я­ла ве­ли­кая ти­ши­на и си­я­ли звез­ды, в са­мую пол­ночь, в церк­ви, где сто­я­ли мо­щи, раз­дал­ся гром, как бы нис­хо­дя­щий от неба к те­лу свя­то­му, так что все быв­шие в мо­на­сты­ре по­мыс­ли­ли, что об­ва­лил­ся ку­пол хра­ма, и с ве­ли­ким тре­пе­том при­бе­жа­ли, за­жгли све­чи и во­шли в храм. По­дой­дя же к ра­ке с мо­ща­ми свя­то­го, уви­де­ли, что она вся разо­шлась свер­ху до­ни­зу и из нее ис­хо­дит неска­зан­ный аро­мат, ко­то­рым на­пол­ни­лась вся цер­ковь Бо­жия, так что все, обо­няя аро­мат бла­го­да­ти Бо­жи­ей, вос­пе­ли хва­лу Гос­по­ду, во­ве­ки пре­воз­но­си­мо­му.
В то вре­мя был на пре­сто­ле свя­то­го от­ца на­ше­го Сав­вы прео­свя­щен­ный ар­хи­епи­скоп Сав­ва П. Он об­лек­ся в свя­ти­тель­ские одеж­ды и со все­чест­ны­ми из­бран­ны­ми мо­на­ха­ми, иере­я­ми, диа­ко­на­ми, взяв ка­ди­ла и све­тиль­ни­ки, с бо­же­ствен­ны­ми пес­но­пе­ни­я­ми при­шел к ра­ке с мо­ща­ми свя­то­го и по­ве­лел ее от­крыть. От­ко­пав гроб, уви­де­ли невы­ра­зи­мую бла­го­дать Бо­жию, ко­то­рая свер­ши­лась над прео­свя­щен­ным, и, взяв его свя­тые мо­щи, по­ло­жи­ли их в из­бран­ном ков­че­ге, так что они ле­жа­ли на ви­ду всех вхо­дя­щих в свя­тую цер­ковь Пет­ра и Пав­ла, где на­хо­дят­ся и те­перь. Так про­сла­вил­ся свя­той Ар­се­ний, мно­гие чу­де­са со­тво­рив и по­прав на­чаль­ни­ка зло­бы и вра­га ро­да че­ло­ве­че­ско­го.
Пер­вое чу­до он со­тво­рил, явив­шись неко­му мо­на­ху, ко­то­рый был в до­ме свя­тых апо­сто­лов, уми­рая от тяж­кой бо­лез­ни гор­ла, так что лю­ди удив­ля­лись, го­во­ря: «Как он мо­жет жить с та­кой лю­той бо­лез­нью?» По­сколь­ку же об­ре­ли мо­щи прео­свя­щен­но­го с ве­ли­ким тор­же­ством и хо­те­ли по­ло­жить в ки­вот со сла­вой, то со­бра­лось неис­чис­ли­мое мно­же­ство лю­дей для ли­це­зре­ния се­го пре­див­но­го чу­да и бы­ло ве­ли­кое сла­во­сло­вие в хра­ме Бо­жи­ем. И сей боль­ной мо­нах при­пал к мо­щам свя­то­го Ар­се­ния, це­ло­вал их с лю­бо­вию и, горь­ко пла­ча, го­во­рил: «Угод­ни­че Бо­жий, свя­ти­те­лю Хри­стов Ар­се­ние! Сми­луй­ся на­до мною, греш­ным, угне­тен­ным сво­и­ми тяж­ки­ми гре­ха­ми! Ты име­ешь дерз­но­ве­ние ко Хри­сту и про­слав­лен Им, так что мо­жешь ис­це­лять немо­щи на­ши! По­то­му мо­лю те­бя, уми­ло­сер­дись на­до мною и ис­це­ли от лю­той бо­лез­ни, объ­яв­шей ме­ня!»
В тот же миг, как в неко­ем сон­ном ви­де­нии, про­шла его немощь и при­шла к нему си­ла, так что, лишь кос­нув­шись свя­тых мо­щей, он ура­зу­мел, что ему да­ро­ва­но ис­це­ле­ние, и вос­клик­нул гром­ким го­ло­сом: «Бла­го­да­рю те­бя, гос­по­дине мой свя­тый, что чрез те­бя по­лу­чил я ис­це­ле­ние от мо­ей лю­той бо­лез­ни! По­се­му сла­во­слов­лю и по­кло­ня­юсь ве­ли­чию свя­то­сти тво­ей!»
И все ви­дев­шие это пре­див­ное чу­до вос­пе­ли хва­лу все­ми­ло­сти­во­му Бо­гу, про­сла­вив­ше­му по­сле смер­ти Сво­е­го свя­ти­те­ля чу­де­са­ми. С то­го вре­ме­ни раз­лич­ные чу­де­са ста­ли со­вер­шать­ся от его свя­тых мо­щей, и во мно­гих кра­ях узна­ли о про­слав­ле­нии свя­то­го, и на­ро­ды из раз­ных мест при­хо­ди­ли по­кло­нять­ся его чест­ным мо­щам.
Неко­то­рый юно­ша, о ко­то­ром го­во­ри­ли, что он из Срем­ской зем­ли, был нем и глух, имея некую неиз­вест­ную бо­лезнь внут­ри, так что все те­ло его ис­сох­ло, вид­ны бы­ли толь­ко су­хие ко­сти с жи­ла­ми, об­тя­ну­тые по­чер­нев­шей ко­жей. Услы­шав о чу­до­тво­ре­ни­ях свя­то­го Ар­се­ния, он при­был в дом свя­тых апо­сто­лов и здесь про­вел мно­го вре­ме­ни, не от­хо­дя от ра­ки с мо­ща­ми свя­то­го. Ожи­дая про­ще­ния, взды­хая с го­ря­чи­ми сле­за­ми из глу­би­ны сер­деч­ной, он внут­ренне мо­лил­ся об ис­це­ле­нии и ни­ко­гда не опаз­ды­вал на бо­го­слу­же­ние. Од­на­жды, как все­гда, не от­хо­дя от ра­ки с мо­ща­ми свя­то­го, он мо­лил­ся на бо­го­слу­же­нии. Ко­гда же за­вер­ши­лась ве­чер­ня, то мо­на­хи вы­шли из хра­ма для пе­ния мо­леб­но­го ка­но­на, а боль­ной остал­ся один у мо­щей. То­гда по­сле сво­ей обыч­ной мо­лит­вы свя­то­му он вдруг вы­шел у всех на гла­зах из хра­ма и ска­зал ду­хо­вен­ству: «Про­сти­те ме­ня, греш­но­го, гос­по­да мои, свя­тые от­цы, ибо сей­час я при­нял про­ще­ние и ис­це­ле­ние по мо­лит­вам прео­свя­щен­но­го!» И все, ви­дев­шие столь див­ное чу­до свя­то­го, воз­да­ли мно­гую хва­лу и ве­ли­кое бла­го­да­ре­ние Гос­по­ду. Вой­дя же в храм, учи­ни­ли Три­свя­тое и бо­же­ствен­ное пе­ние у ра­ки с чест­ны­ми мо­ща­ми. Ис­це­лен­ный, про­ве­дя немно­го вре­ме­ни в мо­на­сты­ре для укреп­ле­ния те­ла, ото­шел в дом свой, ра­ду­ясь. И на­ча­ли непре­стан­но умно­жать­ся чу­де­са от мо­щей по во­ле Бо­жи­ей и же­ла­нию свя­то­го Ар­се­ния.
Во вре­мя прео­свя­щен­но­го ар­хи­епи­ско­па Ев­стра­тия I ко дню па­мя­ти свя­то­го был ве­ли­кий недо­ста­ток ви­на в до­ме свя­тых апо­сто­лов. Ар­хи­епи­скоп Ев­стра­тий скор­бел из-за это­го оску­де­ния и, при­звав ключ­ни­ка, спро­сил его, не най­дет­ся ли хо­тя бы немно­го ви­на. Ключ­ник от­ве­чал: «Бог, ви­дя­щий серд­ца каж­до­го, зна­ет, что нет ни­че­го». Прео­свя­щен­ный же воз­звал: «Бог – бо­га­тый ми­ло­стью, на­сы­тив­ший пя­тью хле­ба­ми пять ты­сяч, а по­том и семь ты­сяч на­сы­тив­ший и пре­тво­рив­ший во­ду в ви­но в Кане Га­ли­лей­ской – да явит сей­час неска­зан­ное ве­ли­чие си­лы Сво­ей по мо­лит­вам угод­ни­ка Сво­е­го в про­слав­ле­ние его име­ни!»
Во вре­мя все­нощ­но­го бде­ния все, что сле­ду­ет по чи­ну цер­ков­но­му, бы­ло со­вер­ше­но, и, ко­гда взо­шло солн­це, ар­хи­епи­скоп Ев­стра­тий го­то­вил­ся со­вер­шить Бо­же­ствен­ную ли­тур­гию со все­чест­ны­ми иере­я­ми и диа­ко­на­ми, как и по­до­ба­ет в день па­мя­ти бла­жен­но­го свя­ти­те­ля Ар­се­ния. То­гда па­ра­екк­ли­си­арх по­шел к ключ­ни­ку, дабы за­брать ви­но в цер­ковь для бо­го­слу­же­ния, и ко­гда оба во­шли в клеть, то ключ­ник по­до­шел к од­ной из боль­ших бо­чек, где ра­нее дер­жа­ли ви­но, и на­шел ее пол­ной ви­на до са­мо­го вер­ха.
Ужас­нув­шись от та­ко­го зре­ли­ща, он при­шел к прео­свя­щен­но­му и рас­ска­зал ему и все­му со­бо­ру ду­хо­вен­ства об этом чу­де: «Ко­гда я во­шел в клеть, чтобы взять ви­но для хра­ма Бо­жи­его, то на­шел од­ну боль­шую боч­ку, ко­то­рая ра­нее бы­ла пу­ста, пол­ной ви­на до са­мо­го вер­ха!» Услы­шав об этом, прео­свя­щен­ный и весь со­бор до­ма Ста­со­ва воз­дал бла­го­да­ре­ние Бо­гу и Его свя­то­му Ар­се­нию, про­слав­лен­но­му свы­ше та­ки­ми чу­де­са­ми. В тот день учи­ни­ли ве­ли­кий празд­ник, и воз­ве­се­ли­лись ду­хов­но и те­лес­но все лю­ди, со­брав­ши­е­ся здесь, про­слав­ляя день па­мя­ти свя­то­го.
В то вре­мя, ко­гда на пре­сто­ле свя­то­го Сав­вы был прео­свя­щен­ный ар­хи­епи­скоп Иа­ков, при­шли два мо­на­ха из Гре­ции в дом свя­тых апо­сто­лов как дру­зья, воз­лю­бив­шие жизнь ино­че­скую. По­дой­дя к прео­свя­щен­но­му, они ска­за­ли: «Мо­лим твою свя­тость, да дашь нам ме­сто для пре­бы­ва­ния в уеди­не­нии, ибо мы при­вык­ли к это­му и не мо­жем жить вме­сте с бра­ти­ей». Прео­свя­щен­ный внял их про­ше­нию и на­шел ме­сто для их пре­бы­ва­ния – пе­ще­ру в ска­ле, на­зы­ва­е­мую Ко­т­ру­ли­ца, близ ре­ки Быст­ри­ца, и за­по­ве­дал обу­стро­ить ее так, как им бы­ло нуж­но. Ко­гда все бы­ло за­вер­ше­но, они по­се­ли­лись там, пи­та­ясь из мо­на­сты­ря свя­тых апо­сто­лов. На каж­дый же празд­ник они при­хо­ди­ли в мо­на­стырь и так в ве­ли­ком по­движ­ни­че­стве про­ве­ли мно­гие го­ды.
На­чаль­ник зло­бы и враг ро­да че­ло­ве­че­ско­го по­за­ви­до­вал им и од­на­жды вверг млад­ше­го в некий неодо­ли­мый ужас, так что он по­бе­жал в го­ру, как буд­то го­ни­мый бе­сом. Со­брат его, уви­дев, что про­ис­хо­дит, стал его до­го­нять, чтобы удер­жать, на­стиг его на го­ре и, с тру­дом свя­зав, при­вел в мо­на­стырь свя­тых апо­сто­лов с ве­ли­ки­ми уси­ли­я­ми, по­сто­ян­но бо­рясь в пу­ти, чтобы тот не вы­рвал­ся и опять не по­бе­жал в го­ру.
На­род, уви­дев это, взял боль­но­го мо­на­ха и ввел внутрь хра­ма, где, по­мо­лив­шись Гос­по­ду, его по­ма­за­ли свя­тым мас­лом и да­ли ему пить во­ду, от кре­ста бла­го­слов­лен­ную. А стар­ший со­брат это­го мо­на­ха при­вел несчаст­но­го к ра­ке мо­щей свя­то­го от­ца на­ше­го Ар­се­ния и с силь­ным пла­чем, уда­ря­ясь го­ло­вой сво­ей в по­кло­нах, го­во­рил: «Свя­тый Хри­стов! По­смот­ри на мо­е­го дру­га, как он страш­но му­чит­ся из-за за­ви­сти лу­ка­во­го! Но знаю, что ты име­ешь власть по­беж­дать его на­па­де­ния и си­лою Свя­то­го Ду­ха, Ко­то­рый по­се­лил­ся в те­бе, про­сти и ис­це­ли мо­е­го воз­люб­лен­но­го бра­та и дру­га! Я бу­ду здесь, у ра­ки тво­ей, и умру с ним, ес­ли его не ис­це­лишь!»
Тот­час же на гла­зах у всех боль­ной упал ря­дом с мо­ща­ми свя­то­го и как мерт­вый про­ле­жал здесь мно­го ча­сов, а за­тем вско­чил и про­из­нес: «Свя­той Ар­се­ний сде­лал ме­ня здо­ро­вым!» За­тем ис­це­лен­ный на­чал хо­дить по хра­му и кла­нять­ся свя­тым ико­нам, бла­го­да­ря свя­то­го Ар­се­ния. По­лу­чив ис­це­ле­ние, он со сво­им со­бра­том про­был в мо­на­сты­ре ма­лое вре­мя, и за­тем оба сно­ва вер­ну­лись в ме­сто сво­е­го по­движ­ни­че­ства, ра­ду­ясь о Гос­по­де.
Ко­гда рас­про­стра­ни­лись ве­сти о мно­же­стве чу­дес свя­то­го Ар­се­ния, то, услы­шав об этом, при­шла в дом свя­тых апо­сто­лов од­на жен­щи­на, ру­ка ко­то­рой ссох­лась и врос­ла внутрь те­ла. День и ночь она мо­ли­лась пе­ред свя­той цер­ко­вью. Ко­гда вхо­ди­ли все­чест­ные мо­на­хи со мно­гим на­ро­дом в храм Бо­жий, она па­да­ла ниц и про­си­ла их: «Свя­тые мои гос­по­да, по­мо­ли­тесь за ме­ня, греш­ную!» Мно­го вре­ме­ни она про­бы­ла в этом мо­на­сты­ре, умо­ляя о про­ще­нии гре­хов и ис­це­ле­нии. Од­на­жды во вре­мя Бо­же­ствен­ной ли­тур­гии, ко­гда ду­хо­вен­ство с на­ро­дом бы­ли в хра­ме, эта жен­щи­на во­шла в цер­ковь и вста­ла ря­дом с мо­ща­ми свя­то­го и на­ча­ла мо­лить­ся с пла­чем. Во вре­мя чте­ния иере­ем Свя­то­го Еван­ге­лия она упа­ла, и по­ду­ма­ли, что это от уста­ло­сти и скор­би. По­дой­дя, хо­те­ли по­мочь ей под­нять­ся, но она бы­ла как мерт­вая, так что ее оста­ви­ли ле­жать у мо­щей до за­вер­ше­ния ли­тур­гии. Ко­гда на­ча­ли вы­хо­дить из хра­ма, она вста­ла, бла­го­да­ря Бо­га, Вла­ды­ку всех, и Его угод­ни­ка свя­то­го Ар­се­ния.
Спро­си­ли ее от­цы: «Ви­де­ла ли ты ка­кое-ни­будь ви­де­ние?» Она от­ве­ча­ла: «Про­сти­те, гос­по­да мои, я ви­де­ла со­всем немно­го. На­хо­дясь как бы во сне, я уви­де­ла, что ко мне по­до­шел некий ве­ли­че­ствен­ный муж в свя­ти­тель­ских ри­зах, так что я убо­я­лась. Он же взял ме­ня за боль­ную ру­ку и под­нял, го­во­ря: «Встань!» Под­няв­шись, я уви­де­ла, что ис­це­ли­лась от сво­ей бо­лез­ни».
Уви­дев это чу­до свя­то­го Ар­се­ния, про­сла­ви­ли бла­го­де­те­ля всех Бо­га. Ис­це­лен­ная жен­щи­на от­пра­ви­лась до­мой с та­кой же здо­ро­вой ру­кой, как и дру­гая. Бог ведь не за­бы­ва­ет тру­дов Сво­их ра­бов, ко­то­рые Ему слу­жат в этой вре­мен­ной жиз­ни. И по­сле смер­ти Он воз­ве­ли­чи­ва­ет их па­мять, так что и су­хие ко­сти пра­вед­ни­ков при­но­сят ис­це­ле­ния боль­ным. Та­ким об­ра­зом Гос­подь про­сла­вил и свя­то­го Ар­се­ния.
Да­ро­ван­ный ему Бо­гом пре­стол свя­то­го Сав­вы он дер­жал трид­цать лет, и за его ве­ли­кие тру­ды и по­дви­ги при­ба­вил ему Бог к это­му сро­ку еще три го­да. Его пре­став­ле­ние вспо­ми­на­ет­ся в ок­тяб­ре ме­ся­це, в 28-й день. Гос­по­ду на­ше­му Иису­су Хри­сту сла­ва и честь и по­кло­не­ние со От­цем и Пре­свя­тым Ду­хом и ныне и прис­но и во ве­ки ве­ков. Аминь.

МОЛИТВЫ

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

Тропарь святителя Арсения, архиепископа Сербского

глас 8

Милости наставниче и благоутробия сокровище,/ еже всем отверзл еси,/ правоверия учителю и архиереев Божественное удобрение,/ отче наш, иерарше Арсение,/ нищих был еси заступник:/ тем моли Христа Бога,/ просветити души наша, да не когда уснем в смерть.

Кондак святителя Арсения, архиепископа Сербского

глас 2

В пищи словес твоих, Богоносе Арсение,/ разумно чада твоя питая,/ языком хваля, устнами же пение принося, вещанием зовый:/ Христе, Ты еси Свет неизреченный.

Величание Арсению I Сербскому
Величаем тя, Святителю Отче Арсение, и чтим святую память твою, ты бо молиши за нас Христа Бога нашего.
Преподобный Иов Почаевский, игумен

 

КРАТКОЕ ЖИТИЕ ПРЕПОДОБНОГО ИОВА, ИГУМЕНА ПОЧАЕВСКОГО

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

Пре­по­доб­ный Иов, игу­мен По­ча­ев­ский, чу­до­тво­рец (в ми­ру Иван Же­ле­зо), ро­дил­ся в се­ре­дине ХVI ве­ка в По­ку­тье в Га­ли­ции. В воз­расте 10 лет он при­шел в Пре­об­ра­жен­ский Угор­ниц­кий мо­на­стырь, а на 12-м го­ду жиз­ни при­нял мо­на­ше­ство. С юно­сти пре­по­доб­ный Иов был из­ве­стен ве­ли­чай­шим бла­го­че­сти­ем, стро­гой по­движ­ни­че­ской жиз­нью и ра­но был удо­сто­ен свя­щен­ни­че­ско­го са­на. Око­ло 1580 го­да, по прось­бе из­вест­но­го по­бор­ни­ка пра­во­сла­вия кня­зя Кон­стан­ти­на Острож­ско­го, он воз­гла­вил Кре­сто­воз­дви­жен­ский мо­на­стырь близ го­ро­да Дуб­но и управ­лял мо­на­сты­рем бо­лее 20 лет в об­ста­нов­ке на­рас­тав­ших го­не­ний на пра­во­сла­вие со сто­ро­ны ка­то­ли­ков и уни­а­тов. В на­ча­ле ХVII ве­ка пре­по­доб­ный уда­лил­ся на По­ча­ев­скую го­ру и по­се­лил­ся в пе­ще­ре непо­да­ле­ку от древ­ней Успен­ской оби­те­ли, слав­ной сво­ей чу­до­твор­ной По­ча­ев­ской ико­ной Бо­жи­ей Ма­те­ри. Бра­тия оби­те­ли, по­лю­бив свя­то­го от­шель­ни­ка, из­бра­ли его сво­им игу­ме­ном. Пре­по­доб­ный Иов, рев­ност­но ис­пол­няя долж­ность на­сто­я­те­ля, был кро­ток и лас­ков с бра­тья­ми, сам мно­го ра­бо­тал, са­жал в са­ду де­ре­вья, укреп­лял пло­ти­ны близ мо­на­сты­ря. При­ни­мая де­я­тель­ное уча­стие в за­щи­те пра­во­сла­вия и рус­ской на­род­но­сти, пре­по­доб­ный Иов при­сут­ство­вал на Ки­ев­ском Со­бо­ре 1628 го­да, со­зван­ном про­тив унии. По­сле 1642 го­да пре­по­доб­ный Иов при­нял ве­ли­кую схи­му с име­нем Иоанн. Ино­гда он пол­но­стью за­тво­рял­ся в пе­ще­ре на три дня или на це­лую неде­лю. Иису­со­ва мо­лит­ва бы­ла непре­стан­ным де­ла­ни­ем его крот­ко­го серд­ца. По сви­де­тель­ству уче­ни­ка и со­ста­ви­те­ля жи­тия пре­по­доб­но­го Иова До­си­фея, од­на­жды во вре­мя мо­лит­вы пре­по­доб­но­го пе­ще­ру оси­ял небес­ный свет. Скон­чал­ся пре­по­доб­ный Иов в 1651 го­ду, про­жив бо­лее 100 лет, по­сле пя­ти­де­ся­ти­лет­не­го управ­ле­ния По­ча­ев­ской оби­те­лью. 28 ав­гу­ста 1659 го­да со­вер­ши­лось про­слав­ле­ние пре­по­доб­но­го Иова.
Пре­по­доб­ный Иов По­ча­ев­ский скон­чал­ся 28 ок­тяб­ря 1651 го­да. 28 ав­гу­ста 1833 го­да мо­щи пре­по­доб­но­го Иова бы­ли тор­же­ствен­но от­кры­ты для все­об­ще­го по­кло­не­ния. В 1902 го­ду Свя­тей­ший Си­нод опре­де­лил в этот день об­но­сить свя­тые мо­щи пре­по­доб­но­го Иова во­круг Успен­ско­го со­бо­ра По­ча­ев­ской Лав­ры по­сле Бо­же­ствен­ной ли­тур­гии.

ПОЛНОЕ ЖИТИЕ ПРЕПОДОБНОГО ИОВА, ИГУМЕНА ПОЧАЕВСКОГО

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

Пре­по­доб­ный Иов, игу­мен По­ча­ев­ский, ро­дил­ся в Га­ли­ции, в По­кут­ской об­ла­сти, от бла­го­че­сти­вых ро­ди­те­лей по про­зва­нию Же­ле­зо (око­ло 1551 г.) и на­ре­чен был во свя­том кре­ще­нии Иоан­ном. Жизнь в ро­ди­тель­ском до­ме, как ни бы­ла она крат­ковре­мен­на, име­ла силь­ное вли­я­ние на об­ра­зо­ва­ние бла­го­че­сти­вых на­клон­но­стей и все­го нрав­ствен­но­го ха­рак­те­ра пре­по­доб­но­го. Ед­ва он вы­учил­ся чи­тать, как уже, ко­неч­но, не без ру­ко­вод­ства ро­ди­те­лей, стал зна­ко­мить­ся с вы­со­ки­ми об­раз­ца­ми нрав­ствен­ной жиз­ни, ка­кие он на­хо­дил преж­де все­го в жиз­ни те­зо­име­ни­то­го ему Пред­те­чи Гос­под­ня Иоан­на и по­том в тво­ре­ни­ях пре­по­доб­но­го Иоан­на Ле­ствич­ни­ка и в жи­ти­ях пре­по­доб­ных Сав­вы Освя­щен­но­го и Иоан­на Да­мас­ки­на.
Чте­ние та­ких об­раз­цов вы­со­ко­нрав­ствен­ной жиз­ни не мог­ло не оста­вить сле­да в ду­ше Иоан­на. Мож­но с уве­рен­но­стью ска­зать, что под вли­я­ни­ем та­ко­го чте­ния еще в ро­ди­тель­ском до­ме воз­ник­ли в нем те ду­хов­ные стрем­ле­ния к под­ра­жа­нию вы­со­ким об­раз­цам древ­не­го по­движ­ни­че­ства, осу­ществ­ле­ни­ем ко­то­рых слу­жит вся по­сле­ду­ю­щая жизнь пре­по­доб­но­го. Прав­да, пре­по­доб­ный был в то вре­мя еще ма­ло­лет­ним; но, нуж­но за­ме­тить, что он от­ли­чал­ся от обык­но­вен­ных маль­чи­ков и, бу­дучи “мал воз­рас­том”, был, по сло­вам пи­са­те­ля жи­тия его До­си­фея, “со­вер­шен ра­зу­мом”. Кро­ме чте­ния ду­ше­спа­си­тель­ных книг, на пре­по­доб­но­го во вре­мя пре­бы­ва­ния его в до­ме ро­ди­те­лей, ко­неч­но, ока­зы­ва­ла вли­я­ние и вся во­об­ще нрав­ствен­ная об­ста­нов­ка в се­мье, жи­вой при­мер доб­ро­де­тель­ной жиз­ни его ро­ди­те­лей. Так, в юную ду­шу пре­по­доб­но­го с ран­них лет все­я­ны бы­ли се­ме­на стро­го нрав­ствен­но­го ха­рак­те­ра, ка­ки­ми от­ли­чал­ся он всю свою жизнь. Ни­ко­гда сло­во и де­ло, зна­ние и по­ступ­ки не шли у него врозь, но все­гда бы­ло меж­ду ни­ми пол­ное со­от­вет­ствие.
Ду­хов­ные стрем­ле­ния, ка­кие про­яви­лись в пре­по­доб­ном в ро­ди­тель­ском до­ме, не мог­ли по­лу­чить там пол­но­го удо­вле­тво­ре­ния. Пре­по­доб­но­го влек­ло к уеди­не­нию, к пу­стын­ной по­движ­ни­че­ской жиз­ни. Вле­че­ние это бы­ло в нем так силь­но, что взя­ло верх над силь­ной лю­бо­вью к ро­ди­те­лям, и он ре­шил­ся оста­вить их, чтобы уда­лить­ся в мо­на­стырь. Ему в это вре­мя бы­ло все­го де­сять лет. Пре­по­доб­ный ушел из до­ма и при­был в Угор­ниц­кий Спа­со-Пре­об­ра­жен­ский мо­на­стырь, на­хо­див­ший­ся там же, в Га­ли­ции, в Кар­пат­ских го­рах. При­пав к но­гам игу­ме­на это­го мо­на­сты­ря, он умо­лял его при­нять в чис­ло бра­тии. Чер­ты ли­ца пре­по­доб­но­го по­ка­зы­ва­ли в нем юно­го из­бран­ни­ка Бо­жия, та­ким, по край­ней ме­ре, по­ка­зал­ся он игу­ме­ну, и по­то­му тот с ра­до­стью при­нял его в свою оби­тель.
С вступ­ле­ни­ем в мо­на­стырь на­чи­на­ет­ся для юно­го Иоан­на но­вая жизнь. И в до­ме ро­ди­тель­ском при­вык он к бла­го­че­сти­во­му об­ра­зу жиз­ни, имея пе­ред со­бой жи­вой при­мер в ли­це ро­ди­те­лей, но то бы­ли лю­ди мир­ско­го бла­го­че­стия. Здесь же, в мо­на­сты­ре, пред­ста­ли ему лю­ди, в сво­ем жи­тии ста­ра­ю­щи­е­ся на­гляд­но отоб­ра­зить тот путь жиз­ни, ка­кой на­ри­со­вал­ся в уме Иоан­на от чте­ния ду­ше­спа­си­тель­ных книг, лю­ди бла­го­че­стия по­движ­ни­че­ско­го. Иоанн по­чув­ство­вал, что он по­пал в ту сре­ду, ку­да влек­ли его ду­хов­ные стрем­ле­ния, и вот он дал им пол­ную во­лю, с увле­че­ни­ем на­чав про­хо­дить пер­вые сту­пе­ни по­движ­ни­че­ской жиз­ни. Не до­воль­ству­ясь од­ним по­слу­ша­ни­ем, на ко­то­рое по­ста­вил его ек­кле­си­арх, юный Иоанн каж­до­му ино­ку ста­рал­ся уго­ждать раз­ны­ми услу­га­ми. Он воз­ра­до­вал­ся, что при­шло на­ко­нец вре­мя вполне вос­поль­зо­вать­ся те­ми уро­ка­ми бо­го­угод­ной жиз­ни, ка­кие по­лу­чил он при чте­нии об­раз­цов ее. Он вспом­нил, что и Иоанн Ле­ствич­ник, при­шед­ши в мо­на­стырь в юных ле­тах (15 л.), услу­жи­вал бра­тии, и что то же са­мое рань­ше его де­лал преп. Иоанн Да­мас­кин. При­мер же преп. Сав­вы Освя­щен­но­го по­буж­дал его к под­ра­жа­нию дру­гим чер­там ино­че­ской жиз­ни.
Имея пред со­бою та­кой при­мер, юный Иоанн вся­кое де­ло ста­рал­ся ис­пол­нять с кро­то­стию и сми­ре­ни­ем и во­об­ще под­ви­зать­ся доб­рым жи­ти­ем и успе­вать в доб­ро­де­те­ли. И та­кие ста­ра­ния его не бы­ли тщет­ны­ми. Ви­дя бла­го­нра­вие, при­мер­ную кро­тость и глу­бо­кое его сми­ре­ние, игу­мен с об­ще­го со­гла­сия по­стриг его в ино­че­ский чин, ко­гда ему бы­ло две­на­дцать лет, и на­звал его Иовом. С это­го вре­ме­ни про­свет­лен­но­му уму юно­го ино­ка пред­стал но­вый нрав­ствен­ный об­ра­зец для под­ра­жа­ния. То был об­ра­зец жиз­ни вет­хо­за­вет­но­го пра­вед­ни­ка – мно­го­стра­даль­но­го Иова. Юный инок изу­чил этот об­ра­зец и мно­го нрав­ствен­ных черт из жиз­ни вет­хо­за­вет­но­го Иова осу­ще­ствил в сво­ей соб­ствен­ной ино­че­ской жиз­ни. “Не име­нем толь­ко, – го­во­рит о юном Иове пи­са­тель жи­тия его До­си­фей, – но и са­мым де­лом мно­го­бо­лез­нен­но­му оно­му в Вет­хом За­ве­те Иову бла­жен­ней­ший отец наш Иов не толь­ко упо­до­бил­ся, но, луч­ше ска­жу, во всех про­тив­но­стях жи­тия да­ле­ко пре­взо­шел. По­то­му что у то­го скорбь от скор­би, бо­лезнь от бо­лез­ней рож­да­лись по­пуще­ни­ем Бо­жи­им; этот же доб­ро­воль­но, по соб­ствен­но­му сво­е­му же­ла­нию, то­мил­ся, не ща­дя се­бя, при про­хож­де­нии сте­пе­ней же­сто­чай­ше­го по­движ­ни­че­ско­го жи­тия”.
Жизнь преп. Иова по при­ня­тии им ино­че­ства, на­столь­ко бы­ла чи­ста и без­уко­риз­нен­на, несмот­ря на всю тя­жесть ино­че­ско­го по­дви­га, что До­си­фей в на­пи­сан­ном им жи­тии пре­по­доб­но­го упо­доб­ля­ет его Ан­ге­лу. “Был, – го­во­рит он о пре­по­доб­ном, – инок весь­ма ис­кус­ный, не так ле­та­ми, как доб­ро­де­те­ля­ми укра­шен­ный, жи­вя по­сре­ди бра­тии, как Ан­гел… и с каж­дым днем все бо­лее и бо­лее со­вер­шен­ству­ясь в доб­ро­де­те­ли”. Так умуд­рил­ся пре­по­доб­ный и, несмот­ря на юный воз­раст, стал при­ме­ром и об­раз­цом для бра­тии, сво­им по­ве­де­ни­ем да­вая им ви­деть до­сто­ин­ства и недо­стат­ки их, или, как го­во­рит До­си­фей, “быв всем на по­зор и на поль­зу”.
Та­кое жи­тие пре­по­доб­но­го ино­ка в Угор­ниц­ком Пре­об­ра­жен­ском мо­на­сты­ре про­сла­ви­ло его во всей Га­ли­ции. Не толь­ко про­стой на­род, но и мно­гие знат­ные вель­мо­жи сте­ка­лись в Угор­ниц­кий мо­на­стырь, чтобы взгля­нуть на пре­по­доб­но­го и по­лу­чить от него со­вет для ду­шев­ной поль­зы и на­зи­да­ние или же ис­про­сить от него бла­го­сло­ве­ния и мо­литв. Пре­по­доб­ный не от­ка­зы­вал в прось­бах и на­зи­дал всех при­ме­ром вы­со­ко­го бла­го­че­стия.
Пре­успе­вая день ото дня в доб­ро­де­те­ли и до­стиг­нув со­вер­шен­но­го воз­рас­та, т. е. 30 лет, преп. Иов воз­ве­ден был на сте­пень свя­щен­ства, хо­тя по глу­бо­ко­му сми­ре­нию и дол­го от­ка­зы­вал­ся от это­го са­на; и с тех пор свет по­движ­ни­че­ской и бла­го­че­сти­вой жиз­ни его вос­си­ял еще бо­лее. Он стал из­ве­стен не толь­ко в За­пад­ной Ру­си, но и в стране Поль­ской.
Меж­ду тем в За­пад­ной Ру­си по по­пуще­нию Бо­жию по­сле­до­ва­ло тяж­кое ис­пы­та­ние для пра­во­слав­ной церк­ви. В 1566 г. в Поль­ше и Лит­ве по­яви­лись иезу­и­ты. Эти фа­на­ти­че­ские при­вер­жен­цы ка­то­ли­че­ства вме­сте с нера­зум­ны­ми рев­ни­те­ля­ми по ве­ре – поль­ски­ми маг­на­та­ми на­ча­ли пре­сле­до­вать пра­во­сла­вие и пра­во­слав­ных, вво­дить сре­ди них унию, т. е. ста­рать­ся об­ра­тить их в ка­то­ли­че­ство. Пра­во­слав­ные хри­сти­ане и их хра­мы пре­да­ва­е­мы бы­ли по­ру­га­нию. Толь­ко свя­тые оби­те­ли бы­ли убе­жи­щем и опло­том го­ни­мо­му пра­во­сла­вию про­тив рев­ни­те­лей ла­тин­ства. По­бор­ник пра­во­сла­вия Кон­стан­тин Кон­стан­ти­но­вич, князь Острож­ский и Ду­бен­ский, вви­ду это­го по­след­не­го об­сто­я­тель­ства об­ра­тил свое осо­бен­ное вни­ма­ние на внут­рен­нее и внеш­нее бла­го­устрой­ство пра­во­слав­ных оби­те­лей и глав­ным об­ра­зом на под­дер­жа­ние в них ду­ха ис­тин­но хри­сти­ан­ско­го пра­во­слав­но­го мо­на­ше­ства. Ему хо­те­лось ви­деть в ино­ках, на­хо­дя­щих­ся в этих оби­те­лях, ис­тин­ных мо­на­хов, ка­ки­ми они долж­ны быть по ука­за­ни­ям за­ко­но­по­лож­ни­ков мо­на­ше­ства, – лю­дей в осо­бен­но­сти твер­дых в ве­ре и про­во­дя­щих свои убеж­де­ния в жизнь, – т.е. людь­ми с пол­ным со­от­вет­стви­ем сло­ва, чув­ства и де­ла, стой­ких про­тив со­блаз­нов ино­ве­рия и ере­сей. Он же­лал сде­лать пра­во­слав­ные мо­на­сты­ри, на­хо­дя­щи­е­ся в его об­шир­ных вла­де­ни­ях, рас­сад­ни­ка­ми та­ких ис­тин­ных пред­ста­ви­те­лей пра­во­слав­но­го мо­на­ше­ства, и про­ти­во­по­ста­вить их, с од­ной сто­ро­ны, про­те­стант­ским об­щи­нам, с дру­гой – ка­то­ли­че­ским мо­на­ше­ским ор­де­нам, и в осо­бен­но­сти иезу­ит­ско­му.
Та­ким це­лям кня­зя Острож­ско­го все­го бо­лее со­от­вет­ство­ва­ла бо­го­угод­ная жизнь пр. Иова. Князь Острож­ский знал, что пре­по­доб­ный с дет­ства лю­бил за­ни­мать­ся книж­ным чте­ни­ем и ста­рал­ся под­ра­жать в сво­ей жиз­ни вы­со­ким об­раз­цам древ­не­го мо­на­ше­ства. Зная это, он не раз об­ра­щал­ся к игу­ме­ну Угор­ниц­ко­го Пре­об­ра­жен­ско­го мо­на­сты­ря, усерд­но про­ся его от­пу­стить блаж. Иова в Кре­сто­воз­дви­жен­скую оби­тель, на­хо­див­шу­ю­ся в го­ро­де Дуб­но, на ост­ро­ве, – для то­го, чтобы он сво­им при­ме­ром по­ка­зал ино­кам этой оби­те­ли “об­раз тру­до­люб­но­го и бо­го­угод­но­го жи­тия”, чтобы на­зи­дал бра­тию и ру­ко­во­дил ее в ду­хов­ной жиз­ни. С при­скор­би­ем вы­слу­ши­вал эти прось­бы кня­зя игу­мен Угор­ниц­кий; но так как они по­вто­ря­лись непре­стан­но, то дол­жен был от­пу­стить с ми­ром бла­жен­но­го по­движ­ни­ка в Ду­бен­скую оби­тель.
В Кре­сто­воз­дви­жен­ском мо­на­сты­ре, ко­неч­но, уже зна­ли о свя­той по­движ­ни­че­ской жиз­ни пре­по­доб­но­го Иова по слу­хам, и по­то­му вско­ре по­сле при­бы­тия ту­да по на­сто­я­тель­ным прось­бам всей бра­тии он был из­бран игу­ме­ном это­го мо­на­сты­ря. Это зва­ние на­ла­га­ло на пре­по­доб­но­го но­вые обя­зан­но­сти, ко­то­рые бы­ли в осо­бен­но­сти тя­же­лы из-за угне­тен­но­го со­сто­я­ния пра­во­сла­вия в за­пад­ном крае в то вре­мя и осо­бен­но­го по­ло­же­ния Ду­бен­ско­го Кре­сто­воз­дви­жен­ско­го мо­на­сты­ря. Кре­сто­воз­дви­жен­ский мо­на­стырь на­хо­дил­ся воз­ле са­мо­го го­ро­да, од­но­го из вид­ных цен­тров то­гдаш­ней об­ще­ствен­ной жиз­ни, и по необ­хо­ди­мо­сти дол­жен­ство­вал быть све­тиль­ни­ком для окрест­но­го на­се­ле­ния.
Од­на­ко, несмот­ря на все тя­го­сти игу­мен­ско­го слу­же­ния в Кре­сто­воз­дви­жен­ском мо­на­сты­ре в то вре­мя, пре­по­доб­ный Иов со­гла­сил­ся по­свя­тить се­бя это­му слу­же­нию, ибо на то и зван был он сю­да кня­зем Острож­ским.
Став игу­ме­ном, пре­по­доб­ный Иов преж­де все­го стал за­бо­тить­ся о вос­ста­нов­ле­нии по­ряд­ка в мо­на­стыр­ской жиз­ни, ко­то­рый на­хо­дил­ся в край­нем упад­ке в то вре­мя не в од­ном толь­ко Ду­бен­ском, но и во всех юго-за­пад­ных мо­на­сты­рях то­го вре­ме­ни. Совре­мен­ник пре­по­доб­но­го Иова, быв­ший игу­мен Тро­и­це-Сер­ги­е­вой Лав­ры ста­рец Ар­те­мий, пи­сал о то­гдаш­нем об­ще­жи­тии сле­ду­ю­щее: “о об­ще­жи­тель­ном чине об­ре­то­хом пи­са­но от свя­тых, яко преж­де мно­гих лет раз­ру­ши­ся та­ко­вое жи­тель­ство”. Стре­мясь к вос­ста­нов­ле­нию по­ряд­ка в об­ще­жи­тии мо­на­сты­ря, пре­по­доб­ный об­ра­тил­ся к Сту­дий­ско­му уста­ву, ко­то­рый стро­и­те­ли мо­на­сты­ря по­ло­жи­ли в ос­но­ву устро­ен­но­го ими мо­на­стыр­ско­го об­ще­жи­тия. По­нят­но, что при то­гдаш­нем со­сто­я­нии об­ще­жи­тия он на­шел мно­го от­ступ­ле­ний от ос­нов­но­го уста­ва мо­на­стыр­ской жиз­ни во вве­рен­ном его по­пе­че­нию мо­на­сты­ре. В Сту­дий­ской оби­те­ли пре­по­доб­но­го Фе­о­до­ра Сту­ди­та, по об­раз­цу ко­то­рой пер­во­на­чаль­но устро­е­на бы­ла оби­тель Кре­сто­воз­дви­жен­ская, с на­ступ­ле­ни­ем Ве­ли­ко­го по­ста мо­на­стыр­ские вра­та за­тво­ря­лись и от­кры­ва­лись для ми­рян толь­ко в Ла­за­ре­ву суб­бо­ту. В Афон­ском уста­ве 971 го­да, со­став­лен­ном под ре­дак­ци­ей Сту­дий­ско­го игу­ме­на Ев­фи­мия, име­ю­щем сход­ство с Сту­дий­ским уста­вом, пред­пи­сы­ва­лось и для скит­ни­ков и для об­щин­но­жи­те­лей, чтобы в Свя­тую Че­ты­ре­де­сят­ни­цу все, как под­ви­за­ю­щи­е­ся на­едине, так и жи­ву­щие об­щин­но, пре­бы­ва­ли в без­мол­вии и не хо­ди­ли бы друг к дру­гу без бла­го­слов­ной при­чи­ны, или без край­ней нуж­ды, или без по­треб­но­сти вра­че­ва­ния ху­дых и срам­ных по­мыс­лов. Да и са­мим игу­ме­нам не раз­ре­ша­ет­ся в эти свя­тые дни, кро­ме суб­бот, про­из­во­дить ра­бо­ты или яв­но де­лать что-ли­бо дру­гое, кро­ме ду­хов­но­го. Вряд ли со­блю­да­лось все это в Кре­сто­воз­дви­жен­ском мо­на­сты­ре до игу­мен­ства Иова; меж­ду тем он вос­ста­но­вил этот по­ря­док жиз­ни в мо­на­сты­ре во вре­мя Свя­той Че­ты­ре­де­сят­ни­цы. Есть пре­да­ние, что князь Кон­стан­тин Острож­ский, пи­тая осо­бен­ное ува­же­ние и лю­бовь к Ду­бен­ско­му Кре­сто­воз­дви­жен­ско­му мо­на­сты­рю, на пер­вой неде­ле Ве­ли­ко­го по­ста уда­лял­ся сю­да для мо­лит­вы и по­ста, при­го­тов­ляя се­бя к ис­по­ве­ди и Свя­то­му При­ча­стию, здесь сбра­сы­вал с се­бя кня­же­ское оде­я­ние и об­ле­кал­ся в ино­че­ское.
За­бо­тясь о воз­вы­ше­нии об­ще­го уров­ня внеш­ней ино­че­ской жиз­ни в Кре­сто­воз­дви­жен­ском мо­на­сты­ре и по­да­вая ино­кам сво­ею соб­ствен­ною жиз­нью бла­гой при­мер для под­ра­жа­ния, пре­по­доб­ный Иов об­ра­тил так­же боль­шое вни­ма­ние на под­ня­тие внут­рен­ней, ду­хов­ной ино­че­ской жиз­ни во вве­рен­ной ему оби­те­ли.
По­ста­вив на над­ле­жа­щую вы­со­ту ино­че­скую жизнь с внеш­ней ее сто­ро­ны и при­ла­гая усерд­ные ста­ра­ния к воз­вы­ше­нию ее со сто­ро­ны внут­рен­ней, ду­хов­ной, неуто­ми­мый тру­же­ник и св. по­движ­ник, игу­мен Иов не оста­нав­ли­вал­ся на этом. На­плыв ино­вер­цев, ере­ти­ков и сек­тан­тов, вол­но­вав­ших совре­мен­ное преп. Иову пра­во­слав­ное рус­ское об­ще­ство, ука­зы­вал ему на но­вое по­при­ще для его де­я­тель­но­сти, ко­то­рое он не счи­тал для се­бя чуж­дым. Он был да­лек от той мыс­ли, что игу­мен­ское зва­ние обя­зы­ва­ет его к по­пе­че­нию об од­них лишь ис­клю­чи­тель­но мо­на­стыр­ских нуж­дах, хо­тя по­пе­че­ние о них счи­тал пер­вою сво­ею обя­зан­но­стью: он счи­тал сво­им дол­гом стре­мить­ся к то­му, чтобы вве­рен­ный ему мо­на­стырь не од­ною толь­ко доб­ро­де­тель­ной жиз­нью ино­ков по­учал окру­жа­ю­щее мир­ское об­ще­ство, но и учи­тель­ным сло­вом, при­ме­ни­тель­но к об­сто­я­тель­ствам и по­ло­же­нию это­го об­ще­ства. По­это­му он при­ло­жил мно­го уси­лий к об­ли­че­нию иезу­ит­ской про­по­ве­ди, ка­то­ли­че­ства, рез­ко вос­ста­вая про­тив уче­ния о со­вер­ше­нии Та­ин­ства Ев­ха­ри­стии на опрес­но­ках и за­щи­щая упо­треб­ле­ние квас­но­го хле­ба. Еще бо­лее уси­лий на­пра­вил пре­по­доб­ный Иов к об­ли­че­нию про­те­стант­ству­ю­щих сект, ста­ра­ясь предо­хра­нить от них пра­во­слав­ное об­ще­ство.
Та­кая де­я­тель­ность пре­по­доб­но­го Иова в зва­нии игу­ме­на Ду­бен­ско­го Кре­сто­воз­дви­жен­ско­го мо­на­сты­ря воз­вы­си­ла этот мо­на­стырь над дру­ги­ми Ду­бен­ски­ми мо­на­сты­ря­ми и при­нес­ла ему гром­кую из­вест­ность. Пра­во­слав­ные кня­зья, гос­по­да и на­род с раз­ных мест сте­ка­лись в Ду­бен­скую оби­тель, в осо­бен­но­сти же к са­мо­му бла­жен­но­му игу­ме­ну ее, “сту­жая ему, – как го­во­рит пи­са­тель жи­тия его, – че­стью и по­хва­ла­ми”.
Но су­ет­ная сла­ва ми­ра се­го на­ча­ла сму­щать сми­рен­но­го тру­же­ни­ка и свя­то­го по­движ­ни­ка, не ис­кав­ше­го сла­вы у че­ло­век и же­лав­ше­го иметь сви­де­те­лем тру­дов сво­их и по­дви­гов еди­но­го Тай­но­зри­те­ля Бо­га. При том же лич­ные на­клон­но­сти преп. Иова влек­ли его к уеди­нен­ной, пу­стын­ной жиз­ни, где бы он мог под­ви­зать­ся не в зва­нии на­сто­я­тель­ском, а как про­стой инок. К это­му при­со­еди­ни­лись еще неудо­воль­ствие и неко­то­рые непри­ят­ные столк­но­ве­ния с кня­зем Ду­бен­ским Кон­стан­ти­ном Кон­стан­ти­но­ви­чем Острож­ским, ко­то­рый хо­тя и ува­жал пре­по­доб­но­го, од­на­ко не все­гда дей­ство­вал со­глас­но с его взгля­да­ми. Вслед­ствие все­го это­го пре­по­доб­ный Иов, по­слу­жив по ме­ре сил сво­их и воз­мож­но­сти на поль­зу Ду­бен­ско­го Кре­сто­воз­дви­жен­ско­го мо­на­сты­ря и воз­вы­сив его пе­ред дру­ги­ми ду­бен­ски­ми мо­на­сты­ря­ми, оста­вил этот мо­на­стырь по­сле два­дца­ти­лет­не­го управ­ле­ния им и уда­лил­ся на По­ча­ев­скую го­ру, – в ту оби­тель, ко­то­рая те­перь из­вест­на под име­нем По­ча­ев­ской Лав­ры.
Пре­по­доб­ный Иов при­был ту­да в то са­мое вре­мя, ко­гда оби­тель на По­ча­ев­ской го­ре толь­ко еще на­чи­на­ла бла­го­устро­ять­ся по­сле пе­ре­не­се­ния ту­да из до­ма бла­го­че­сти­вой вла­де­тель­ни­цы По­ча­ев­ской чу­до­твор­ной ико­ны Бо­го­ма­те­ри. В оби­те­ли не бы­ло да­же игу­ме­на. По­ча­ев­ские ино­ки чрез­вы­чай­но об­ра­до­ва­лись при­бы­тию пре­по­доб­но­го и ста­ли упра­ши­вать его при­нять над ни­ми игу­мен­ство. Но не для это­го шел на По­ча­ев­скую го­ру Иов. Он ис­кал ме­ста для уеди­нен­ных по­дви­гов, и По­ча­ев­ская го­ра при­вле­ка­ла его сво­им срав­ни­тель­но от­да­лен­ным на­хож­де­ни­ем от шум­ной го­род­ской жиз­ни и пу­стын­но­стью мест­но­сти, то­гда еще быв­шей в без­вест­но­сти и еще не успев­шей про­сла­вить­ся чуд­ною ико­ной Бо­го­ма­те­ри. Не ду­мал пре­под. Иов игу­мен­ство­вать в По­ча­ев­ской оби­те­ли, он хо­тел под­ви­зать­ся здесь про­стым ино­ком; но по сми­ре­нию сво­е­му не мог от­ка­зать­ся от пред­ло­же­ния. К то­му же он на­де­ял­ся, что здесь, в По­ча­ев­ской оби­те­ли, при управ­ле­нии ею, у него оста­нет­ся мно­го вре­ме­ни и для пу­стын­ных уеди­нен­ных по­дви­гов, и что, сле­до­ва­тель­но, слу­жа оби­те­ли, он най­дет воз­мож­ность удо­вле­тво­рять и за­вет­ным стрем­ле­ни­ям сво­ей ду­ши. И вот он со­гла­сил­ся и из­бран был во игу­ме­на.
По­ло­же­ние, в ка­ком на­хо­ди­лась то­гда но­во­со­зи­дав­ша­я­ся По­ча­ев­ская оби­тель, ука­зы­ва­ло пре­по­доб­но­му Иову на за­ня­тия прак­ти­че­ско­го ха­рак­те­ра. В то вре­мя здесь, на ме­сте быв­ше­го пу­стын­но­жи­тель­ства, толь­ко еще на­чи­на­ло устра­и­вать­ся об­ще­жи­тие. Пре­по­доб­ный преж­де все­го по­за­бо­тил­ся о по­стро­е­нии ка­мен­но­го хра­ма вме­сто де­ре­вян­но­го, по­стро­ен­но­го древни­ми ино­ка­ми по­ча­ев­ски­ми вбли­зи ска­лы на доб­ро­хот­ные по­да­я­ния жерт­во­ва­те­лей и те­перь при­шед­ше­го в вет­хость. По­за­бо­тил­ся так­же о проч­ном обес­пе­че­нии средств на со­дер­жа­ние мо­на­сты­ря, вы­хло­по­тав при­пис­ку к нему раз­лич­ных зе­мель и уго­дий. Кро­ме то­го, при­ла­гал ста­ра­ние к устрой­ству в мо­на­сты­ре ко­лод­цев, пру­дов, ого­ро­дов, са­дов и т. п. Во всех этих ра­бо­тах он сам с лю­бо­вью при­ни­мал де­я­тель­ное уча­стие. Соб­ствен­ны­ми ру­ка­ми на­саж­дал он пло­до­вые де­ре­вья, при­ви­вал их, ока­пы­вал. Устро­ен­ный им сад и до се­го вре­ме­ни су­ще­ству­ет у под­но­жия По­ча­ев­ской Лав­ры. Сам же ко­пал он и озе­ро, об­но­ся его пло­ти­на­ми. Озе­ро это так­же су­ще­ству­ет и те­перь за огра­дою мо­на­сты­ря По­ча­ев­ской Лав­ры.
В са­мом на­ча­ле та­ких за­бот и по­пе­че­ний пре­по­доб­но­го Иова, на­прав­лен­ных к со­зи­да­нию и бла­го­устро­е­нию По­ча­ев­ской оби­те­ли, оби­тель эту по­стиг­ло несча­стье. По смер­ти бла­го­че­сти­вой вла­де­тель­ни­цы По­ча­ев­ской Ан­ны Гой­ской, ко­то­рая вве­ри­ла мо­на­сты­рю хра­не­ние чу­до­твор­ной ико­ны Бо­го­ма­те­ри, все вла­де­ния ее пе­ре­шли по на­след­ству к бель­ско­му каш­те­ля­ну, впо­след­ствии сан­до­мир­ско­му во­е­во­де Ан­дрею Фер­лею. Он, бу­дучи лю­те­ран­ско­го ве­ро­ис­по­ве­да­ния, нена­ви­дел По­ча­ев­скую оби­тель и оби­тав­ших в ней ино­ков. По­это­му все­ми ме­ра­ми ста­рал­ся де­лать им при­тес­не­ния: от­нял у них зем­ли, по­жерт­во­ван­ные им Гой­скою, за­пре­тил да­же да­вать во­ду, ко­то­рую ино­ки бра­ли в По­ча­е­ве, так как сво­е­го ко­лод­ца в оби­те­ли то­гда еще не бы­ло; не до­пус­кал усерд­ных бо­го­моль­цев на по­кло­не­ние иконе Бо­го­ма­те­ри и яв­но ху­лил са­му чу­до­твор­ную ико­ну. За­тем, на­ко­нец, же­лая со­вер­шен­но уни­что­жить оби­тель По­ча­ев­скую, он за­ду­мал от­нять у ино­ков ико­ну, пред­по­ла­гая, что они, ли­шась ее, не оста­нут­ся на ме­сте и разой­дут­ся в раз­ные сто­ро­ны. В 1623 го­ду, 19-го июня, он по­слал сво­е­го слу­гу Гри­го­рия Ко­зен­ско­го с во­и­на­ми-лю­те­ра­на­ми в По­ча­ев­скую оби­тель с ору­жи­ем, при­ка­зав раз­гра­бить ее. Гри­го­рий, во­рвав­шись в мо­на­стырь, устре­мил­ся в храм и по­хи­тил чу­до­твор­ную ико­ну Бо­го­ма­те­ри и вме­сте с нею все цер­ков­ные цен­но­сти, ка­кие толь­ко на­шел в хра­ме: со­су­ды, свя­щен­ные одеж­ды, зо­ло­то, се­реб­ро, жем­чу­ги и все се­реб­ря­ные изо­бра­же­ния, при­не­сен­ные в храм те­ми, ко­то­рые по мо­лит­вам чу­до­твор­ной иконе Бо­го­ма­те­ри ис­це­ле­ны бы­ли от раз­ных бо­лез­ней. Огра­бив все со­кро­ви­ща мо­на­сты­ря, Гри­го­рий при­вез их вме­сте с ико­ною Бо­го­ма­те­ри в го­ро­док Ко­зин в име­ние Ан­дрея Фер­лея. Фер­лей чрез­вы­чай­но об­ра­до­вал­ся та­ко­му без­бож­но­му де­лу и, не зная, что еще пред­при­нять к по­ру­га­нию свя­ты­ни, ре­шил­ся на сле­ду­ю­щий ко­щун­ствен­ный по­сту­пок. Он при­звал свою же­ну, на­дел на нее свя­щен­ные одеж­ды, дал в ру­ки свя­той по­тир (ча­шу), и она в та­ком ви­де при боль­шом со­бра­нии го­стей ста­ла ху­лить Бо­го­ма­терь и див­ную Ее ико­ну.
То­гда Са­ма Вла­ды­чи­ца при­шла на по­мощь пре­по­доб­но­му игу­ме­ну По­ча­ев­ско­му Иову и бра­тии. За ко­щун­ствен­ное об­ра­ще­ние со Сво­ей ико­ной Она пре­да­ла же­ну Фер­ле­е­ву тяж­кой бо­лез­ни, ко­то­рая не пре­кра­ща­лась до тех пор, по­ка чу­до­твор­ная ико­на не бы­ла воз­вра­ще­на в По­ча­ев­ский мо­на­стырь; утварь же и со­кро­ви­ща цер­ков­ные так и оста­лись в ру­ках свя­то­тат­ца.
На­де­ясь на по­мощь выш­ней По­кро­ви­тель­ни­цы го­ры, Иов с та­ким же усер­ди­ем, как и ра­нее, по ме­ре сил сво­их ста­рал­ся о вос­со­зда­нии оби­те­ли, и на­деж­да не по­сра­ми­ла пре­по­доб­но­го. Чу­де­са, ко­то­рые сно­ва ста­ла ис­то­чать ико­на всем, с ве­рою к ней при­те­ка­ю­щим, ста­ли с пре­кра­ще­ни­ем непри­я­тель­ских на­па­де­ний при­вле­кать в оби­тель бо­го­моль­цев. Сно­ва воз­рас­та­ла оби­тель По­ча­ев­ская. Мно­гие бла­го­че­сти­вые хри­сти­ане со­чув­ствен­но от­но­си­лись к тру­дам и за­бо­там Иова об оби­те­ли и по­мо­га­ли ей сво­и­ми ма­те­ри­аль­ны­ми сред­ства­ми на бла­го­ле­пие ее и бла­го­укра­ше­ние.
За­бо­ты пре­по­доб­но­го Иова о бла­го­устрой­стве оби­те­ли не ме­ша­ли ему, как ра­нее и пред­по­ла­гал он, пре­да­вать­ся по­дви­гам по­движ­ни­че­ским. Ес­ли уже в юном воз­расте, под­ви­за­ясь в Угор­ниц­ком Спа­со-Пре­об­ра­жен­ском мо­на­сты­ре, пре­по­доб­ный удив­лял сво­их спо­движ­ни­ков и жил “как Ан­гел” сре­ди мо­на­стыр­ской бра­тии, “быв всем на по­зор и на поль­зу”, то что ска­зать о по­дви­гах его те­перь, ко­гда он уже умуд­рил­ся в по­движ­ни­че­стве? Пре­по­доб­ный Иов, раз из­брав се­бе об­раз­цы для под­ра­жа­ния по­движ­ни­че­ско­го, остал­ся ве­рен им и те­перь.
“Что ска­зать, – го­во­рит о нем До­си­фей, – о нощ­ных по­дви­гах его мо­литв, ко­то­рые со­вер­шал он с усерд­ным ко­ле­но­пре­кло­не­ни­ем? В пе­ще­ре, в ко­то­рой он под­ви­зал­ся, до сих пор оста­ют­ся сле­ды его ко­ле­но­пре­кло­не­ний. Ча­сто уеди­ня­ясь в эту пе­ще­ру, он ино­гда в про­дол­же­ние трех дней, а ино­гда и в про­дол­же­ние це­лой неде­ли пре­бы­вал в мо­лит­вен­ных по­дви­гах и по­сте, пи­та­ясь обиль­но сле­за­ми уми­ле­ния, из­ли­ва­е­мы­ми от чи­сто­го серд­ца, и при­леж­но мо­лясь о бла­го­со­сто­я­нии и спа­се­нии ми­ра”.
Пре­по­доб­ный Иов по при­ме­ру древ­них мол­чаль­ни­ков был на­столь­ко мол­ча­лив, что по вре­ме­нам с тру­дом мож­но бы­ло услы­шать от него что-ни­будь дру­гое, кро­ме мо­лит­вы, ко­то­рая по­сто­ян­но ис­хо­ди­ла из уст его: “Гос­по­ди Иису­се Хри­сте, Сыне Бо­жий, по­ми­луй мя”. Кро­ме по­ста, непре­стан­ной мо­лит­вы, ко­ле­но­пре­кло­не­ний, слез и мол­ча­ния, – бра­то­лю­бие, глу­бо­кое сми­ре­ние, по­слу­ша­ние, кро­тость и ми­ло­сер­дие со­став­ля­ли от­ли­чи­тель­ные ка­че­ства бла­жен­но­го по­движ­ни­ка. От по­сто­ян­ных тру­дов и по­дви­гов плоть пре­по­доб­но­го Иова бы­ла из­мож­де­на, и те­ло его, и осо­бен­но но­ги ис­пол­не­ны бы­ли язв, так что он с апо­сто­лом мог ска­зать: “аз яз­вы Гос­по­да Иису­са на те­ле мо­ем но­шу” (Гал.6:17).
Стро­гий и взыс­ка­тель­ный к са­мо­му се­бе, пре­по­доб­ный Иов по люб­ви к ближ­ним был снис­хо­ди­те­лен к немо­щам дру­гих и крайне незло­бив. Вот до­ка­за­тель­ство его незло­бия: од­на­жды в глу­бо­кую ночь, про­хо­дя ми­мо гум­на, уви­дел он че­ло­ве­ка, по­хи­щав­ше­го мо­на­стыр­скую пше­ни­цу, и так неждан­но по­до­шел к по­хи­ти­те­лю, что тот и ша­гу не мог сде­лать от на­пол­нен­но­го пше­ни­цею меш­ка. За­стиг­ну­тый на ме­сте пре­ступ­ле­ния, по­хи­ти­тель не столь­ко ис­пу­гал­ся, сколь­ко усты­дил­ся пре­по­доб­но­го и в оце­пе­не­нии сто­ял пред ним непо­движ­но, как ка­мень. По­том пал к но­гам его и умо­лял ни­ко­му не рас­ска­зы­вать о его по­ступ­ке, бо­ясь про­слыть за во­ра, меж­ду тем как ра­нее все счи­та­ли его чест­ным че­ло­ве­ком и ува­жа­ли его. Незло­би­вый ста­рец не угро­жал ви­нов­но­му ни­чем, но еще сам соб­ствен­ны­ми ру­ка­ми по­мог по­хи­ти­те­лю под­нять на пле­чо ме­шок с пше­ни­цей, сде­лав ему при этом на­став­ле­ние о том, как предо­су­ди­тель­но по­хи­ще­ние чу­жой соб­ствен­но­сти и, при­вед­ши ему на па­мять за­по­ве­ди Бо­жии и Страш­ный Суд Гос­по­день, на ко­то­ром он дол­жен бу­дет дать от­чет в сво­ем по­ступ­ке, с ми­ром от­пу­стил его.
Так в под­ра­жа­нии свя­тым древним по­движ­ни­кам Хри­сто­вым под­ви­зал­ся пре­по­доб­ный игу­мен По­ча­ев­ский Иов. Мно­же­ство по­дви­гов его, как за­ме­ча­ет пи­са­тель жи­тия его, “мож­но упо­до­бить раз­ве без­чис­лен­но­му мно­же­ству звезд на твер­ди небес­ной, и они из­вест­ны еди­но­му Бо­гу, про­зи­ра­ю­ще­му в тай­ные из­ги­бы сер­дец че­ло­ве­че­ских”.
Сре­ди за­бот о бла­го­устро­е­нии По­ча­ев­ской оби­те­ли и по­движ­ни­че­ских тру­дов пре­по­доб­ный Иов на­хо­дил вре­мя и для ду­хов­но-про­све­ти­тель­ской де­я­тель­но­сти. Пре­по­доб­ный игу­мен По­ча­ев­ский в 1628 г. при­ни­мал уча­стие в Ки­ев­ском Со­бо­ре, за­ста­вив­шем из­вест­но­го от­ступ­ни­ка от пра­во­сла­вия Ме­ле­тия Смот­риц­ко­го от­речь­ся от сво­их за­блуж­де­ний. Вме­сте с дру­ги­ми ли­ца­ми, при­сут­ство­вав­ши­ми на со­бо­ре, Иов под­пи­сал со­бор­ное опре­де­ле­ние, в ко­то­ром за­явил, что он “твер­до сто­ит в пра­во­слав­ной ве­ре, не мыс­лит об от­ступ­ле­нии в унию и под клят­вою обе­ща­ет­ся не от­сту­пать и к то­му же уве­ще­вать весь пра­во­слав­ный на­род”.
Пре­по­доб­ный Иов – в ве­ли­кой схи­ме Иоанн. Несмот­ря на неустан­ные за­бо­ты о мо­на­стыр­ском бла­го­устрой­стве, на же­сто­кие по­движ­ни­че­ские тру­ды и на всю во­об­ще пол­ную неусып­ной де­я­тель­но­сти жизнь, пре­по­доб­ный до­жил до 100 лет и, пред­ска­зав день смер­ти сво­ей за неде­лю, ти­хо, без вся­ких стра­да­ний по­чил 28 ок­тяб­ря 1651 г., оста­вив как в оби­те­ли По­ча­ев­ской, так и во всей стране Во­лын­ской бла­го­го­вей­ное вос­по­ми­на­ние о неусып­ных мо­лит­вах, непод­ра­жа­е­мом тру­до­лю­бии и вы­со­ких сво­их доб­ро­де­те­лях. По­чил он в уеди­не­нии, так как под ко­нец сво­ей жиз­ни, имен­но в 1649 г., чув­ствуя сла­бость сил сво­их, сдал игу­мен­скую долж­ность от­цу Са­му­и­лу (Доб­рян­ско­му), про­дол­жая, од­на­ко, и по­сле это­го име­но­вать­ся игу­ме­ном По­ча­ев­ским.
Те­ло пре­по­доб­но­го по­сле по­гре­бе­ния оста­ва­лось в зем­ле семь лет. По­том мно­гие на­ча­ли за­ме­чать ис­хо­див­ший из мо­ги­лы его свет, и сам он три­жды во сне яв­лял­ся пра­во­слав­но­му мит­ро­по­ли­ту Ки­ев­ско­му Ди­о­ни­сию Ба­ла­ба­ну и уве­ще­вал его от­крыть мо­щи, ле­жав­шие под спу­дом. В 1659 г. 8 ав­гу­ста мит­ро­по­лит Ди­о­ни­сий с ар­хи­манд­ри­том Фе­о­фа­ном и с бра­ти­ею оби­те­ли от­кры­ли гроб пре­по­доб­но­го, и свя­тые мо­щи его об­ре­те­ны бы­ли нетлен­ны­ми. С по­до­ба­ю­щей че­стию, при мно­го­чис­лен­ном со­бра­нии на­ро­да, пе­ре­не­се­ны бы­ли они в ве­ли­кую цер­ковь Жи­во­на­чаль­ной Тро­и­цы и по­ло­же­ны в па­пер­ти.
С тех пор от мо­щей пре­по­доб­но­го Иова по­тек­ли ис­це­ле­ния, о чем мож­но про­чи­тать в его жи­тии.
Со вре­ме­ни пре­по­доб­но­го Иова утвер­жден­ная им оби­тель По­ча­ев­ская ис­пы­та­ла мно­го бед­ствий. В осо­бен­но­сти па­мят­но для нее и ни­ко­гда не из­гла­дит­ся из ле­то­пи­сей ее од­но: в пе­ри­од во­дво­ре­ния унии в Юго-За­пад­ной Рос­сии По­ча­ев­ская оби­тель не усто­я­ла про­тив уни­а­тов и в 1720 г. бы­ла от­ня­та ими у пра­во­слав­ных – здесь по­се­ли­лись уни­ат­ские ба­зи­ли­ан­ские мо­на­хи. Во вла­де­нии уни­а­тов пра­во­слав­ная оби­тель на­хо­ди­лась до 1831 г. В этом го­ду по­ча­ев­ские ба­зи­ли­ан­ские мо­на­хи за их воз­му­ти­тель­ное по­ве­де­ние во вре­мя поль­ско­го мя­те­жа и за воз­буж­де­ние на­ро­да к вос­ста­нию бы­ли уда­ле­ны из По­ча­ев­ской оби­те­ли по по­ве­ле­нию в Бо­зе по­чив­ше­го им­пе­ра­то­ра Ни­ко­лая Пав­ло­ви­ча, и оби­тель воз­вра­ще­на пра­во­слав­ным. Пер­вым на­сто­я­те­лем По­ча­ев­ско­го мо­на­сты­ря по пе­ре­хо­де его к пра­во­слав­ным был прео­свя­щен­ный епи­скоп Во­лын­ский Ам­вро­сий, ко­то­рый из­брал сво­им на­мест­ни­ком кре­ме­нец­ко­го про­то­и­е­рея Гри­го­рия Ра­фаль­ско­го, впо­след­ствии вы­со­ко­прео­свя­щен­но­го Ан­то­ния, мит­ро­по­ли­та Нов­го­род­ско­го и Санкт-Пе­тер­бург­ско­го.
Па­мять пре­по­доб­но­го Иова праз­ну­ет­ся в По­ча­ев­ской Лав­ре три­жды в год: 19 мая – в день па­мя­ти Иова Мно­го­стра­даль­но­го; 10 сен­тяб­ря – в день об­ре­те­ния чест­ных мо­щей пре­по­доб­но­го Иова; 10 но­яб­ря – в день его кон­чи­ны. (Да­ты ука­за­ны по но­во­му сти­лю.)
И в на­ши дни чест­ные мо­щи обиль­но ис­то­ча­ют чу­де­са во сла­ву Трии­по­стас­но­го Бо­га, Ему же по­до­ба­ет вся­кая сла­ва, честь и по­кло­не­ние, От­цу и Сы­ну и Свя­то­му Ду­ху, ныне и прис­но и во ве­ки ве­ков. Аминь.

МОЛИТВЫ

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

Тропарь преподобного Иова игумена Почаевского

глас 4

Многострадальнаго праотца долготерпение стяжав,/ Крестителеву воздержанию уподобляяся,/ Божественныя же ревности обою приобщаяся,/ тех имена достойно прияти сподобился еси/ и истинныя веры был еси проповедник безбоязнен;/ темже монахов множества ко Христу привел еси,/ и вся люди в Православии утвердил еси,/ Иове преподобне отче наш,/ моли спастися душам нашим.

Тропарь на обретение мощей преподобного Иова Почаевского

глас 4

Возложь на ся иго Христово от юности,/ преподобне отче Иове,/ многолетне свято подвизался еси/ на поприще благочестия во обители Угорницстей и на острове Дубенстем,/ и, пришед к горе Почаевстей,/ знаменанней цельбоносною стопою Пресвятыя Богородицы,/ в тесней пещере каменней/ богомыслия ради и молитвы многократно заключался еси,/ и, благодатию Божиею укреплялся,/ мужественно потрудился еси/ на пользу Церкве Христовы и обители твоей,/ купно же и противу врагов Православия и благочестия христианскаго,/ и, наставив сицевому ополчению иночествующих,/ победители тех представил еси Владыце и Богу./ Того моли спастися душам нашим.

Тропарь преподобного Иова игумена Почаевского

глас 4

Многострадальнаго праотца долготерпение стяжав,/ Крестителеву воздержанию уподобляяся,/ Божественныя же ревности обою приобщаяся,/ тех имена достойно прияти сподобился еси/ и истинныя веры был еси проповедник безбоязнен;/ темже монахов множества ко Христу привел еси,/ и вся люди в Православии утвердил еси,/ Иове преподобне отче наш,/ моли спастися душам нашим.

Кондак преподобного Иова игумена Почаевского

глас 4

Явился еси Истинныя веры столп,/ Евангельских же заповедей ревнитель,/ гордыни обличение, смиренным же предстатель и научение:/ темже и ублажающим тя грехов отпущение испроси/ и обитель твою невредиму сохрани,/ Иове отче наш,/ Многострадальному подобный.

Кондак на обретение мощей преподобного Иова Почаевского

глас 8

Возсия от спуда земнаго сокровище нетленное мощей твоих,/ угодниче Божий,/ яко, благочестно пожив в вере Христа Бога нашего,/ достигл еси добродетелей совершенства,/ и, оставль сладость жития преходящаго,/ в пещере горы Почаевския в пощениих, молитвах и трудех свято подвизался еси,/ и теми тело твое увядил еси./ Ныне же, прешед к Богу в безмятежный и вечный покой,/ молишися о всех с верою к тебе прибегающих./ Радуйся, Иове, преславный угодниче Божий/ и обители Почаевския украшение.

Кондак преподобного Иова игумена Почаевского

глас 4

Явился еси Истинныя веры столп,/ Евангельских же заповедей ревнитель,/ гордыни обличение, смиренным же предстатель и научение:/ темже и ублажающим тя грехов отпущение испроси/ и обитель твою невредиму сохрани,/ Иове отче наш,/ Многострадальному подобный.

Величание Преподобному Иову Почаевскому

Ублажаем тя, преподобне отче наш Иове, и чтим святую память твою, наставниче монахов, и собеседниче Ангелов.

Молитва Преподобному Иову Почаевскому
О, преподобне отче Иове, иноков трудолюбнаго жития богомудрый наставниче, кротости и воздержания, чистоты и целомудрия, братолюбия и нищелюбия, терпения и бдения от ранней юности до поздней старости неутомимый подвижниче, веры православныя великий ревнителю и непреоборимый поборниче, земли Волынския и Галицкия светило богосветлое и святыя Почаевския обители непобедимый защитниче! Призри оком благоутробия твоего на нас недостойных чад твоих, к тебе усердно по вся дни прибегающих и на боголюбивыя люди сия, пред твоими духоносными и многоцелебными мощами собравшияся и благоговейно к тем припадающия, и испроси предстательством твоим ко Всевышнему Владыце им и нам вся, яже к животу и благочестию, полезная и благопотребная: болящия исцели, малодушныя ободри, скорбящия утеши, обидимыя заступи, немощныя подкрепи и поверженныя долу возстави, всем вся, благодатию тебе от Бога данною, даруй по коегождо нужде и потребе, во спасение души и во здравие телу. Вознеси, угодниче Божий, всемощную молитву твою, да будет в стране нашей выну мир и тишина, благочестие и благоденствие, в судах правда и милость, в советех мудрость и благое преспеяние, да утверждается же во благих человецех верность, в злых же страх и боязнь, во еже престати им от зла и творити добрая, да тако в стране нашей Царство Христово растет и множится и да прославится в нем Бог, дивный во Святых Своих: Ему же единому подобает всякая слава, честь и поклонение Отцу, и Сыну, и Святому Духу, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

КАНОНЫ И АКАФИСТЫ

 

КАНОН ПРЕПОДОБНОМУ ИОВУ, ПОЧАЕВСКОМУ ЧУДОТВОРЦУ

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

Песнь 1
Ирмос: Посеченный несекомаго пресече, и виде солнце землю, юже не виде; лютаго врага вода потопи, и непроходимое пройде Израиль; песнь же воспевашеся: Господеви поим, славно бо прославися.
Ангела земнаго и Небеснаго человека, Иова преподобнаго, Волынскую похвалу, достойно воспети помози ми, Слове Божий, презирая моя прегрешения и подавая слово устом моим.
Был еси, Преподобне, воистинну миру светильник пресветел, всем путь спасения показуяй; темже и мне буди помощник, во еже прославити житие твое и умиление стяжати.
В дому родителей твоих первее познал еси Господа, Иове славне, и, отрок сый, разум совершен показал еси, егда монашеское житие изволил еси, вся же житейская провидев, Единаго Бога возлюбил еси.
Горе очи твои и душу вознося, во обители Угорництей братию в Богоугоднем житии скоро превозшел еси, хуждша всех себе помышляя и тем лучший Иисусу являяся, старцем же и юным образ быв прелюбезнейший.
Слава: Добре тя на диаволы воинствовавша помышляя, Преподобне, своея стыждуся лености и множества грехов моих ужасаюся: но твоими, святе, молитвами даруй ми желание благое, во еже прочее время жития моего в покаянии скончати.
И ныне: Яко Божия Мати дерзновение имущи к рождшемуся из Тебе Единородному Слову, и Отцу Собезначальному, и Соестественному Духу молящи не престай от бед спасти, Всенепорочная, Тя, Богородицу, славящия.
Песнь 3
Ирмос: Утвердися сердце мое во Господе, вознесеся рог мой в Бозе моем, разширишася на враги моя уста моя, возвеселихся о спасении Твоем.
Есть во мне, отче Преподобне, добраго исправления желание, но искушения лености побеждати не навыкох, увы мне. Обаче на помощь твою надеяся, уныния помыслы отгоняю, на твоя же взираю славныя подвиги.
Железо наречеся род твой, Иове Преподобне, крепость души твоея предуказуя; в пещере же каменне заключився, яко злато сокровено, освятил еси место подвиг твоих и гору Почаевскую, яко стену медяну, противу врагов Православия явил еси.
Зело углубишася помышления твоя яже о Небеснем Царствии, егда, еще отрок сый, Ангельский образ восприял еси; темже и священник быв Богу верен, даже ныне моления о людех возносиши, Иове Преподобне.
Земля Галицкая юностию твоею славится, и Дубенская обитель мужеския подвиги твоя благовествует, обитель же Почаевская старостию твоею хвалится и блаженною кончиною веселится, вся же вселенная о чудесех твоих радуется и ликовствует.
Слава: Иже подаеши благая всем, молящимся тебе, и мене припадающа не отрини святче, но, покаяние мое зря, даждь ми жития исправление, ревность же вдохни, еже подражати твоим Боголюбивым деянием.
И ныне: Умерщвленный мой ум Животным действом из Тебе, Явльшимся миру, воздвигни, Чистая, и к жизни настави, Яже смерти двери разоршая Едина Рождеством Твоим.
Седален, глас 8-й
Днесь исполняется радости обитель Почаевская, твое Боголюбивое житие прославляющи; днесь христоименитии людие ревностию спасения просвещаются, зряще нетлением прославленныя мощи твоя, преподобне; днесь греховныя отгоняются страсти, и помыслы покаяния души наша объемлют, в нихже утверди всех, преславне, верно почитающих память твою.
Слава, и ныне:
Яко Всенепорочная Невеста Творца, яко Неискусомужная Мати Избавителя, приятелище яко сущи Утешителя, Всепетая, беззакония мя суща скверное обителище и демонов игралище в разуме бывша, потщися от тех злодейства мя избавити и светлое жилище добродетелей соверши, Светоносная Нетленная, отжени облак страстей, и Вышняго причастия сподоби, и Света Невечерняго молитвами Твоими.
Песнь 4
Ирмос: Пророк Аввакум умныма очима провиде, Господи, Пришествие Твое, тем и вопияше: от юга приидет Бог. Слава силе Твоей, слава снизхождению Твоему.
Иове Преподобне, о всех молитвенник буди теплый, твоему заступлению верующих, свое же окаявающих житие и на Божие милосердие уповающих, аще и прельщеньми жития сего влающихся.
Кто от человек не подивится долготерпеливому житию твоему, отче, кто ли не прославит твоея о Православии ревности, ты бо, яко адамант крепок, еретиком противостал еси, и истинныя веры проповедание словесы же и писаньми всем преподал еси.
Льва рыкающа и ищуща поглотити души спасаемых молитвою твоею победил еси, отче, но и тому служащия люди в покаяние приводил еси, тати милосердием твоим постыждая и вразумляя, грабители же обличеньми устрашая и вся научая спасительному покаянию.
Слава: Мрак души моея, отче, предстательством твоим разсей и светом заповедей Господних просвети мое окаянное сердце, да и аз, твоим учеником последуя, тех части лишен не пребуду, твою восхваляя святую память.
И ныне: Бога, из Тебе воплощеннаго, моли непреложно, Еже бе пребывша и естественно Равна Отцу, и Духу Сопрестольна, прощение прегрешений и душ спасение поющим Тя верою даровати.
Песнь 5
Ирмос: Мрак души моея разжени, Светодавче Христе Боже, началородную тьму изгнав бездны, и даруй ми свет повелений Твоих, Слове, да, утренюя, славлю Тя.
Наш еси воистинну предстатель и чудотворец пресветлый, взываше Дионисий, обретый мощи твоя, тлению непричастны. Мы же, сия лобызающе, вопием: наших скверн не возгнушайся, угодниче Божий, но твоими молитвами сия очисти.
Оправданием Божиим от юности, отче, научаемь, суеты житейския уклонтися крепко возжелал еси, безмолвие же возлюбил еси: обаче велению Христову не противляяся, притекающия к тебе Правому исповеданию и Евангельскому житию научал еси.
Предстатель явился еси и по преставлении твоем страждущим и скорбящим человеком: тако бо тя видеша людие, из гроба твоего исходяща и со Ангелы посреде церкве молящася. О, чудо преславное воистинну! О, радость верным и утверждение!
Рачитель быв Небеснаго Царствия, о своем тамо вхождении извествуешися и кроме болезни и страха пресельник являешися лучшия жизни, братии же твоея учитель и упование.
Слава: Сопутник житию моему буди, отче Иове, молитвою твоею ограждай многомятежную мою душу и введи ю в Небесное Царство, твоими умиленную подвиги, Христу же покаянныя приносящую слезы.
И ныне: Тя стену имуще и предстательством Твоим соблюдаеми, Твоею Божественною славою хвалящеся, Тя блажим: Ты бо, Всечистая, душам нашим источаеши веселие и радование.
Песнь 6
Ирмос: Иону в ките, Господи, единаго вселил еси, мене же связана мрежами вражиими, яко от тли онаго спаси.
Твердое упование на предстательство твое возлагаю, преподобне, и верою молюся: даждь ми страстей лютых одоление, смерти же непрестанную память и блаженства желание грядущаго века.
Утверждается тобою, Преподобне, Святая Церковь, ересь же всякая посрамляется, обличение имущи твоя многоцелебныя мощи, и жития твоего столетняго труды, и болезни, и слезы, и пост, и плоти от костей отпадение.
Фараона мысленнаго побеждаше Иов преподобный, послушанию всегда прилежа и обуреваемым на помощь приходити не отрицаяся: и тако три обители учением своим просветив и подвиги многими прославив, веселяше Спаса всех, Человеколюбца.
Христову смирению подражаше Иов, егда начальство яко служение всем прият и, игумен сый, в тяжких службах подвизашеся, братии же бяше образ кротости, и трудолюбия правило, и о молитве присное напоминание.
Слава: От скверных избави мя страстей твоими молитвами, тех одоление мне подавая Божественныя помощи присным призыванием, и на себе ненадеянием, и брата моего неосуждением.
И ныне: Вознесла еси всеистинно падшее человеческое существо во зраце Божественном, и Отца в равенстве видимаго Сына Неизменного, Богомати, без Семене во чреве поносивши.
Кондак, глас 4-й
Явился еси истинныя веры столп, Евангельских же заповедей ревнитель, гордыни обличение, смиренным же предстатель и научение: темже и ублажающим тя грехов отпущение испроси и обитель твою невредиму сохрани, Иове отче наш, Многострадальному подобный.
Икос
Отверзи уста твоя, пещеро каменная, и рцы нам, колькраты токи слез Иовлих омочилася еси, како того воздыхания твоих стен не расторгоша, како Свет Божественный тебе не сожже, како Ангели бденным подвигом Иовлим дивишася, теми бо освятися земля Галицкая и Волынская; мы же, сия вся помышляюще, слезами умиления очи наши исполняем: есть бо преподобный Иов угодник дивный, Многострадальному подобный.
Песнь 7
Ирмос: На поле Деире иногда мучитель пещь постави на мучение Богоносных, в нейже три отроки песнословяху Единаго Бога, троично воспеваху, глаголюще: отцев Боже, благословен еси.
Люди православныя, тя блажащия, преподобне Иове, укрепи на враги и о Церкви мирная глаголи в сердце их, всем единомыслие испроси у Бога, и друг ко другу любовь, и о Православии ревность.
Чашу жития Твоего пити, Господи, не могу аз, окаянный, боязнию скорбей обуреваемь и страстей сплетаемь тернием, обаче молюся: Иова, Твоего угодника, молитвами помилуй мя и помози ми греховную отрясти леность.
Широкий путь, погибель души предносящий, возненавидев, Иове Преподобне, в тесней пещере заключился еси и теснаго пути жизни в начальстве твоем не уклонился еси, день и нощь в молитве и трудех пребывая и научение здравое всем приходящим к тебе подавая.
Слава: Щедр был еси нищим, кающимся же милостив и научения требующим учитель кроток, Божественныя же мудрости любитель и Евангельских заповедей проповедник, книг же Божественных издатель и ереси безбоязненный обличитель.
И ныне: Марию Пречистую и Всесвятую восхвалим: Тою бо благодать нам источается паче ума даров, яко от потока Божественныя благости, Юже благочестивым помыслом ныне ублажаем.
Песнь 8
Ирмос: Покрываяй водами превыспренная Своя, полагаяй морю предел песок и содержай вся, Тя поет солнце, Тя славит луна, Тебе приносит песнь тварь, яко Содетелю всех во веки.
Едущим и идущим во обитель твою безчисленным людем, ко твоим же мощем припадающим, буди дарований духовных податель, телесных же болезней целитель и пред Спасом теплый о всех предстатель, Иове, земли Волынския славо и украшение.
Юноша телом, но старец умом в начале монашескаго жития твоего был еси, отче: состаревся же плотию, юношескую бодрость в трудех являл еси, земли копанием и древес насаждением образ всем смиренномудрия подавая.
Явление твое со Ангелы вкупе смиренную деву ужасаше, здравие же ученику твоему подаваше и вся люди на славословие Богови воздвизаше, Истинную же утверждаше в них веру и еретическая отреваше нападения.
Слава: Фимиамом молитв твоих и мене облагоухай, Иове преславне, моих грехов злосмрадие тем отгоняя и упование на Господа вселяя в мою смрадную душу, да благодатию Божиею очищаемь, воспою твое, преблаженне, крепкое заступление.
И ныне: Богородительнице Всечистая, души моея язвы и греховныя струпы очисти, источником омывающи сущим из ребр Сына Твоего, и потекшими из тех, очищающи, струями: к Тебе прибегаю и Тя призываю, Богоблагодатную.
Песнь 9
Ирмос: Благословен Господь, Бог Израилев, воздвигнувый рог спасения нам в дому Давидове, отрока Своего в нихже посети нас Восток с высоты и направил ны есть на путь мира.
Иссопом благодати Божия окропи сердца наша, Иове Преподобне, твоим святым мощем покланяющихся, да твоея ревности о вере причастившеся, ко исполнению заповедей Христовых добре потщимся.
Псаломски взывати к Богу на земли не преставал еси, и девства твоего сосуд соблюл еси: темже на Небеси райския воспеваеши ныне песни со Ангелы и всеми святыми, люди же, на земли трудящияся, от Вышних назираеши.
О, колика жития твоего нетленная красота, о, колика по смерти твоей чудеса и исцеления! Се бо земная оставив, воистинну сторицею Небесная блага еще в житии, паче же во грядущем, по глаголу Христову стяжал еси.
Слава: О, колико грехов наших множество! Но сия превосходит твоих молитв крепость, ихже не лиши нас, отче Преподобне Иове, друже Христов и святых всех сопричастниче, церковный столпе и о душах человеческих предстателю теплейший.
И ныне: Зачала еси, Дево, без семене, всяческая создавшаго Слово Божие, кроме хотений плотских, и без истления родила еси, без болезней матерних. Тем Тя, Богородицу, и языком, и сердцем исповедающе, величаем.

АКАФИСТ ПРЕПОДОБНОМУ ИОВУ, ПОЧАЕВСКОМУ ЧУДОТВОРЦУ

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

Кондак 1
Избранный чудотворче и земли нашея добрый учителю, всея же вселенныя усердный молитвенниче, преподобне отче Иове, чистым твоим житием просвещаема обитель твоя и вси православнии людие благодарственная о тебе Святей Троице возносят хваления. Ты же яко имеяй дерзновение ко Господу, предстатель буди о душах наших неусыпный и на страсти воинствующим скорый помощник, да в радости сердца зовем ти:
Радуйся, Иове, преславный угодниче Божий, и обители Почаевския украшение.
Икос 1
Ангел благовестник воистинну явился еси нашим людем от врагов Церкви обуреваемым отче наш Иове, елико писанми твоими и книг священных печатанием, толико и богоугодным житием и славным еже к Богу отшествием, ныне же и всей вселенней предстатель теплый являешися у Престола Владычня; сего ради зовем ти:
Радуйся, истинныя Церкви добрый воине; радуйся, православия светлый светильниче. Радуйся, отцы наша от ереси оградивый; радуйся, чада их во благочестии утвердивый. Радуйся, спасения ради дом родителей издетска оставивый; радуйся, о души твоей попечение паче всех показавый. Радуйся, яко твоим отроческим подвигом старцы удивишася; радуйся, яко от юности во Ангельском образе к тем сопричтен был еси. Радуйся, обитель Угорницкую твоим житием просветивый; радуйся, множайшими труды монастырь Дубенский прославивый. Радуйся, немощных в вере утверждение; радуйся, неведущих вразумление.
Радуйся, Иове, преславный угодниче Божий, и обители Почаевския украшение.
Кондак 2
Видяще иноцы Угорництии ревностное твое в духовном житии преспеяние, схимонаха и пресвитера тебе быти устроиша, обаче Волынская земля на вящшия труды тя подвизающи, устрои тебе игумена быти во граде Дубенстем ко отражению еретических поползновений, православным же людем ко окормлению духовному и к неленостному Господеви воспеванию: Аллилуиа.
Икос 2
Разум совершен воистинну отче показал еси, егда душевнаго ради устроения на гору Почаевскую уклонился еси и вместо начальствования послушанию паки предался еси, обаче в лучший того подвиг Господь тебе вменяше вторицею приятое зде игуменство, братие же Почаевстии взываху ти с веселием:
Радуйся, наш отче новый и предивный; радуйся, благочестия образе. Радуйся, начальство, яко служение, приявший; радуйся, Богу и ближним волею поработивыйся. Радуйся, яко в начальстве твоем Христова смирения подобие является; радуйся, яко того ради покой душам нашим обретается. Радуйся, о людех доброе моление возносивый; радуйся, на демоны мужественно ополчивыйся. Радуйся, Ангельскаго ликостояния приобщивыйся; радуйся, добрый путевождь ко спасению нам явивыйся. Радуйся, спасающимся ободрение; радуйся, ленящимся обличение.
Радуйся, Иове, преславный угодниче Божий, и обители Почаевския украшение.
Кондак 3
Сила Духа Божественнаго обогати тя Иове премудре, егда татя монастырския пшеницы обличив, абие прощение тому даровал еси и утаенное паки ему возвратил еси покаяния его ради и алчущаго телесе насыщения, сие бо сотворив, окамененную умягчил еси душу и научил еси пети: Аллилуиа.
Икос 3
Имеяй присное попечение о душе твоей отче преподобне, возлюбил еси пещерное затворение, идеже дни и нощи в молитве провождая, единому Богу беседовал еси, темже и свет благодати его темную пещеру яко Фаворскую гору облиставаше и научаше всех взывати тебе:
Радуйся, молитвы непрестанное кадило; радуйся, слез неистощимый кладезю. Радуйся, древним Киево-Печерским затворником уподобивыйся; радуйся, тех благодатныя дарования стяжавый. Радуйся, яко молитвами твоими братия в терпении укрепляшеся; радуйся, яко воздыханьми твоими демони от твоея обители отгнашася. Радуйся, в темную пещеру небесный свет призвавший; радуйся, и в наша страстныя души благодать от Господа приносящий. Радуйся, скалы Почаевския твердейший адаманте; радуйся, всея страны нашея преславный светильниче. Радуйся, вселенския Церкве преславный столпе; радуйся, всех молящихся прибежище.
Радуйся, Иове, преславный угодниче Божий, и обители Почаевския украшение.
Кондак 4
Бурю еретических нахождений отгнати желая, был еси в богоспасаемом граде Киеве со освященным Собором Православных, идеже неврежденную веру дерзновенно исповедал еси и к томужде вся люди увещевал еси, тем же и священныя книги тиснением предавати во обители Почаевстей не преставал еси, яко всем чтущим сия истинную веру содержати и православно пети Богу: Аллилуиа.
Икос 4
Слышаша иноцы Почаевстии непрестанную молитву Иисусову, твоими усты глаголемую, отче Иове, слезы же из очию твоею текущия видеша и твоею учительною беседою назидающеся, образом же жития твоего умиляющеся, глаголаху:
Радуйся, молитвенниче наш предобрый; радуйся, учителю наш кроткий. Радуйся, благодатныя слезы источаяй; радуйся, и наша сердца умиляяй. Радуйся, яко духовную жертву непрестанно ко Господу возносиши; радуйся, яко райская утешения во уме твоем присно предносиши. Радуйся, Крестителя в воздержании подражателю; радуйся, многострадальнаго в долготерпении соревнователю. Радуйся, тою обою дарований приобщивыйся; радуйся, Ангельскаго сослужения сподобивыйся. Радуйся, нищих питателю; радуйся, скорбящих утешителю.
Радуйся, Иове, преславный угодниче Божий, и обители Почаевския украшение.
Кондак 5
Боготечней звезде уподобился еси преподобне, обходя землю Галицкую и Волынскую, светом же православия вся просвещая, ревнителем веры сугубую ревность внушая, добрых сердца в православии утверждая, ленивых же присно воздвизая к пению Богу: Аллилуиа.
Икос 5
Видеша монаси и простии людие игумена Почаевския обители земли копанием и древес саждением и гноя собиранием себе смиряюща, яко другому Дамаскину дивляхуся, и всяку гордыню еретическую возненавидеша, в православии же души своя утверждаху, глаголюще:
Радуйся, добраго подвига вождю; радуйся, истинныя веры утверждение. Радуйся, злочестивую гордыню еретиков обличаяй; радуйся, православное смиренномудрие возношаяй. Радуйся, яко тобою красоту благочестия познахом; радуйся, яко тобою суету мирскую в себе попрахом. Радуйся, богатым мира сего доброе вразумление; радуйся, нищим и трудником благое утешение. Радуйся, крест лишений волею подъявый; радуйся, той крест нам носити пособствуяй. Радуйся, Павла скинотворца последователю; радуйся, Христа Бога рабе благий.
Радуйся, Иове, преславный угодниче Божий, и обители Почаевския украшение.
Кондак 6
Проповедник православныя веры и благочестия чрез все житие твое быв, Иове преподобне, сие святою кончиною твоею запечатлел еси, уже за седмицу предрек, безболезненно по причащении Святых Таин, прияти сподобился еси, никакоже о мире сем жалея, но разрешитися хотя и со Христом быти, во еже непрестанно воспевати Серафимскую песнь: Аллилуиа.
Икос 6
Возсия благолепною красотою мертвенное тело твое преподобне, еже бо в житии твоем постом и трудами сокрушал еси, тоежде Господь по успении твоем нетлением и благоуханием прослави, нас же пети тебе научи:
Радуйся, небес пресельниче; радуйся, и земли молитвенниче. Радуйся, исхождение твое от земных предуведевый; радуйся, о том тепле возвеселивыйся. Радуйся, яко и нас в бесстрашии ко смерти утверждаеши; радуйся, яко упованию на милость Божию нас научаеши. Радуйся, любителей временнаго живота обличителю; радуйся, будущаго воскресения нетленный плотию свидетелю. Радуйся, плоть свою в житии распинати поревновавый; радуйся, туюжде по смерти благоуханну явивый. Радуйся, неверующих явное обличение; радуйся, надеющихся доброе утверждение.
Радуйся, Иове, преславный угодниче Божий, и обители Почаевския украшение.
Кондак 7
Хотя Бог о нетлении мощей преподобнаго Иова известити Церковь, трищи в сонном видении того являет митрополиту Дионисию, аки жива и волю Господню извествующа, ему же веровав Дионисий прослави Вседержителя и угодника Его с песнию: Аллилуиа.
Икос 7
Новаго тя о вселенней предстателя и чудотворца уведе освященный собор, монаси же и вси людие, егда пришедшу Дионисию на гору Почаевскую и житие твое уведевшу, честное твое тело из недр земли изнесеся нетленно и благоухания исполнено, чудеса же исцелений точаще, во еже вопити всем:
Радуйся, чудотворче новый и великий; радуйся, всех святых сопричастниче. Радуйся, землю Волынскую погребением твоим освятивый; радуйся, явлением мощей твоих в православии нас утвердивый. Радуйся, яко тобою исцеления хромии и слепии приемлют; радуйся, яко твоего нетленнаго телесе демони трепещут. Радуйся, и нас, пред гробом твоим стоящих умиления исполняяй; радуйся, к желанию спасения нас подвизаяй. Радуйся, аки живый, по смерти многим явивыйся; радуйся, небесным силам духом твоим приобщивыйся. Радуйся, чудес источниче; радуйся, на демоны нам крепкий помощниче.
Радуйся, Иове, преславный угодниче Божий, и обители Почаевския украшение.
Кондак 8
Странное и дивное чудо показал еси преподобне, Иове, егда вскоре по прославлении твоем явился еси посреде двою Ангелу моляся в Церкви Почаевстей и плат миром исполненный девице некоей дал еси возложения ради на раны болящему игумену Досифею, той же исцеление прием абие к твоему гробу здрав припадаше, поя Богу: Аллилуиа.
Икос 8
Весь еси воистинну обители твоея покров и заступление Иове преславне, сие бо православнии людие разумеша, егда тя на небеси узреша Богородице молящася о спасении святыя Лавры, монахов же и мирских челевек, от агарян зело осаждаемиих, но от того часа в радости тебе поющих:
Радуйся, всемощный наш заступниче; радуйся, святыя обители стено необоримая. Радуйся, нападения агарянская отражаяй; радуйся, стрелы на главы их возвращаяй. Радуйся, яко умолил еси Ангельским Силам явитися к тех поражению; радуйся, яко многие агаряне ко Христу тогда привел еси. Радуйся, ратники на обитель воюющия в послушники Ея претворивый; радуйся, непокоривыя беглецы сотворивый. Радуйся, дерзости богоборныя посрамление; радуйся, терпения христианского увенчание. Радуйся, упования еже на тя не посрамивый; радуйся, молитвенники твоя спасый и прославивый.
Радуйся, Иове, преславный угодниче Божий, и обители Почаевския украшение.
Кондак 9
Всякия отступства и колебания в вере народом и обителию твоею претерпенная, отпустив преподобный Иов, молитвами своими землю Волынскую ко православию возврати и в ней святыню Почаевскую твердейший оплот истинныя веры ныне являет, приходящим к ней тьмочисленным людем, святыя же мощи его усты и сердцем целующим и поющим Богу: Аллилуиа.
Икос 9
Витии славы твоея явишася православнии архиереи и весь освященный собор, егда мощи твоя, от отступник православия сокровенная, паки изнесоша во святую Церковь поклоняющимся христианом и в веселии глаголющим:
Радуйся, православныя Волыни солнце; радуйся, истинныя Церкве звездо. Радуйся, заре правды нощи прешедшей возсиявшая; радуйся, луче, тьму ереси разгнавший. Радуйся, в нове твоих мощей явлений паки чудеса источаяй; радуйся, тем отступление от православия в конец обличаяй. Радуйся, яко моления верных исполняти не престал еси; радуйся, яко согрешения отец наших не помянул еси. Радуйся, и нас врагом прощати научаяй; радуйся, и нас в долготерпении утверждаяй. Радуйся, малодушных обличение; радуйся, кающихся прощение.
Радуйся, Иове, преславный угодниче Божий, и обители Почаевския украшение.
Кондак 10
Спасения нашего буди и ныне ходатай Иове преподобне, зане многия растленныя обычаи нечестивии людие введоша во страну нашу и теми крепость наша оскуде, но в сокрушении сердец наших к твоему заступлению припадаем, на твое же предстательство уповающе, вопием Богу: Аллилуиа.
Икос 10
Стена твердая православной веры в земле Волынстей и Галицстей чрез все житие твое был еси отче преподобне, но и по преставлении твоем явленьми и исцеленьми за истину побораеши, еще же и невидимо душам чад твоих беседуеши, да вси вопием ти:
Радуйся, спасения нашего поборниче; радуйся, искушений злых отгнателю. Радуйся, ко Господу дерзновение о нас стяжавый; радуйся, от Того благодать исцелений приявый. Радуйся, яко со Ангелы в раи днесь водворяешися; радуйся, яко со Апостолы и мученики тамо ликуеши. Радуйся, купно с ними о Церкви предстателю; радуйся, милосердия Божия к нам ходатаю. Радуйся, кающияся еще в житии твоем возлюбивый; радуйся, ныне тех молитвы, яко фимиам к небесному Престолу возносяй. Радуйся, и всех молящихся скорый слышателю; радуйся, смиренных сердцем покровителю.
Радуйся, Иове, преславный угодниче Божий, и обители Почаевския украшение.
Кондак 11
Пение наше благодарное, от любве чистыя приносимое, приими угодниче Божий, яко же вдовицине лепте зане духовное имение наше нищетно пред тобою, благими же делы подражати тебе не возможем, но сокрушенная воздыхания о гресех наших приносяще, твоих добродетелей славою утешаемся, поюще Богу: Аллилуиа.
Икос 11
Светильник православныя веры и столп благочестия был еси отче наш Иове, словом, житием, любовию, верою, чистотою, в них же и нас твоими молитвами укрепи, всякия же ереси и развращенныя обычаи от нас далече отжени, да благодарственное сотворим ти пение:
Радуйся, Божий избранниче; радуйся, Ангелов собеседниче. Радуйся, и от нас духом любве твоея не отступивый; радуйся, и нам от духа твоего дарования разделяяй. Радуйся, яко зрящии нетленное тело твое на страсти телесная ополчаются; радуйся, яко чтущии о святем житии твоем, душу свою очистити тщатся. Радуйся, ревновати о своем спасении нас научаяй; радуйся, и ближних спасению служити нас подвизаяй. Радуйся, ревностию о православии сердца наша распаляяй; радуйся, покаянием о гресех души наша сокрушаяй. Радуйся, духовнаго сна разгнателю; радуйся, духовныя бодрости подателю.
Радуйся, Иове, преславный угодниче Божий, и обители Почаевския украшение.
Кондак 12
Благодать непрестанныя молитвы и о теле небрежения, радости же духовныя и к ближним сострастия обильно стяжал еси отче Иове, тем же и нас ленивых и грешных, тоя причастники сотвори твоими всемощными молитвами, да мучительства страстей избавльшеся, воспоим Богу: Аллилуиа.
Икос 12
Поюще твое дивное житие на земли и на небеси прославление, молим тя Иове преподобне: утверди молитвами твоими православную веру во стране тебе присной, всю же Христову Церковь на земли противу неверия и ереси защити и укрепи, наша же не отвергни хваления сицевая:
Радуйся, Апостольскаго служения сопричастниче; радуйся, пустыннических подвигов ревнителю. Радуйся, нищеты духовныя благий образе; радуйся, плача духовнаго богатный стяжателю. Радуйся, яко кротостию твоею души татий и злодеев, аки наследие доброе Господеви привел еси; радуйся, яко со всеми алкавшими и жаждавшими правды ныне во дворех Божиих насыщаешися. Радуйся, от Бога со всеми милостивыми помилованный и прославленный; радуйся, со всеми чистыми сердцем лицем к лицу ныне Того созерцаяй. Радуйся, и нас от небесных с любовию назираяй; радуйся, всем о православии трудящимся помощь от Господа подаваяй. Радуйся, обитель твою от всякаго обстояния сохраняяй; радуйся, и о всей вселенней молитвы Господеви возносяяй.
Радуйся, Иове, преславный угодниче Божий, и обители Почаевския украшение.
Кондак 13
О, всеблаженне преподобне Иове, православныя веры великий ревнителю и ереси твердый обличителю! Малаго сего моления от убогих сердец наших к тебе возносимаго не отвержи, но буди нам присный в вере и покаянии наставник, в подвизех благий помощник и пред Господом о спасении нашем неустанный молитвенник, о тебе вопиющих Богу: Аллилуиа.
Сей кондак читается трижды, затем снова читается икос — 1, кондак — 1, и молитва.
МОЛИТВА ПРЕПОДОБНОМУ И БОГОНОСНОМУ ОТЦУ НАШЕМУ ИОВУ
О, преподобне отче Иове, иноков трудолюбнаго жития богомудрый наставниче, кротости и воздержания, чистоты и целомудрия, братолюбия и нищелюбия, терпения и бдения от ранней юности до поздней старости неутомимый подвижниче, веры православныя великий ревнителю и непреоборимый поборниче, земли Волынския и Галицкия светило богосветлое и святыя Почаевския обители непобедимый защитниче! Призри оком благоутробия твоего на нас недостойных чад твоих, к тебе усердно по вся дни прибегающих и на боголюбивыя люди сия, пред твоими духоносными и многоцелебными мощами собравшияся и благоговейно к тем припадающия, и испроси предстательством твоим ко Всевышнему Владыце им и нам вся, яже к животу и благочестию, полезная и благопотребная: болящия исцели, малодушныя ободри, скорбящия утеши, обидимыя заступи, немощныя подкрепи и поверженныя долу возстави, всем вся, благодатию тебе от Бога данною, даруй по коегождо нужде и потребе, во спасение души и во здравие телу. Вознеси, угодниче Божий, всемощную молитву твою, да будет в стране нашей выну мир и тишина, благочестие и благоденствие, в судах правда и милость, в советех мудрость и благое преспеяние, да утверждается же во благих человецех верность, в злых же страх и боязнь, во еже престати им от зла и творити добрая, да тако в стране нашей Царство Христово растет и множится и да прославится в нем Бог, дивный во Святых Своих: Ему же единому подобает всякая слава, честь и поклонение Отцу, и Сыну, и Святому Духу, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Святитель Димитрий Ростовский, митрополит

 

 

КРАТКОЕ ЖИТИЕ СВЯТИТЕЛЯ ДИМИТРИЯ РОСТОВСКОГО

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

Свя­ти­тель Ди­мит­рий, мит­ро­по­лит Ро­стов­ский (в ми­ру Да­ни­ил Сав­вич Туп­та­ло), ро­дил­ся в де­каб­ре 1651 го­да в ме­стеч­ке Ма­ка­ро­во, неда­ле­ко от Ки­е­ва, в бла­го­че­сти­вой се­мье и вы­рос глу­бо­ко ве­ру­ю­щим хри­сти­а­ни­ном. В 1662 го­ду, вско­ре по­сле пе­ре­ез­да ро­ди­те­лей в Ки­ев, Да­ни­ил был от­дан в Ки­е­во-Мо­ги­лян­скую кол­ле­гию, где впер­вые рас­кры­лись да­ро­ва­ния и неза­у­ряд­ные спо­соб­но­сти та­лант­ли­во­го юно­ши. Он успеш­но изу­чил гре­че­ский и ла­тин­ский язы­ки и ряд клас­си­че­ских на­ук. 9 июля 1668 го­да Да­ни­ил при­нял мо­на­ше­ство с име­нем Ди­мит­рий – в честь ве­ли­ко­му­че­ни­ка Ди­мит­рия Со­лун­ско­го. До вес­ны 1675 го­да он про­хо­дил ино­че­ское по­слу­ша­ние в Ки­ев­ском Ки­рил­ло­вом мо­на­сты­ре, где на­ча­лась его ли­те­ра­тур­ная и про­по­вед­ни­че­ская де­я­тель­ность. Чер­ни­гов­ский ар­хи­епи­скоп Ла­зарь (Ба­ра­но­вич) ру­ко­по­ло­жил Ди­мит­рия 23 мая 1675 го­да во иеро­мо­на­ха. В те­че­ние несколь­ких лет иеро­мо­нах Ди­мит­рий под­ви­зал­ся, про­по­ве­дуя сло­во Бо­жие, в раз­лич­ных мо­на­сты­рях и хра­мах Укра­и­ны, Лит­вы и Бе­ло­рус­сии. Неко­то­рое вре­мя он был игу­ме­ном Мак­си­мов­ской оби­те­ли, а за­тем Ба­ту­рин­ско­го Ни­коль­ско­го мо­на­сты­ря, от­ку­да в 1684 го­ду был вы­зван в Ки­е­во-Пе­чер­скую Лав­ру. На­сто­я­тель Лав­ры ар­хи­манд­рит Вар­ла­ам (Ясин­ский), зная вы­со­кую ду­хов­ную на­стро­ен­ность сво­е­го быв­ше­го уче­ни­ка, его об­ра­зо­ван­ность, склон­ность к на­уч­но­му тру­ду, а так­же несо­мнен­ное ли­те­ра­тур­ное да­ро­ва­ние, по­ру­чил иеро­мо­на­ху Ди­мит­рию со­став­ле­ние Че­ти­их-Ми­ней (жи­тий свя­тых) на весь год. С то­го вре­ме­ни вся даль­ней­шая жизнь свя­ти­те­ля Ди­мит­рия бы­ла по­свя­ще­на вы­пол­не­нию это­го по­движ­ни­че­ско­го, гран­ди­оз­но­го по сво­им мас­шта­бам тру­да. Ра­бо­та тре­бо­ва­ла огром­но­го на­пря­же­ния сил, нуж­но бы­ло со­брать и про­ана­ли­зи­ро­вать мно­же­ство раз­роз­нен­ных ис­точ­ни­ков и из­ло­жить их язы­ком, до­стой­ным вы­со­ко­го пред­ме­та из­ло­же­ния и од­новре­мен­но до­ступ­ным всем ве­ру­ю­щим. Бо­же­ствен­ная по­мощь не остав­ля­ла свя­ти­те­ля на про­тя­же­нии его два­дца­ти­лет­не­го тру­да. По сви­де­тель­ству пре­по­доб­но­го, ду­ша его на­пол­ни­лась об­ра­за­ми свя­тых, ко­то­рые укреп­ля­ли его дух и те­ло, все­ля­ли ве­ру в бла­го­по­луч­ное за­вер­ше­ние его бла­го­род­но­го тру­да. Од­новре­мен­но с этим пре­по­доб­ный Ди­мит­рий был на­сто­я­те­лем несколь­ких мо­на­сты­рей (по­оче­ред­но). Тру­ды по­движ­ни­ка об­ра­ти­ли на се­бя вни­ма­ние пат­ри­ар­ха Адри­а­на. В 1701 го­ду ука­зом Пет­ра I ар­хи­манд­рит Ди­мит­рий был вы­зван в Моск­ву, где 23 мар­та в Успен­ском со­бо­ре Крем­ля был хи­ро­то­ни­сан на Си­бир­скую мит­ро­по­ли­чью ка­фед­ру в го­род То­больск. Но через неко­то­рое вре­мя из-за важ­но­сти на­уч­но­го тру­да и сла­бо­го здо­ро­вья свя­ти­тель по­лу­чил но­вое на­зна­че­ние в Ро­стов-Яро­слав­ский, ку­да при­был 1 мар­та 1702 го­да в ка­че­стве мит­ро­по­ли­та Ро­стов­ско­го.
Как и преж­де, он про­дол­жал неусып­но за­бо­тить­ся об укреп­ле­нии един­ства Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви, ослаб­лен­но­го ста­ро­об­ряд­че­ским рас­ко­лом.
В его вдох­но­вен­ных тру­дах и про­по­ве­дях мно­гие по­ко­ле­ния рус­ских бо­го­сло­вов чер­па­ют ду­хов­ные си­лы для твор­че­ства и мо­лит­вы. Для всех пра­во­слав­ных хри­сти­ан он оста­ет­ся при­ме­ром свя­той, ас­ке­ти­че­ской, нес­тя­жа­тель­ной жиз­ни. По его кон­чине, по­сле­до­вав­шей 28 ок­тяб­ря 1709 го­да, у него не на­шли ни­ка­ко­го иму­ще­ства, кро­ме книг и ру­ко­пи­сей.
При­чис­ле­ние свя­ти­те­ля Ди­мит­рия, мит­ро­по­ли­та Ро­стов­ско­го, к ли­ку свя­тых со­вер­ши­лось 22 ап­ре­ля 1757 го­да. Празд­не­ство ему уста­нов­ле­но так­же 21 сен­тяб­ря, в день об­ре­те­ния мо­щей.
Свя­ти­тель Ди­мит­рий, мит­ро­по­лит Ро­стов­ский, при­быв в 1702 го­ду на Ро­стов­скую ка­фед­ру, преж­де все­го по­се­тил мо­на­стырь свя­ти­те­ля Иа­ко­ва, епи­ско­па Ро­стов­ско­го (па­мять 27 но­яб­ря и 23 мая). В со­бор­ной церк­ви в честь За­ча­тия Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы он со­вер­шил ли­тур­гию, по­сле ко­то­рой при всех при­сут­ство­вав­ших в хра­ме опре­де­лил на пра­вой сто­роне ме­сто сво­е­го бу­ду­ще­го по­гре­бе­ния со сло­ва­ми: «Се по­кой мой, зде все­лю­ся в век ве­ка». Пре­ста­вил­ся свя­ти­тель Ди­мит­рий 28 ок­тяб­ря 1709 го­да. Несмот­ря на же­ла­ние свя­ти­те­ля, вы­ра­жен­ное в за­ве­ща­нии, ду­хо­вен­ство и жи­те­ли Ро­сто­ва про­си­ли при­быв­ше­го для по­гре­бе­ния ме­сто­блю­сти­те­ля пат­ри­ар­ше­го пре­сто­ла Ря­зан­ско­го мит­ро­по­ли­та Сте­фа­на Явор­ско­го со­вер­шить по­гре­бе­ние в со­бор­ном хра­ме го­ро­да, ря­дом с пред­ше­ствен­ни­ком свя­ти­те­ля Ди­мит­рия, свя­ти­те­лем Иоаса­фом. Мит­ро­по­лит Сте­фан, со­блю­дая за­ве­ща­ние сво­е­го по­чив­ше­го дру­га, на­сто­ял на по­гре­бе­нии те­ла свя­ти­те­ля Ди­мит­рия в ука­зан­ном ме­сте. Од­на­ко до при­бы­тия мит­ро­по­ли­та Сте­фа­на ме­сто по­гре­бе­ния при­го­тов­ле­но не бы­ло, хо­тя со дня кон­чи­ны про­шло око­ло ме­ся­ца. В свя­зи с неот­лож­ным отъ­ез­дом мит­ро­по­ли­та Сте­фа­на из Ро­сто­ва в вы­ко­пан­ной мо­ги­ле был сде­лан на­ско­ро за­го­тов­лен­ный де­ре­вян­ный сруб, в ко­то­ром 25 но­яб­ря бы­ло по­гре­бе­но те­ло свя­ти­те­ля. Это об­сто­я­тель­ство, преду­смот­рен­ное Про­мыс­лом Бо­жи­им, при­ве­ло к ско­ро­му об­ре­те­нию мо­щей. В 1752 го­ду про­из­во­дил­ся ре­монт в со­бор­ной церк­ви мо­на­сты­ря, и 21 сен­тяб­ря при по­чин­ке опу­стив­ше­го­ся по­ла бы­ло об­на­ру­же­но нетлен­ное те­ло свя­ти­те­ля Ди­мит­рия. Ме­сто по­гре­бе­ния ока­за­лось сы­рым, ду­бо­вый гроб и на­хо­див­ши­е­ся в нем ру­ко­пи­си ис­тле­ли, но те­ло свя­ти­те­ля, а так­же омо­фор, сак­кос, мит­ра и шел­ко­вые чет­ки со­хра­ни­лись нетлен­ны­ми. По­сле об­ре­те­ния у свя­тых мо­щей со­вер­ша­лось мно­же­ство ис­це­ле­ний, о чем бы­ло до­не­се­но Си­но­ду, по пред­пи­са­нию ко­то­ро­го в Ро­стов при­бы­ли Суз­даль­ский мит­ро­по­лит Силь­вестр и Си­мо­нов­ский ар­хи­манд­рит Гав­ри­ил для осви­де­тель­ство­ва­ния мо­щей свя­ти­те­ля Ди­мит­рия и про­ис­шед­ших чу­дес­ных ис­це­ле­ний. По­сле­до­вал указ Си­но­да от 29 ап­ре­ля 1757 го­да о при­чис­ле­нии к ли­ку свя­тых свя­ти­те­ля Ди­мит­рия, мит­ро­по­ли­та Ро­стов­ско­го и уста­нов­ле­нии празд­но­ва­ния 28 ок­тяб­ря (день пре­став­ле­ния) и 21 сен­тяб­ря (день об­ре­те­ния мо­щей).

ПОЛ­НОЕ ЖИ­ТИЕ СВЯ­ТИ­ТЕ­ЛЯ ДИ­МИТ­РИЯ РОСТОВСКОГО

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

Пер­вые по­дви­ги свя­то­го Ди­мит­рия
В пре­де­лах Ки­ев­ских, в неболь­шом ме­стеч­ке Ма­ка­ров, ро­дил­ся в де­каб­ре 1651 го­да бу­ду­щий свя­ти­тель Ди­мит­рий (в ми­ру Да­ни­ил) от не зна­ме­ни­тых, но бла­го­че­сти­вых ро­ди­те­лей: сот­ни­ка Сав­вы Гри­горь­е­ви­ча Туп­та­лы и су­пру­ги его Ма­рии. Сам он изо­бра­зил в сво­их за­пис­ках, ко­то­рые вел в те­че­ние по­чти всей жиз­ни, бла­жен­ную кон­чи­ну сво­ей ма­те­ри, и по­хва­ла та­ко­го сы­на есть луч­шее сви­де­тель­ство ее доб­ро­де­те­ли. Отец его, из про­стых ка­за­ков, до­слу­жив­шись до зва­ния сот­ни­ка у гет­ма­на До­ро­шен­ко, при смут­ных об­сто­я­тель­ствах то­го вре­ме­ни, в позд­ние го­ды бод­ро нес бре­мя во­ин­ской служ­бы и скон­чал­ся свы­ше ста лет в Ки­е­ве, ку­да пе­ре­се­лил­ся с се­мей­ством. По­след­ние дни по­свя­тил он слу­же­нию Церк­ви в долж­но­сти кти­то­ра Ки­рил­лов­ской оби­те­ли, где по­стриг­ся впо­след­ствии его сын и где сам воз­лег на веч­ный по­кой под­ле сво­ей су­пру­ги. Бо­лее о них ни­че­го неиз­вест­но; но до­воль­но и той сла­вы для бла­го­че­сти­вой че­ты сей, что она мог­ла по­сре­ди сво­е­го убо­же­ства воз­рас­тить та­ко­го све­тиль­ни­ка для Церк­ви, при­учив его, еще в до­маш­ней жиз­ни, к по­дви­гам доб­ро­де­те­ли.
На­учен­ный гра­мо­те в до­ме ро­ди­тель­ском, от­рок Да­ни­ил по­сту­пил для выс­ше­го об­ра­зо­ва­ния в Брат­ское учи­ли­ще при Бо­го­яв­лен­ской церк­ви в Ки­е­ве, что ныне об­ра­ще­на в оби­тель Ака­де­ми­че­скую, это был един­ствен­ный рас­сад­ник вос­пи­та­ния ду­хов­но­го для юно­ше­ства, на­саж­ден­ный или, луч­ше ска­зать, рас­ши­рен­ный рев­ност­ным мит­ро­по­ли­том Пет­ром Мо­ги­лою для про­ти­во­дей­ствия коз­ням ла­тин­ским: от­лич­ные спо­соб­но­сти от­ро­ка об­ра­ти­ли на него вни­ма­ние на­став­ни­ков, и он по­ка­зал быст­рые успе­хи свы­ше всех сво­их сверст­ни­ков, но еще бо­лее от­ли­чал­ся сво­им бла­го­че­сти­ем и скром­ным нра­вом, ко­то­рые уда­ля­ли его от вся­ких уве­се­ле­ний, свой­ствен­ных его воз­рас­ту. Не да­лее, од­на­ко, осьм­на­дца­ти­лет­не­го воз­рас­та мог он поль­зо­вать­ся бла­го­де­тель­ным уче­ни­ем Брат­ской оби­те­ли; по­сре­ди бед­ствен­ных об­сто­я­тельств то­го вре­ме­ни, при кро­во­про­лит­ной войне Рос­сии с зад­не­пров­ски­ми ка­за­ка­ми, Ки­ев пе­ре­хо­дил из рук в ру­ки, и са­мое учи­ли­ще бы­ло за­кры­то, ко­гда дер­жа­ва Поль­ская вре­мен­но воз­об­ла­да­ла ко­лы­бе­лью на­шей ве­ры; во­семь лет оста­ва­лось оно в та­ком за­пу­сте­нии. То­гда по­сле­до­вал юно­ша Да­ни­ил ран­не­му вле­че­нию сво­е­го серд­ца и, три го­да спу­стя по­сле вы­хо­да из учи­ли­ща, про­ник­ну­тый чте­ни­ем оте­че­ских книг, по­стриг­ся в мо­на­ше­ство в род­ствен­ной ему оби­те­ли Ки­рил­лов­ской; он при­нял имя Ди­мит­рия, ко­то­рое про­сла­вил в зем­ле Рус­ской. По­нят­но из­бра­ние им сей оби­те­ли, ибо тут был кти­то­ром ста­рец отец его, а на­сто­я­те­лем – быв­ший рек­тор Брат­ско­го учи­ли­ща, про­све­щен­ный Ме­ле­тий Дзик.
От­сю­да, хо­тя и в юные еще го­ды, на­чи­на­ет­ся уже ряд по­дви­гов Ди­мит­ри­е­вых на по­при­ще цер­ков­ном и бо­го­слов­ском, на ко­то­ром про­си­ял он, как один из древ­них учи­те­лей Церк­ви Все­лен­ской, на­пом­нив нам свет­лый лик Ва­си­ли­евГри­го­ри­ев и Зла­то­устов. Несмот­ря на его мо­ло­дость, ра­ди вы­со­кой доб­ро­де­те­ли и тру­же­ни­че­ской жиз­ни, игу­мен Ме­ле­тий про­сил на­ре­чен­но­го мит­ро­по­ли­та Ки­ев­ско­го, Иоси­фа Ту­каль­ско­го (ко­то­рый, не бу­дучи до­пу­щен до сво­ей епар­хии, имел пре­бы­ва­ние в Ка­не­ве), по­свя­тить но­во­го ино­ка в иеро­ди­а­ко­на. Через шесть лет сде­лал­ся из­ве­стен Ди­мит­рий и на­сто­я­ще­му блю­сти­те­лю мит­ро­по­лии Ки­ев­ской, Ла­за­рю Ба­ра­но­ви­чу, ар­хи­епи­ско­пу Чер­ни­гов­ско­му, му­жу вы­со­кой доб­ро­де­те­ли и уче­но­сти, ко­то­рый сам был вос­пи­тан­ни­ком и рек­то­ром Ки­ев­ской ака­де­мии и по­чи­тал­ся ве­ли­ким стол­пом Церк­ви и рев­ни­те­лем пра­во­сла­вия в Ма­ло­рос­сии. Ар­хи­епи­скоп вы­звал Ди­мит­рия, до­стиг­ше­го толь­ко два­дца­ти­пя­ти­лет­не­го воз­рас­та, в Гу­стын­ский Тро­иц­кий мо­на­стырь, где сам на­хо­дил­ся по слу­чаю освя­ще­ния хра­ма, и там ру­ко­по­ло­жил его в иеро­мо­на­ха; это бы­ло в 1675 го­ду. Узнав же бли­же внут­рен­нее до­сто­ин­ство но­во­по­став­лен­но­го, взял его с со­бою в епар­хию, где имел нуж­ду в про­по­вед­ни­ках сло­ва Бо­жия и со­стя­за­те­лях с ла­ти­на­ми, ко­то­рые уси­ли­ва­лись по­да­вить пра­во­сла­вие в юж­ной Рос­сии.
Рев­ност­ный пас­тырь ста­рал­ся воз­бу­дить лю­дей про­све­щен­ных к про­ти­во­дей­ствию коз­ням рим­ским, он вы­звал для это­го из Лит­вы быв­ше­го рек­то­ра Ки­ев­ской ака­де­мии Иоан­ни­кия Го­ля­тов­ско­го и по­кро­ви­тель­ство­вал уче­но­му ино­стран­цу Ада­му Зер­ни­ка­ву, ко­то­рый, бу­дучи про­те­стан­том, об­ра­тил­ся к пра­во­сла­вию един­ствен­но си­лою ис­ти­ны; сей Зер­ни­кав на­пи­сал об­шир­ную кни­гу о ис­хож­де­нии Ду­ха Свя­то­го от еди­но­го От­ца, в ко­то­рой, во­пре­ки мне­ний ла­тин­ских, со­бра­ны бы­ли все воз­мож­ные сви­де­тель­ства древ­них учн­те­лей Церк­ви. С та­ки­ми уче­ны­ми людь­ми взо­шел в со­об­ще­ство Ди­мит­рий, до­пол­няя их по­зна­ни­я­ми недо­ста­ток соб­ствен­ных, так как об­сто­я­тель­ства вре­ме­ни не поз­во­ля­ли ему окон­чить пол­но­го кур­са бо­го­слов­ских на­ук в учи­ли­ще Брат­ском. В про­дол­же­ние двух лет за­ни­мал он долж­ность про­по­вед­ни­ка при ка­фед­ре Чер­ни­гов­ской и столь­ко же ста­рал­ся на­зи­дать крас­но­ре­чи­вым сло­вом, сколь­ко бла­гим сво­им при­ме­ром. Зна­ме­на­тель­ный сон, ви­ден­ный им око­ло се­го вре­ме­ни и за­пи­сан­ный в его днев­ни­ке, по­ка­зы­ва­ет, до ка­кой сте­пе­ни цер­ков­ныи про­по­вед­ник был строг к са­мо­му се­бе: «Од­на­жды в Ве­ли­кий пост, в 1676 го­ду, в неде­лю Кре­сто­по­клон­ную, вы­шед­ши от утрен­ни и при­го­тов­ля­ясь к слу­же­нию в со­бо­ре (ибо и сам прео­свя­щен­ный хо­тел слу­жить), я за­дре­мал несколь­ко сном тон­ким. Во сне по­ка­за­лось мне, буд­то стою в ал­та­ре пе­ред пре­сто­лом: прео­свя­щен­ный ар­хи­ерей си­дит в крес­лах, а мы все око­ло пре­сто­ла, го­то­вясь к слу­же­нию, нечто чи­та­ем. Вдруг вла­ды­ка на ме­ня про­гне­вал­ся и на­чал силь­но мне вы­го­ва­ри­вать; сло­ва его (я хо­ро­шо их пом­ню) бы­ли та­ко­вы: «Не я ли те­бя вы­брал, не я ли те­бе на­рек имя? оста­вил бра­та Пав­ла диа­ко­на и про­чих при­хо­дя­щих, а те­бя вы­брал?» Во гне­ве сво­ем он про­из­нес и дру­гие сло­ва, для ме­ня по­лез­ные, ко­то­рых, од­на­ко, не пом­ню; ни сии хо­ро­шо мне па­мят­ны. Я низ­ко кла­нял­ся прео­свя­щен­но­му и, обе­ща­ясь ис­пра­вить­ся (че­го, од­на­ко же, и по­ныне не де­лаю), про­сил про­ще­ния – и удо­сто­ил­ся оно­го. Про­стив ме­ня, он доз­во­лил мне по­це­ло­вать его ру­ку и на­чал лас­ко­во со мно­го го­во­рить, по­веле­вая мне го­то­вить­ся к слу­же­нию. То­гда опять стал я на сво­ем ме­сте, разо­гнул слу­жеб­ник, но и в нем тот­час на­шел те же са­мые сло­ва, ка­ки­ми прео­свя­щен­ный де­лал мне вы­го­вор, на­пи­сан­ные боль­ши­ми бук­ва­ми: «Не я ли те­бя из­брал?» и про­чее, как преж­де ска­за­но. С ве­ли­ким ужа­сом и удив­ле­ни­ем чи­тал я в то вре­мя сии сло­ва, и до­ныне пом­ню их твер­до. Про­бу­дясь от сна, я мно­го удив­лял­ся ви­ден­но­му и до­се­ле, при вос­по­ми­на­нии, удив­ля­юсь и ду­маю, что в оном ви­де­нии, чрез осо­бу прео­свя­щен­но­го ар­хи­епи­ско­па, ме­ня вра­зум­лял сам Со­зда­тель мой. При этом я спра­ши­вал и о Пав­ле: не бы­ло ли ко­гда та­ко­го диа­ко­на? Ни не мог най­ти его ни­где, ни в Чер­ни­го­ве, ни в Ки­е­ве, ни по дру­гим мо­на­сты­рям, и до­ныне не знаю: был ли или есть ли те­перь где в мо­ем оте­че­стве Па­вел диа­кон? Бог зна­ет, что зна­чит Па­вел диа­кон? О Гос­по­ди мой! устрой о мне вещь по Тво­е­му бла­го­му и пре­ми­ло­серд­но­му из­во­ле­нию на спа­се­ние ду­ши мо­ей греш­ной».
Мол­ва о но­вом ви­тии цер­ков­ном рас­про­стра­ни­лась по Ма­ло­рос­сии и Лит­ве; раз­лич­ные оби­те­ли од­на за дру­гой ста­ра­лись вос­поль­зо­вать­ся его ду­хов­ным на­зи­да­ни­ем, ко­то­рое при­вле­ка­ло к ним тол­пы на­род­ные и утвер­жда­ло ко­ле­бав­ше­е­ся в тех кра­ях пра­во­сла­вие. Дви­жи­мый бла­го­че­сти­вым усер­ди­ем, Ди­мит­рий преж­де все­го от­пра­вил­ся из Чер­ни­го­ва в Но­во­двор­ский мо­на­стырь, под­ве­дом­ствен­ный Ви­лен­ско­му Свя­то­го Ду­ха, в пре­де­лах Ли­тов­ских, для по­кло­не­ния чу­до­твор­ной иконе Бо­го­ма­те­ри, пи­сан­ной свя­ти­те­лем Пет­роммит­ро­по­ли­том. Он был там ра­душ­но при­нят на­мест­ни­ком мит­ро­по­лии, епи­ско­пом Бе­ло­рус­ским Фе­о­до­си­ем и на­сто­я­те­лем Свя­то­ду­хов­ско­го мо­на­сты­ря Кли­мен­том Тро­иц­ким. По­след­ний при­гла­сил его на крат­кое вре­мя в свою оби­тель Ви­лен­скую, a епи­скоп Фе­о­до­сий – в Слуцк, где на­зна­чил ему ме­сто­пре­бы­ва­ни­ем свой Пре­об­ра­жен­ский мо­на­стырь; там, поль­зу­ясь осо­бен­ным рас­по­ло­же­ни­ем брат­ства и кти­то­ра мо­на­стыр­ско­го, бла­го­де­тель­но­го граж­да­ни­на Скоч­ке­ви­ча, Ди­мит­рий бо­лее го­да про­по­ве­до­вал сло­во Бо­жие, до кон­чи­ны сво­их бла­го­де­те­лей епи­ско­па и кти­то­ра; но в про­дол­же­нии се­го вре­ме­ни стран­ство­вал и по окрест­ным оби­те­лям для по­кло­не­ния свя­тыне; нам оста­лось его опи­са­ние чу­дес Ильин­ской ико­ны Бо­го­ма­те­ри, что в Чер­ни­го­ве, под име­нем «Ру­на оро­шен­но­го».
Меж­ду тем Ки­ев и Чер­ни­гов тре­бо­ва­ли к се­бе об­рат­но про­по­вед­ни­ка, удер­жи­ва­е­мо­го в Слуц­ке, ибо так ве­ли­ка бы­ла к нему об­щая лю­бовь. На­сто­я­тель Ки­рил­лов­ско­го мо­на­сты­ря Ме­ле­тий, пе­ре­ве­ден­ный в Ми­хай­лов­ский-Зла­то­вер­хий, при­гла­шал к се­бе сво­е­го уче­ни­ка и по­стри­же­ни­ка; гет­ман Ма­ло­рос­сии Са­мой­ло­вич пред­ла­гал ему у се­бя в Ба­ту­рине ме­сто про­по­вед­ни­ка.
Обет по­слу­ша­ния ино­че­ско­го по­буж­дал Ди­мит­рия ид­ти на зов стар­ца игу­ме­на, но бра­тия Слуц­кая не от­пус­ка­ла его, обе­щая при­нять на се­бя всю от­вет­ствен­ность, и Ме­ле­тий на вре­мя со­гла­сил­ся, при­слав да­же от се­бя в бла­го­сло­ве­ние про­по­вед­ни­ку ча­сти­цу мо­щей свя­той ве­ли­ко­му­че­ни­цы Вар­ва­ры. Ко­гда же, од­на­ко, по смер­ти бла­го­де­те­лей его, сде­ла­лись на­сто­я­тель­ны тре­бо­ва­ния из Ки­е­ва и Ба­ту­ри­на, Ди­мит­рий дол­жен был по­ви­но­вать­ся и пред­по­чел го­род гет­ман­ский, по­то­му что Ки­ев на­хо­дил­ся то­гда под стра­хом на­ше­ствия та­тар­ско­го: быв­ший гет­ман Юрий Хмель­ниц­кий на­кли­кал ту­рок на свою ро­ди­ну, и вся Зад­не­пров­ская Укра­и­на тре­пе­та­ла его опу­сто­ше­ний; да­же на­сто­я­тель Лав­ры Пе­чер­ской про­сил на вре­мя пе­ре­се­лить­ся с бра­ти­ей в иное, бо­лее без­опас­ное ме­сто. Ми­ло­сти­во был при­нят Ди­мит­рий гет­ма­ном Са­мой­ло­ви­чем, ко­то­рый сам, про­ис­хо­дя из зва­ния ду­хов­но­го, от­ли­чал­ся бла­го­че­сти­ем; он ука­зал ему для жи­тель­ства Ни­ко­ла­ев­ский мо­на­стырь близ Ба­ту­ри­на, где в то вре­мя был на­сто­я­те­лем уче­ный Фе­о­до­сий Гу­гу­ре­вич, за­няв­ший впо­след­ствии долж­ность рек­то­ра в Ки­ев­ской ака­де­мии.
Из Слуц­ка был при­гла­ша­ем Ди­мит­рий в раз­лич­ные оби­те­ли для про­по­ве­ди Сло­ва Бо­жия; из Ба­ту­ри­на же – для еди­новре­мен­но­го ими управ­ле­ния. Бра­тия Ки­рил­лов­ской оби­те­ли при­сла­ла на­роч­но­го про­сить быв­ше­го сво­е­го по­стри­жен­ни­ка к се­бе в на­сто­я­те­ли, но без­успеш­но: сам ли от­ка­зал­ся он по сми­ре­нию или не от­пу­стил его гет­ман. Успеш­нее бы­ло при­гла­ше­ние Мак­са­ков­ской оби­те­ли, что близ го­ро­да Борз­ны; Ди­мит­рий от­пра­вил­ся с пись­мом гет­ма­на в Чер­ни­гов за бла­го­сло­ве­ни­ем к ар­хи­епи­ско­пу Ла­за­рю и был при­нят весь­ма ми­ло­сти­во, как сам опи­сы­ва­ет в днев­ни­ке сво­ем. Еще не чи­тая пись­ма, ска­зал ар­хи­ерей: «Да бла­го­сло­вит вас Гос­подь Бог на игу­мен­ство; но по име­ни Ди­мит­рия же­лаю нам мит­ры, Ди­мит­рий да по­лу­чит мит­ру». В тот же день по­сле по­свя­ще­ния, бу­дучи при­гла­шен к сто­лу, услы­шал еще бо­лее зна­ме­на­тель­ные ре­чи от сво­е­го вла­ды­ки: «Се­го дня спо­до­бил вас Гос­подь Бог игу­мен­ства в мо­на­сты­ре, где храм Пре­об­ра­же­ния Гос­под­ня, яко Мо­и­сея на Фа­во­ре. Ска­за­вый пу­ти Своя Мо­и­сео­ви, да ска­жет и вам на сем Фа­во­ре пу­ти Свои к веч­но­му Фа­во­ру». «Сло­ва сии, – при­со­во­куп­ля­ет Ди­мит­рий, – при­нял я, греш­ный, за хо­ро­шее пред­зна­ме­но­ва­ние и за­ме­тил для се­бя; дай, Бо­же, чтобы сбы­лось про­ро­че­ство ар­хи­пас­тыр­ское! Он от­пу­стил ме­ня как отец род­но­го сы­на: по­дай ему, Гос­подь, все бла­гое по серд­цу».
Недол­го, од­на­ко, игу­мен­ство­вал свя­той Ди­мит­рий в оби­те­ли Мак­са­ков­ской; на сле­ду­ю­щий год был он, по же­ла­нию гет­ма­на, пе­ре­ве­ден в Ба­ту­рин­ский мо­на­стырь на ме­сто Фе­о­до­сия, взя­то­го в Ки­ев, но вско­ре от­ка­зал­ся от сей долж­но­сти по люб­ви сво­ей к за­ня­ти­ям уче­ным. Вспо­ми­ная по слу­чаю смер­ти од­но­го из сво­их со­бра­тий Ки­рил­лов­ских, скон­чав­ше­го­ся в Чер­ни­го­ве, о соб­ствен­ных стран­стви­ях из мо­на­сты­ря в мо­на­стырь Ди­мит­рий за­ме­тил в днев­ни­ке сво­ем: «Бог зна­ет, где и мне суж­де­но по­ло­жить свою го­ло­ву!» Мог ли он ожи­дать ко­гда-ни­будь, что из род­ной Ма­ло­рос­сии бу­дет вы­зван на свя­ти­тель­скую ка­фед­ру чуж­до­го ему Се­ве­ра? В день сво­е­го Ан­ге­ла сло­жил с се­бя бре­мя игу­мен­ское сми­рен­ный Ди­мит­рий, оста­ва­ясь, од­на­ко, в оби­те­ли, ибо не бо­ял­ся по­ко­рять­ся чу­жой во­ле по люб­ви сво­ей к по­слу­ша­нию. Меж­ду тем скон­чал­ся ар­хи­манд­рит лав­ры Пе­чер­ской Ин­но­кен­тий Ги­зель и на ме­сто его по­став­лен не ме­нее про­све­щен­ный Вар­ла­ам Ясин­ский; он пред­ло­жил быв­ше­му игу­ме­ну пе­ре­се­лить­ся в лав­ру для уче­ных за­ня­тий, и это пе­ре­се­ле­ние со­ста­ви­ло эпо­ху в его жиз­ни, ибо про­мыс­лу Бо­жию угод­но бы­ло при­звать Ди­мит­рия на де­ло два­дца­ти­лет­них тру­дов, ко­то­рым он ока­зал неза­бвен­ную услу­гу всей Церк­ви Рос­сий­ской.
Уче­ные за­ня­тия свя­то­го Ди­мит­рия
Дав­но уже чув­ство­ва­ли у нас необ­хо­ди­мость со­брать для на­зи­да­ния ве­ру­ю­щих жи­тия свя­тых, про­сла­вив­ших Гос­по­да сво­и­ми по­дви­га­ми; мит­ро­по­лит Все­рос­сий­ский Ма­ка­рий пред­при­нял ду­ше­по­лез­ный труд сей, со­еди­нив в сво­их ве­ли­ких Че­тьях-Ми­не­ях все жи­тия, ка­кие мог толь­ко об­ре­сти в про­ло­гах и па­те­ри­ках на­ших, и до­пол­нил их соб­ствен­ны­ми жиз­не­опи­са­ни­я­ми. Про­све­щен­ный мит­ро­по­лит Ки­ев­ский Петр Мо­ги­ла, по­буж­ден­ный столь бла­гим при­ме­ром, возы­мел на­ме­ре­ние из­дать жи­тия на бо­лее до­ступ­ном язы­ке сла­вя­но­рус­ском и вы­пи­сал для но­во­го пе­ре­во­да с Го­ры Афон­ской гре­че­ские кни­ги Си­мео­на Ме­та­ф­ра­с­та, ко­то­рый наи­бо­лее по­тру­дил­ся над жи­ти­я­ми свя­тых в Х ве­ке; но ран­няя кон­чи­на вос­пре­пят­ство­ва­ла рев­ност­но­му пас­ты­рю ки­ев­ско­му при­ве­сти в ис­пол­не­ние бла­гое на­ме­ре­ние, и по­сле­до­вав­шее за тем тяж­кое вре­мя для Ки­е­ва на­дол­го его от­сро­чи­ло. Од­на­ко пре­ем­ник его, ар­хи­манд­рит Лав­ры Пе­чер­ской Ин­но­кен­тий Ги­зель ис­про­сил с той же це­лью у пат­ри­ар­ха Мос­ков­ско­го Иоаки­ма ве­ли­кие Че­тьи Ми­неи мит­ро­по­ли­та Ма­ка­рия и так­же скон­чал­ся, не кос­нув­шись де­ла. Вар­ла­ам Ясин­ский ре­шил­ся про­дол­жать на­ча­тое, по­ис­кал для се­бя че­ло­ве­ка уеди­нен­но­го и спо­соб­но­го ис­пол­нить мно­го­об­раз­ный труд. Ни­ко­го не мог он из­брать луч­ше игу­ме­на Ба­ту­рин­ско­го, с об­ще­го со­ве­та бра­тии Пе­чер­ской, и через несколь­ко недель по­сле сво­е­го пе­ре­се­ле­ния в Лав­ру, в июне ме­ся­це 1684 го­да, Ди­мит­рий при­сту­пил к опи­са­нию жи­тий свя­тых; с тех пор это сде­ла­лось по­сто­ян­ным де­лом всей его жиз­ни, ко­то­рое усерд­но про­дол­жал и в ке­ллии ино­че­ской, и в сане на­сто­я­тель­ском, и на ка­фед­ре свя­ти­тель­ской, ибо ду­ша его пла­мен­но воз­лю­би­ла угод­ни­ков Бо­жи­их, ко­их па­мять хо­тел про­сла­вить. Они са­ми от­кры­ва­лись ему в та­ин­ствен­ных сно­ви­де­ни­ях, сви­де­тель­ствуя там соб­ствен­ную его бли­зость к ми­ру ду­хов­но­му, так как мысль его бы­ла ис­пол­не­на об­ра­за­ми свя­тых, им опи­сы­ва­е­мых; это еще бо­лее обод­ря­ло его к про­дол­же­нию на­ча­то­го тру­да. Вот как он сам опи­сы­ва­ет в днев­ни­ке сво­ем два уте­ши­тель­ных сно­ви­де­ния, ко­их удо­сто­ил­ся в те­че­ние трех ме­ся­цев. «Ав­гу­ста де­ся­то­го 1685 г., в по­не­дель­ник услы­шал я бла­го­вест к за­ут­ре­ни, но, по обык­но­вен­но­му мо­е­му ле­ни­вству разо­спав­шись, не по­спел к на­ча­лу, а про­спал да­же до чте­ния Псал­ты­ри. В сие вре­мя ви­дел сле­ду­ю­щее ви­де­ние: ка­за­лось, буд­то по­ру­че­на бы­ла мне в смот­ре­ние неко­то­рая пе­ще­ра, в ко­ей по­чи­ва­ли свя­тые мо­щи. Осмат­ри­вая со све­чою гро­бы свя­тых, уви­дел там же яко бы но­че­вав­шую свя­тую ве­ли­ко­му­че­ни­цу Вар­ва­ру. При­сту­пив к ее гро­бу, узрел ее ле­жа­щую бо­ком и гроб ее, яв­ля­ю­щий неко­то­рую гни­лость. Же­лая оную очи­стить, вы­нул мо­щи ее из ра­ки и по­ло­жил на дру­гом ме­сте. Очи­стив ра­ку, при­сту­пил к мо­щам ее и взял оные ру­ка­ми для вло­же­ния в ра­ку, но вдруг узрел в жи­вых Вар­ва­ру свя­тую. Ве­ща­ю­ще­му мне к ней: «Свя­тая де­во Вар­ва­ро, бла­го­де­тель­ни­це моя! Умо­ли Бо­га о гре­хах мо­их!» От­вет­ство­ва­ла свя­тая, бу­ди бы имея со­мне­ние некое: «Не ве­даю, – рек­ла, – умо­лю ли, ибо мо­ли­ши­ся по-рим­ски». (Ду­маю, что сие мне ска­за­но для то­го, что я весь­ма ле­нив к мо­лит­ве и упо­до­бил­ся в сем слу­чае рим­ля­нам, у ко­их весь­ма крат­кое мо­лит­во­сло­вие, так, как у ме­ня крат­кая и ред­кая мо­лит­ва). Сло­ва сии услы­шав от свя­той, на­чал я ту­жить и яко­бы от­ча­и­вать­ся, но она, спу­стя ма­ло вре­ме­ни, воз­зри­ла на ме­ня с ве­се­лым и осклаб­лен­ным ли­цом и рек­ла: «Не бой­ся», – и иные неко­то­рые уте­ши­тель­ные про­из­нес­ла сло­ва, ко­их и не вспом­ню. По­том, вло­жив в ра­ку, об­ло­бы­зал ее ру­ки и но­ги; ка­за­лось, те­ло жи­вое и весь­ма бе­лое, но ру­ка убо­гая и об­вет­ша­лая. Со­жа­лея о том, что нечи­сты­ми и сквер­ны­ми ру­ка­ми и уста­ми дер­заю ка­сать­ся свя­тых мо­щей и что не ви­жу хо­ро­шей ра­ки, раз­мыш­лял, как бы укра­сить сей гроб? И на­чал ис­кать но­вой бо­га­тей­шей ра­ки, в ко­то­рую бы пе­ре­ло­жить свя­тые мо­щи: но в том са­мом мгно­ве­нии проснул­ся. Жа­лея о про­буж­де­нии мо­ем, по­чув­ство­ва­ло серд­це мое неко­то­рую ра­дость». За­клю­чая этот рас­сказ, свя­той Ди­мит­рий сми­рен­но за­ме­ча­ет: «Бог ве­да­ет, что сей сон зна­ме­ну­ет и ка­ко­во иное со­бы­тие вос­по­сле­ду­ет! О, ко­гда бы мо­лит­ва­ми свя­той Вар­ва­ры дал мне Бог ис­прав­ле­ние зло­го и ока­ян­но­го жи­тия мо­е­го!» А через несколь­ко лет свя­той Ди­мит­рий имел уте­ше­ние дей­стви­тель­но воз­дать честь мо­щам свя­той ве­ли­ко­му­че­ни­цы. Бу­дучи в то вре­мя игу­ме­ном Ба­ту­рин­ским, он узнал, что часть этих мо­щей хра­нит­ся в казне гет­ман­ской меж­ду про­чи­ми со­кро­ви­ща­ми как бы под спу­дом и ма­ло ко­му из­вест­на. Она на­хо­ди­лась здесь по сле­ду­ю­щим об­сто­я­тель­ствам: еще в 1651 го­ду гет­ман ли­тов­ский Януш Рад­зи­вил по взя­тии Ки­е­ва ис­про­сил се­бе две ча­сти мо­щей ве­ли­ко­му­че­ни­цы, по­чи­ва­ю­щих в Ми­хай­лов­ском мо­на­сты­ре. Од­ну из этих ча­стей, от ре­бер свя­той Вар­ва­ры, он ото­слал в дар Ви­лен­ско­му епи­ско­пу Ге­ор­гию Тиш­ке­ви­чу, дру­гую, от пер­сей ее, по­да­рил жене сво­ей Ма­рии, по смер­ти ко­то­рой она до­ста­лась мит­ро­по­ли­ту Ки­ев­ско­му Иоси­фу Ту­каль­ско­му и по­ло­же­на им в го­ро­де Ка­не­ве, его обык­но­вен­ном ме­сто­пре­бы­ва­нии. От­сю­да по смер­ти Ту­каль­ско­го она взя­та бы­ла в Ба­ту­рин­скую ка­зен­ную па­ла­ту. Сво­и­ми усиль­ны­ми прось­ба­ми свя­той Ди­мит­рий по­лу­чил доз­во­ле­ние от гет­ма­на пе­ре­ве­сти сию свя­ты­ню в свой Ба­ту­рин­ский мо­на­стырь и с тор­же­ствен­ным хо­дом пе­ре­нес 15 ян­ва­ря 1691 го­да, во втор­ник, а в па­мять пе­ре­не­се­ния уста­но­вил в сво­ем мо­на­сты­ре каж­дый втор­ник со­вер­шать мо­леб­ное пе­ние ве­ли­ко­му­че­ни­це.
Дру­гое сно­ви­де­ние бы­ло еще по­ра­зи­тель­нее. «В 1685 го­ду, – пи­шет Ди­мит­рий, – в Филип­пов пост, в од­ну ночь окон­чив пись­мом стра­да­ния свя­то­го му­че­ни­ка Оре­ста, ко­то­ро­го па­мять 10 но­яб­ря по­чи­та­ет­ся, за час или мень­ше до за­ут­ре­ни, лег я от­дох­нуть не раз­де­ва­ясь и в сон­ном ви­де­нии узрел свя­то­го му­че­ни­ка Оре­ста, с ли­ком ве­се­лым ко мне ве­ша­ю­ще­го си­ми сло­ва­ми: «Я боль­ше пре­тер­пел за Хри­ста мук, неже­ли ты на­пи­сал». Сие рек, от­крыл мне пер­си свои и по­ка­зал в ле­вом бо­ку ве­ли­кую ра­ну, на­сквозь во внут­рен­ность про­хо­дя­щую, ска­зав: «Сие мне же­ле­зом про­жже­но». По­том от­крыл пра­вую по ло­коть ру­ку, по­ка­зав ра­ну на са­мом про­ти­ву лок­тя ме­сте, и рек: «Сие мне пе­ре­ре­за­но»; при­чем вид­ны бы­ли пе­ре­ре­зан­ные жи­лы. Так­же и ле­вую ру­ку от­крыв­ши, на та­ком же ме­сте, та­кую же ука­зав ра­ну, ска­зав: «И то мне пе­ре­ре­за­но». По­том, на­кло­нясь, от­крыл но­гу и по­ка­зал на сгиб ко­ле­на ра­ну, так­же и дру­гую но­гу, до ко­ле­на от­крыв­ши, та­кую же ра­ну на та­ком же ме­сте по­ка­зал и рек: «А сие мне ко­сою рас­се­че­но». И став пря­мо, взи­рая мне в ли­цо, рек: «Ви­дишь ли? боль­ше я за Хри­ста пре­тер­пел, неже­ли ты на­пи­сал». Я про­ти­ву се­го ни­что­же смея ска­зать, мол­чал и мыс­лил в се­бе: «Кто сей есть Орест, не из чис­ла ли пя­то­чис­лен­ных (13 де­каб­ря)?» На сию мою мысль свя­той му­че­ник от­вет­ство­вал: «Не тот я Орест, иже от пя­то­чис­лен­ных, но тот, его же ты ныне жи­тие на­пи­сал». Ви­дел и дру­го­го неко­е­го че­ло­ве­ка важ­но­го, за ним сто­яв­ше­го, и ка­за­лось мне, так­же некий му­че­ник был, но тот ни­что­же из­рек. В то са­мое вре­мя учи­нен­ный к за­ут­рене бла­го­вест про­бу­дил ме­ня, и я жа­лел, что сие весь­ма при­ят­ное ви­де­ние ско­ро окон­чи­лось. А что сие ви­де­ние, – при­бав­ля­ет свя­той Ди­мит­рий, – за­пи­сав его спу­стя бо­лее трех лет, я, недо­стой­ный и греш­ный, ис­тин­но ви­дел и что точ­но так ви­дел, как на­пи­сал, а не ина­че, сие под клят­вою мо­ею свя­щен­ни­че­скою ис­по­ве­дую: ибо все иное, как то­гда со­вер­шен­но па­мя­то­вал, так и те­перь пом­ню».
Из это­го мож­но ви­деть, как успеш­но по­дви­гал­ся труд его, ибо через пол­то­ра го­да до­ве­ден был уже до 10 но­яб­ря. Ему бла­го­при­ят­ство­ва­ла со­вер­шен­ная сво­бо­да от по­сто­рон­них за­ня­тий, но он недол­го мог поль­зо­вать­ся ею по осо­бен­ной к нему люб­ви свет­ско­го и ду­хов­но­го на­чаль­ства; опять воз­ло­жи­ли на него бре­мя прав­ле­ния, от ко­то­ро­го так недав­но от­ка­зал­ся. Ди­мит­рий вме­сте с ар­хи­манд­ри­том Вар­ла­а­мом по­ехал в Ба­ту­рин при­вет­ство­вать но­во­го мит­ро­по­ли­та Ки­ев­ско­го Ге­део­на из ро­да кня­зей Свя­то­пол­ков-Чет­вер­тин­ских, ко­то­рый воз­вра­щал­ся из Моск­вы, где был по­свя­щен пат­ри­ар­хом Иоаки­мом: это бы­ло пер­вое под­чи­не­ние мит­ро­по­лии Ки­ев­ской пат­ри­ар­ше­му пре­сто­лу Мос­ков­ско­му. Гет­ман и мит­ро­по­лит убе­ди­ли свя­то­го игу­ме­на при­нять на се­бя опять на­сто­я­тель­ство оби­те­ли Ни­ко­ла­ев­ской, и по­ви­но­вал­ся им лю­би­тель по­слу­ша­ния. Под­чи­не­ние Ки­ев­ской мит­ро­по­лии име­ло вли­я­ние и на бу­ду­щую его участь, по­то­му что, как де­я­тель­ный член и опыт­ный бо­го­слов Ма­ло­рос­сий­ской Церк­ви, он при­ни­мал жи­вое уча­стие в ду­хов­ных во­про­сах то­го вре­ме­ни и по сте­че­нию об­сто­я­тельств сам был ма­ло-по­ма­лу при­вле­чен с род­но­го юга на се­вер. Пер­вый важ­ный во­прос пред­ста­вил­ся: о вре­ме­ни пре­су­ществ­ле­ния Свя­тых Да­ров на ли­тур­гии, ибо неко­то­рые вы­ход­цы за­пад­ные ста­ра­лись объ­яс­нить это по обы­чаю ла­тин­ско­му, то есть буд­то пре­су­ществ­ле­ние со­вер­ша­ет­ся сло­ва­ми Гос­по­да Иису­са: «При­ми­те, яди­те и пей­те от нея все», а не при­зы­ва­ни­ем Ду­ха Свя­то­го на пред­ле­жа­щие да­ры и бла­го­сло­ве­ни­ем их по­сле сих зна­ме­на­тель­ных слов. Пат­ри­арх Иоаким, сму­щен­ный но­вы­ми тол­ка­ми и зная, что при­со­еди­нен­ная Ма­ло­рос­сия дол­го на­хо­ди­лась под вли­я­ни­ем поль­ским, по­чел нуж­ным спро­сить мит­ро­по­ли­та Ге­део­на: «Как ра­зу­ме­ет Ма­ло­рос­сий­ская Цер­ковь Со­бор Фло­рен­тий­ский?» Он по­лу­чил удо­вле­тво­ри­тель­ный от­вет от ли­ца все­го ду­хо­вен­ства той стра­ны, в чис­ле ко­е­го и бла­го­че­сти­вый игу­мен Ба­ту­рин­ский при­ло­жил свою ру­ку. Впо­след­ствии пат­ри­арх на­пи­сал про­стран­ное по­сла­ние о вре­ме­ни пре­су­ществ­ле­ния и с успе­хом опро­верг ла­тин­ские муд­ро­ва­ния, ко­то­рые от­ча­сти про­ник­ли и в Ма­ло­рос­сию.
Это по­слу­жи­ло на­ча­лом пря­мых сно­ше­ний свя­то­го Ди­мит­рия с пат­ри­ар­хом Мос­ков­ским. Бу­дучи при­нуж­ден воз­вра­тить, по его тре­бо­ва­нию, ве­ли­кие Че­тьи Ми­неи за три зим­ние ме­ся­ца, ко­то­рые на­хо­ди­лись в его ру­ках для сли­че­ния с но­вы­ми, он на­пи­сал по­сла­ние свя­тей­ше­му Иоаки­му, ис­пол­нен­ное глу­бо­чай­шим чув­ством сми­ре­ния. «Пред свя­ти­тель­ство ва­ше, от­ца и ар­хи­пас­ты­ря на­ше­го, и аз ов­ча па­жи­ти тво­ея, аще и по­след­ней­ший, и нема­ло же зна­е­мый, сим ху­дым пи­са­ни­ем мо­им (по­не­же сам со­бою не воз­мо­гох) при­хо­жду и к сто­пам свя­тых тво­их ног при­па­даю, да спо­доб­лю­ся у свя­тей­ше­го ми Ар­хи­пас­ты­ря зна­е­мый и гла­ша­е­мый бы­ти по име­ни… Свя­ти­тель­ство ва­ше, к их Цар­ско­го и пре­свет­ло­го Ве­ли­че­ства бо­го­моль­цу, а сво­е­му в Ду­хе Свя­то­м сы­ну, прео­свя­щен­но­му в Бо­зе Кир Ге­део­ну Свя­то­пол­ку, Кня­зю Чет­вер­тин­ско­му, Мит­ро­по­ли­ту Ки­ев­ско­му, Га­лиц­ко­му и Ма­лыя Рос­сии, а преж­де ко пре­по­доб­ней­ше­му Вар­ла­а­му Ар­хи­манд­ри­ту Пе­чер­ско­му, из­во­лил пи­са­ти о тех кни­гах (Че­тьих Ми­не­ях на Де­кабрь, Ген­варь и Фев­раль). Оба­че те кни­ги ни у него, прео­свя­щен­но­го Мит­ро­по­ли­та, ни у пре­по­доб­но­го Ар­хи­манд­ри­та, но в мо­на­сты­ре Ба­ту­рин­ском, в мо­их недо­стой­ных ру­ках, до­се­ле бя­ху дер­жи­мы и со вни­ма­ни­ем что­мы. От них же мно­гую при­ем­ши поль­зу и со­гла­сив­ше­ся со Свя­ты­ми жи­ти­я­ми, в них на­пи­сан­ны­ми, от­даю оные свя­ты­ни ва­шей со бла­го­да­ре­ни­ем и из­вест­вую: яко в по­слу­ша­нии свя­том, от Ма­ло­рос­сий­ской Цepкви мне вру­чен­ном, с Бо­жи­ею по­мо­щью по­тру­див­ши­ся, по си­ле мо­ей, в немо­щи со­вер­ша­ю­щей­ся, пре­пи­су­ю­щи от ве­ли­ких бла­жен­но­го Ма­ка­рия, Мит­ро­по­ли­та Мос­ков­ско­го и всея Рос­сии, книг и от оных Хри­сти­ан­ских ис­то­ри­ков, на­пи­сал жи­тий Свя­тых ме­ся­цев шесть, на­чав от Сен­тем­врия пер­во­го чис­ла до Фев­ра­ля по­след­не­го чис­ла, со­гла­су­ю­щи­е­ся со свя­ты­ми те­ми ве­ли­ки­ми кни­га­ми во всех ис­то­ри­ях и по­ве­стях и де­я­ни­ях, Свя­ты­ми со­де­ян­ных, в под­ви­зех их и стра­да­ни­ях. И уже на­пи­сан­ные тыи Свя­тых жи­тия что­мы бя­ху по боль­шей ча­сти и рас­суж­да­е­мы от неко­то­рых бла­го­род­ных лю­дей, а наи­бо­лее во свя­той Лав­ре Пе­черстей. Ныне же на­ле­жа­щу мно­гих бла­го­во­ле­нию и же­ла­нию хо­тел бы, к ду­шев­ной Хри­сти­а­нам поль­зе, ти­пом из­дать, к че­со­му наи­па­че воз­буж­да­ем есмь, ча­сты­ми пи­са­нии от пре­по­доб­ней­ше­го Ар­хи­манд­ри­та Пе­чер­ско­го. На та­ко­вое убо де­ло, Церк­ви Бо­жи­ей (яко же мню) не непо­треб­ное, ва­ше­го вер­хов­ней­ше­го Ар­хи­пас­тыр­ско­го ищу бла­го­сло­ве­ния. Да тем ва­шим Ар­хи­пас­тыр­ским бла­го­сло­ве­ни­ем управ­ля­е­мый, на­став­ля­е­мый и по­соб­ству­е­мый, воз­мо­гу пред­ле­жа­ще ми де­ло доб­ро со­вер­ши­ти, рас­суж­де­нию цер­ков­но­му вдая и ти­пом из­дая оныя шесть на­пи­сан­ные ме­ся­цы; яже, егда Бо­жею по­мо­щью и бла­го­сло­ве­ни­ем ва­шим Ар­хи­пас­тыр­ским, со­вер­шат­ся и из­да­дут­ся, то (аще Гос­подь вос­хо­щет и жи­вы бу­дем) и на про­чие про­стрем­ся, и ва­ше­му свя­тей­ше­му че­лом би­ти ста­нем о дру­гих свя­тых кни­гах».
Так как из Моск­вы не бы­ло пря­мо­го тре­бо­ва­ния на рас­смот­ре­ние этих но­во­со­став­лен­ных Ми­ней, ни за­пре­ще­ния их пе­ча­тать, то в 1689 го­ду Лав­ра Пе­чер­ская при­сту­пи­ла к из­да­нию их в свет, на­чи­ная с сен­тябрь­ской чет­вер­ти. Ар­хи­манд­рит Вар­ла­ам предо­ста­вил се­бе, вме­сте с со­бор­ной бра­ти­ей, окон­ча­тель­ное рас­смот­ре­ние этих книг и этим на­влек на се­бя неудо­воль­ствие пат­ри­ар­ха, ко­то­рый это при­нял за яв­ный знак непо­слу­ша­ния. Немед­лен­но от­пра­вил он об­ли­чи­тель­ную про­тив него гра­мо­ту, в ко­то­рой го­ря­чо всту­пал­ся за иерар­хи­че­ские пра­ва свои и до­ка­зы­вал необ­хо­ди­мость по­слу­ша­ния. Стро­гий блю­сти­тель пра­во­сла­вия, он за­ме­тил Лавр­ским из­да­те­лям неко­то­рые недо­смот­ры, вкрав­ши­е­ся в кни­гу от­то­го, что не при­сла­ли ее пред­ва­ри­тель­но на рас­смот­ре­ние ар­хи­пас­тыр­ское, и ве­лел пе­ре­пе­ча­тать по­гре­ши­тель­ные ли­сты и оста­но­вить про­да­жу не про­дан­ных еще эк­зем­пля­ров, с тем чтобы тре­бо­вать впредь раз­ре­ше­ния пат­ри­ар­ше­го на име­ю­щее про­дол­жать­ся из­да­ние. Од­на­ко сам бла­го­че­сти­вый со­ста­ви­тель Ми­ней не под­верг­ся гне­ву свя­ти­тель­но­му и да­же в это вре­мя имел слу­чай лич­но при­нять бла­го­сло­ве­ние от пат­ри­ар­ха Иоаки­ма и слы­шать из уст его одоб­ре­ние на про­дол­же­ние столь по­лез­но­го тру­да.
Глав­но­ко­ман­ду­ю­щий рус­ских войск князь Го­ли­цын по­слал гет­ма­на Ма­зе­пу в Моск­ву с до­не­се­ни­ем об успеш­ном окон­ча­нии сво­е­го по­хо­да про­тив ту­рок; вме­сте с ним от­прав­ле­ны бы­ли от ма­ло­рос­сий­ско­го ду­хо­вен­ства, ве­ро­ят­но, для разъ­яс­не­ния воз­ник­ших недо­уме­ний, два игу­ме­на: свя­той Ди­мит­рий и Ки­рил­лов­ской оби­те­ли Ин­но­кен­тий Мо­на­стыр­ский. Это слу­чи­лось в смут­ную эпо­ху стре­лец­ко­го бун­та и по­сле­до­вав­ше­го за ним па­де­ния ца­рев­ны Со­фьи. Свя­той Ди­мит­рий вме­сте с гет­ма­ном,пред­став­ля­лись спер­ва ца­рю Иоан­ну и сест­ре его в сто­ли­це, а по­том и юно­му Пет­ру в Лав­ре Тро­иц­кой, ку­да уда­лил­ся от коз­ней мя­теж­ни­ков и где окон­ча­тель­но их пре­одо­лел. Ма­ло­рос­сий­ские по­слан­ные бы­ли там сви­де­те­ля­ми и хо­да­тай­ства пат­ри­ар­ше­го за усми­рен­ную ца­рев­ну. От­пус­кая игу­ме­на, свя­той Иоаким бла­го­сло­вил Ди­мит­рия про­дол­жать жи­тия свя­тых и в знак сво­е­го бла­го­во­ле­ния дал ему об­раз Пре­свя­той Де­вы в бо­га­том окла­де. Ду­мал ли свя­той Ди­мит­рий, что это бы­ло для него не толь­ко на­пут­стви­ем на ро­ди­ну, но и как бы пред­зна­ме­на­тель­ным зо­вом во­дво­рить­ся в Рос­сии?
По воз­вра­ще­нии в Ба­ту­рин про­дол­жал он еще с боль­шей рев­но­стью за­ни­мать­ся свя­щен­ным тру­дом сво­им, сде­лав­шись осто­рож­нее в та­ком де­ле, ко­то­рое име­ло уже важ­ность для всей Церк­ви Рос­сий­ской. Для боль­ше­го уеди­не­ния оста­вил он да­же свои на­сто­я­тель­ские по­кои и устро­ил се­бе ма­лень­кий до­мик близ церк­ви свя­ти­те­ля Ни­ко­лая, ко­то­рый на­зы­вал сво­им ски­том. В ке­лей­ном днев­ни­ке его око­ло это­го вре­ме­ни за­пи­са­но вме­сте с кон­чи­ною быв­ше­го игу­ме­на Фе­о­до­сия Гу­гу­ре­ви­ча воз­вра­ще­ние из чу­жих стран по­стри­же­ни­ка оби­те­ли Бу­ту­рин­ской Фе­о­фа­на, ко­то­рый хо­дил учить­ся фило­со­фии и бо­го­сло­вию по раз­ным зем­лям. Это был бу­ду­щий зна­ме­ни­тый про­по­вед­ник и бо­го­слов Фе­о­фан Про­ко­по­вич, ар­хи­епи­скоп Нов­го­род­ский. Ско­ро од­ни за дру­гим скон­ча­лись пат­ри­арх Иоаким и мит­ро­по­лит Ки­ев­ский Ге­де­он; но­вый пер­во­свя­ти­тель Мос­ков­ский, Адри­ан, по­ста­вил на мит­ро­по­лию Ки­ев­скую быв­ше­го ар­хи­манд­ри­та Лав­ры Вар­ла­а­ма Ясин­ско­го, ко­то­рый при­вез пат­ри­ар­шую бла­го­сло­вен­ную гра­мо­ту свя­то­му игу­ме­ну: «Сам Бог, в Тро­и­це жи­во­тво­ря­щей бла­го­сло­вен сый во ве­ки, воз­даст ти, бра­те, вся­че­ским бла­го­сло­ве­ни­ем бла­го­стын­ным, на­пи­суя то в кни­ги жи­во­та веч­но­го, за твои бо­го­угод­ныя тру­ды в пи­са­нии, ис­прав­ле­нии же и ти­пом из­да­нии, кни­ги ду­ше­по­лез­ные жи­тий Свя­тых на три ме­ся­ца пер­вые, Сен­тем­врий, Ок­тов­рий и Но­ем­врий. Той же и впредь да бла­го­сло­вит, укре­пит и по­спе­шит по­труж­да­ти­ся те­бе да­же на все­це­лый год, и про­чие та­ко­вые же жи­тия Свя­тых кни­ги ис­пра­ви­ти со­вер­шен­но и ти­пом изо­бра­зить в той же став­ро­пи­гии на­шей Пат­ри­ар­шей Лав­ре Ки­е­во-Пе­чер­ской». Вслед за тем пат­ри­арх при­со­во­куп­ля­ет, что он про­сит и но­во­го мит­ро­по­ли­та, и бу­ду­ще­го ар­хи­манд­ри­та Лав­ры о со­дей­ствии во всем «ис­кус­но­му, и бла­го­ра­зум­но­му, и бла­го­усерд­но­му де­ла­те­лю» (3 ок­тяб­ря 1690 г.).
Глу­бо­ко тро­ну­тый та­кой свя­ти­тель­скою ми­ло­стью, сми­рен­ный Ди­мит­рий от­ве­чал пат­ри­ар­ху крас­но­ре­чи­вым по­сла­ни­ем, в ко­то­ром из­лил все чув­ства бла­го­дар­но­сти ду­ши: «Да по­хва­лен и про­слав­лен бу­дет Бог во свя­тых и от свя­тых сла­ви­мый, яко да­ро­вал ныне Церк­ви Сво­ей свя­той та­ко­во­го пас­ты­ря, добра и ис­кус­на, ва­ше Ар­хи­пас­тыр­ство, иже в на­ча­ле сво­е­го пас­тыр­ства, пер­вее всех пе­че­ши­ся и про­мыш­ля­е­ши о умно­же­нии Бо­жия и Свя­тых Его сла­вы, же­ла­ю­щи жи­ти­ям оным в мир ти­пом из­дан­ным бы­ти на поль­зу все­му Хри­сти­ан­ско­му пра­во­слав­но­му Рос­сий­ско­му ро­ду. Сла­ва сия всем пре­по­доб­ным есть. Ныне уже и аз недо­стой­ный усерд­нее Гос­по­ду по­спе­ше­ству­ю­щу на пред­ле­жа­ще про­ст­ру брен­ную и греш­ную мою ру­ку, имый Свя­ти­тель­ство ва­ше в том де­ле по­соб­ству­ю­щее ми, укреп­ля­ю­щее же и на­став­ля­ю­щее бла­го­сло­ве­ние, еже по пре­мно­гу воз­буж­да­ет мя, да сон ле­но­сти от­тряс, по­веле­ва­е­мое ми тво­рю тща­тель­но. Аще и не ис­ку­сен есмь, не имый то­ли­ко ве­де­ния и воз­мож­но­сти, дабы все доб­ро при­ве­сти к со­вер­шен­ству за­ча­тое де­ло: оба­че о укреп­ля­ю­щем мя Иису­се на­ло­жен­ный свя­то­го по­слу­ша­ния ярем но­си­ти дол­жен есмь, ску­до­умия мо­е­го недо­ста­точ­ное ис­пол­ня­ю­щу То­му, от его же ис­пол­не­ния мы все при­я­хом и еще при­ем­лем, то­чию да и впредь по­соб­ству­ет ми, с бла­го­сло­ве­ни­ем, бо­го­при­ят­ная ар­хи­пас­тыр­ства ва­ше­го мо­лит­ва, на ню же зе­ло на­де­ю­ся». При­ла­гая к это­му свою прось­бу о воз­вра­ще­нии взя­тых Че­тьих Ми­ней, Ди­мит­рий за­клю­ча­ет: «Aще бы из­во­лил Ар­хи­пас­тыр­ство ва­ше, со­гла­сия ра­ди пи­ши­е­мых на­ми Свя­тых жи­тий, те же Свя­тые кни­ги трех ре­чен­ных ме­ся­цев на вре­мя к мо­е­му недо­сто­ин­ству по­ве­леть при­слать, пот­щал­ся бых, по­мо­щью Бо­жию, при­се­дая им но­ще­ден­ствен­но, по­черп­сти мно­гую поль­зу и ту в мир ти­пом из­дать». (10 но­яб­ря 1690 г.)
Воз­буж­ден­ный гра­мо­тою пат­ри­ар­шей, ре­шил­ся он оста­вить все про­чее и ис­клю­чи­тель­но по­свя­тить се­бя на­ча­то­му тру­ду, чтобы успеш­нее его до­вер­шить, и вто­рич­но от­ка­зал­ся от на­сто­я­тель­ства оби­те­ли Ба­ту­рин­ской, во­дво­рив­шись в уеди­нен­ном ски­ту сво­ем. Од­ним из по­след­них его дей­ствий в оби­те­ли, ко­то­рою управ­лял бо­лее ше­сти лет, бы­ло да­ро­ва­ние у се­бя при­ста­ни­ща уче­но­му тру­же­ни­ку Ада­му Зер­ни­ка­ву. Он по­зна­ко­мил­ся с ним еще в Чер­ни­го­ве под по­кро­ви­тель­ством зна­ме­ни­то­го Ла­за­ря Ба­ра­но­ви­ча, и под кро­вом са­мо­го Ди­мит­рия окон­чил тру­до­лю­би­вую жизнь свою бо­го­слов за­пад­ный, ко­то­рый, оста­вив свою ро­ди­ну, ис­кал се­бе дру­гой от­чиз­ны в пре­де­лах Ма­ло­рос­сии, на пу­ти к небес­ной. В мо­на­сты­ре Ди­мит­ри­е­вом окон­чил он свою за­ме­ча­тель­ную кни­гу о ис­хож­де­нии Ду­ха Свя­то­го от еди­но­го От­ца, во­пре­ки мне­ний ла­тин­ских, ко­то­рые сам преж­де раз­де­лял как про­те­стант, за­им­ство­вав­ший в этом пред­ме­те дог­ма­ты Рим­ской Церк­ви. Меж­ду тем свя­той Ди­мит­рий при­го­то­вил к из­да­нию вто­рую часть сво­их Че­тьих Ми­ней и сам от­вез их в ти­по­гра­фию Пе­чер­скую, но из­да­ние за­мед­ли­лось по стро­го­му пе­ре­смот­ру кни­ги ар­хи­манд­ри­том Ме­ле­ти­ем, ко­то­рый сде­лал­ся осто­рож­нее по­сле оши­бок сво­е­го пред­мест­ни­ка Вар­ла­а­ма. Сам же со­чи­ни­тель, по­лу­чив из Дан­ци­га об­шир­ное опи­са­ние жи­тий свя­тых из­да­ния Бо­лан­ди­тов, тща­тель­но за­нял­ся сли­че­ни­ем их с соб­ствен­ным тво­ре­ни­ем и при­го­тов­ле­ни­ем тре­тьей ча­сти, по­то­му что удо­сто­ил­ся опять но­вой обод­ри­тель­ной гра­мо­ты от пат­ри­ар­ха Адри­а­на.
Сколь­ко ни же­лал уеди­нить­ся свя­той Ди­мит­рий для сво­е­го ду­хов­но­го по­дви­га, не был он остав­ля­ем в по­кое знав­ши­ми его вы­со­кое до­сто­ин­ство и в де­ле управ­ле­ния цер­ков­но­го. Но­вый ар­хи­епи­скоп Чер­ни­гов­ский Фе­о­до­сий Уг­лич­ский, на крат­кое вре­мя за­сту­пив­ший на ме­сто Ла­за­ря Ба­ра­но­ви­ча еще при его жиз­ни, убе­дил лю­би­те­ля без­мол­вия при­нять управ­ле­ние оби­те­ли свя­тых пер­во­вер­хов­ных апо­сто­лов Пет­ра и Пав­ла близ Глу­хо­ва; но ед­ва лишь скон­чал­ся ар­хи­епи­скоп Фе­о­до­сий, как уже мит­ро­по­лит Ки­ев­ский Вар­ла­ам ру­кою власт­ною пе­ре­вел свя­то­го на ме­сто его по­стри­же­ния, в оби­тель Ки­рил­лов­скую, где еще был кти­то­ром сто­лет­ний отец его. Он по­сту­пил ту­да на по­лу­го­дич­ное вре­мя, как бы для то­го толь­ко, чтобы воз­дать по­след­ний сы­нов­ний долг сво­ей ма­те­ри, о кон­чине ко­ей так ото­зва­лось его лю­бя­щее серд­це в днев­ных его за­пис­ках: «В са­мый Ве­ли­кий Пя­ток спа­си­тель­ныя стра­сти мать моя пре­ста­ви­ся в де­вя­тый час дня, точ­но в тот час, ко­гда Спа­си­тель наш, на кре­сте страж­ду­щий за спа­се­ние на­ше, дух Свой Бо­гу От­цу в ру­це пре­дал. Име­ла лет от рож­де­ния сво­е­го бо­лее се­ми­де­ся­ти… да по­мянет ю Гос­подь во Цар­ствии Сво­ем Небес­ном! Скон­ча­ла­ся с хо­ро­шим рас­по­ло­же­ни­ем, па­мя­тью и ре­чью. О, дабы и мне та­ко­вой бла­жен­ной кон­чи­ны Гос­подь удо­сто­ил ее мо­лит­ва­ми! И под­лин­но, хри­сти­ан­ская ее бы­ла кон­чи­на, ибо со все­ми об­ря­да­ми хри­сти­ан­ски­ми и с обык­но­вен­ны­ми та­ин­ства­ми, бес­страш­на, непо­стыд­на, мир­на. Еще же да спо­до­би ю, Гос­подь, доб­ро­го от­ве­та на Страш­ном Сво­ем су­де, яко же и не со­мне­ва­юсь о Бо­жи­ем ми­ло­сер­дии и о ее спа­се­нии, ве­дая по­сто­ян­ную, доб­ро­де­тель­ную и на­бож­ную ее жизнь. А и то за доб­рый спа­се­ния ее знак имею, что то­го же дня и то­го же ча­са, ко­гда Хри­стос Гос­подь раз­бой­ни­ку, во вре­мя воль­ной сво­ей стра­сти, рай от­верзл, то­гда и ее ду­ше от те­ла раз­лу­чить­ся по­ве­лел». В этих сло­вах за­клю­ча­ет­ся луч­шая по­хва­ла и чи­стой люб­ви сы­нов­ней стро­го­го по­движ­ни­ка, и бла­го­че­стию ма­те­ри; по­гре­бе­на она са­мим сы­ном в Ки­ев­ском Ки­рил­лов­ском мо­на­сты­ре в 1689 го­ду.
Уми­ли­тель­ны та­кие ре­чи, ко­то­рые ис­торг­лись из обиль­но­го лю­бо­вью серд­ца, и тем дра­го­цен­нее для нас, что в них из­ли­лось то, что глу­бо­ко та­и­лось в гру­ди свя­то­го от взо­ров ми­ра. Не на­прас­но взы­вал Ди­мит­рий еще за несколь­ко лет пред этим по слу­чаю ча­сто­го пе­ре­хо­да сво­е­го из оби­те­ли в оби­тель: «Где-то и мне при­дет­ся по­ло­жить го­ло­ву!» – по­то­му что опять по­сле­до­ва­ла для него пе­ре­ме­на в на­сто­я­тель­стве; каж­дый ар­хи­ерей же­лал иметь его в сво­ей епар­хии, и по­сто­ян­но спо­ри­ли о нем Ки­ев и Чер­ни­гов. Пре­ем­ник ар­хи­епи­ско­па Фе­о­до­сия, Иоанн Мак­си­мо­вич, про­сла­вив­ший­ся впо­след­ствии на ка­фед­ре Си­бир­ской об­ра­ще­ни­ем мно­гих ты­сяч языч­ни­ков, пред­ло­жил Ди­мит­рию мо­на­стырь Елец­кий-Успен­ский в Чер­ни­го­ве, с при­со­еди­не­ни­ем и Глу­хов­ско­го, и по­свя­тил его в сан ар­хи­манд­ри­та. Та­ким об­ра­зом ис­пол­ни­лось сло­во ар­хи­епи­ско­па Ла­за­ря: «Ди­мит­рий по­лу­чит мит­ру», но вско­ре ожи­да­ла его и свя­ти­тель­ская. Не пре­воз­нес­ся Ди­мит­рий но­вым сво­им са­ном, на­про­тив то­го, сми­ре­ние его усу­гу­би­лось по ме­ре воз­вы­ше­ния в сте­пе­ни ду­хов­ной, и не остав­ля­ла его лю­би­мая за­бо­та о жи­ти­ях свя­тых, как вид­но из пись­ма его к дру­гу Фе­о­ло­гу, мо­на­ху Чу­до­ва мо­на­сты­ря, быв­ше­му по­том справ­щи­ком в мос­ков­ской ти­по­гра­фии.
«Ва­шу брат­скую лю­бовь ко мне, недо­стой­но­му, зе­ло бла­го­дар­ствую, за­не­же из­во­лил чест­ность твоя, от люб­ви сво­ея, в по­сла­ни­ях сво­их обо­их на­пи­сать ко мне, недо­стой­но­му, по­хва­лы вы­ше мо­ей ме­ры, на­ри­ца­ю­ща мя бла­го­нрав­на, бла­го­ра­зум­на и све­та лу­чи в мир про­сти­ра­ю­ща, и иная тем по­доб­на, яже аще и от люб­ви ва­шей про­ис­хо­дят, оба­че зе­ло мя ис­пол­ня­ют сту­да; по­не­же несмь та­ков яко­ва же лю­бовь твоя непщу­ет мя бы­ти. Несмь бла­го­нра­вен, но зло­нра­вен, обы­ча­ев ху­дых ис­пол­нен и в ра­зу­ме да­ле­че от­стою от ра­зум­ных; буй есмь и неве­жа, а све­те­ние мое есть еди­на тьма и прах… Мо­лю же брат­скую твою лю­бовь по­мо­лить­ся обо мне Гос­по­ду, све­ту мо­е­му, да про­све­тит мою тьму и изы­дет чест­ное от недо­стой­но­го, и о сем яв­ле­на бу­дет ва­ша ко мне, греш­но­му, со­вер­шен­ная о бо­зе лю­бы, егда мне ва­ши­ми свя­ты­ми мо­лит­ва­ми ко Гос­по­ду за мя по­мо­ще­ство­ва­ти бу­де­те, в спа­се­нии мо­ем без­на­деж­ном и в пред­ле­жа­щем мне книж­ном де­ле. И сие от люб­ви ва­шея есть, яко бла­го­да­ре­ния воз­да­е­те Бо­го­ви о мо­ем ар­хи­манд­рию Елец­кую воз­ве­де­нии о бо­зе. Аз ока­ян­ный, яко же люб­ве ва­шея, так и ар­хи­манд­рии тоя немь до­ста­ню. Всем бо, яко ино­гда по­пус­ка­ет Гос­подь Бог и недо­стой­ным, от них же пер­вый есмь аз, прии­ма­ти цер­ков­ная чест­ная до­сто­ин­ства. Сие же тво­рить по недо­ве­до­мым судь­бам сво­им; че­го ра­ди в нема­лом есмь стра­се, но­ся честь вы­ше мо­е­го до­сто­ин­ства недо­стой­но­го. На­де­ю­ся же на ва­ши свя­тыя мо­лит­вы, упо­вая на ми­ло­сер­дие Бо­жие, не по­гиб­ну­ти с без­за­конь­ми мо­и­ми. Кни­гу тре­тью три­ме­сяч­ную жи­тий Свя­тых, Мар­та, Ап­ре­ля, Мая, аще мя спо­до­бит Гос­подь, то со­вер­шит и ти­пом изо­бра­жен­ную ви­де­ти, не за­бу­ду чест­но­сти тво­ей, яко же и пре­вы­со­чай­шим ли­цам по­шлю, или сам при­ве­зу, аще Гос­подь вос­хо­щет и жи­ви бу­дем. О сем, чест­ность твоя, бу­ди из­ве­стен и по­мо­ли Вла­ды­ку Хри­ста о мо­ем ока­ян­стве, да со­вер­шим вско­ре пи­ше­мую на­ми кни­гу, по­мо­щию то­го все­силь­ною, и нас, здра­вых и спа­сен­ных, ко­вар­ст­вы вра­жи­и­ми нена­ве­то­ван­ных, да со­блю­дет. Аминь».
Два го­да спу­стя пе­ре­ве­ден был свя­той Ди­мит­рий в Спас­ский мо­на­стырь Нов­го­род-Се­вер­ска; это уже был по­след­ний, ко­им управ­лял он, бу­дучи по­пе­ре­мен­но на­сто­я­те­лем пя­ти оби­те­лей и дву­крат­но од­ной Ба­ту­рин­ской. В на­ча­ле 1700 го­да окон­че­на бы­ла пе­ча­та­ни­ем в Лавр­ской ти­по­гра­фии тре­тья ве­сен­няя чет­верь его Ми­ней за март, ап­рель и май, и ар­хи­манд­рит Лав­ры Иоасаф Кро­ков­ский в за­лог осо­бой сво­ей бла­го­дар­но­сти к по­дви­гу тру­див­ше­го­ся при­слал ему бла­го­сло­ве­ние: ико­ну Бо­го­ма­те­ри, по­да­рен­ную ца­рем Алек­се­ем Ми­ха­и­ло­ви­чем мит­ро­по­ли­ту Пет­ру Мо­ги­ле. Цар­ская ико­на, при­не­сен­ная Ди­мит­рию быв­шим ар­хи­манд­ри­том Ни­ко­ном Мос­ков­ско­го Дон­ско­го мо­на­сты­ря, бы­ла как бы вто­рич­ным пред­ве­сти­ем зо­ва бу­ду­ще­го свя­ти­те­ля в пер­во­пре­столь­ную Моск­ву. Ма­ло­рос­сия уже ли­ша­лась сво­е­го све­тиль­ни­ка, ко­то­ро­му по­до­ба­ло вос­си­ять на свещ­ни­ке ар­хи­ерей­ских ка­федр Си­би­ри и Ро­сто­ва, дабы с вы­со­ты их све­тить всей Церк­ви Рос­сий­ской. Им­пе­ра­то­ру Пет­ру Ве­ли­ко­му же­ла­тель­но бы­ло рас­про­стра­нить свет хри­сти­ан­ства меж­ду ино­род­ца­ми недав­но за­во­е­ван­ной Си­би­ри, дабы его бла­го­дат­ное дей­ствие мог­ло при­ник­нуть и до даль­них пре­де­лов Ки­тая. По со­ве­ща­нии со свя­тей­шим пат­ри­ар­хом Адри­а­ном ре­шил­ся он ис­кать в бо­лее об­ра­зо­ван­ной то­гда Ма­ло­рос­сии до­стой­но­го че­ло­ве­ка, мо­гу­ще­го сов­ме­стить обя­зан­но­сти про­по­вед­ни­ка языч­ни­ков с са­ном свя­ти­тель­ским на ка­фед­ре То­боль­ска, оси­ро­тев­шей по­сле кон­чи­ны бла­го­го­вей­но­го мит­ро­по­ли­та Пав­ла. Вар­ла­а­му Ки­ев­ско­му пред­пи­са­но бы­ло при­слать в сто­ли­цу ко­го-ли­бо из ар­хи­манд­ри­тов или игу­ме­нов, му­жа уче­но­го и жи­тия непо­роч­но­го, для ка­фед­ры Си­бир­ской, ко­то­рый с по­мо­щью Бо­жи­ей мог бы об­ра­тить за­кос­не­лых в сле­по­те идо­ло­слу­же­ния к по­зна­нию ис­тин­но­го Бо­га. Но­вый пас­тырь дол­жен был при­ве­сти с со­бою двух или трех ино­ков, ко­то­рые бы изу­чи­ли язы­ки ки­тай­ский и мон­голь­ский, дабы слу­жить при вновь устро­ен­ной в Пе­кине церк­ви. Так да­ле­ко и бла­го­де­тель­но до­ся­гал ор­ли­ный взор ве­ли­ко­го пре­об­ра­зо­ва­те­ля, и мит­ро­по­лит Вар­ла­ам не су­дил ни­ко­го бо­лее до­стой­ным этой вы­со­кой сте­пе­ни, как ар­хи­манд­ри­та Се­вер­ско­го, из­вест­но­го ему по сво­ей доб­ро­де­те­ли и уче­но­сти.
Свя­ти­тель­ство Ди­мит­рия
Ди­мит­рий, при­быв в Моск­ву в фев­ра­ле 1701 го­да, не за­стал уже в жи­вых бла­го­де­те­ля сво­е­го, пат­ри­ар­ха Адри­а­на, и при­вет­ство­вал го­су­да­ря крас­но­ре­чи­вым сло­вом, в ко­то­ром изо­бра­зил до­сто­ин­ство ца­ря зем­но­го как но­ся­ще­го на се­бе об­раз Хри­стов. Ме­сяц спу­стя, на 50-м го­ду от рож­де­ния, был он ру­ко­по­ло­жен в мит­ро­по­ли­та Си­бир­ско­го прео­свя­щен­ным Сте­фа­ном Явор­ским, мит­ро­по­ли­том Ря­зан­ским, ко­то­рый и сам недав­но воз­ве­ден был в сан этот из игу­ме­нов Ки­ев­ско­го Ни­ко­ла­ев­ско­го мо­на­сты­ря с на­зна­че­ни­ем в ме­сто­блю­сти­те­ли пат­ри­ар­ше­го пре­сто­ла. Ему по­ру­че­но бы­ло от ца­ря за­ве­до­ва­ние все­ми де­ла­ми упразд­нен­ной пат­ри­ар­хии. Од­на­ко здо­ро­вье но­во­го мит­ро­по­ли­та Си­бир­ско­го, по­ко­ле­бав­ше­е­ся от непре­стан­ных за­ня­тий, не в си­лах бы­ло бы бо­роть­ся с су­ро­вым кли­ма­том даль­ней его епар­хии, и при­том лю­би­мый пред­мет за­ня­тий всей его жиз­ни остал­ся бы неокон­чен­ным. До та­кой сте­пе­ни тре­во­жи­ла мысль эта лю­би­те­ля свя­тых, что он да­же впал от то­го в тяж­кую бо­лезнь, и бла­го­склон­ный го­су­дарь, узнав при сво­ем по­се­ще­нии о при­чине бо­лез­ни, успо­ко­ил его цар­ским сло­вом и доз­во­лил на вре­мя остать­ся в Москве в ожи­да­нии бли­жай­шей епар­хии. Не без про­мыс­ла Бо­жия про­дли­лось бо­лее го­да пре­бы­ва­ние его в сто­ли­це; при­ше­лец Ма­ло­рос­сии имел вре­мя по­зна­ко­мить­ся с де­я­те­ля­ми го­судар­ствен­ны­ми и цер­ков­ны­ми то­го края, ку­да вы­зван был свя­ти­тель­ство­вать в труд­ную го­ди­ну пре­об­ра­зо­ва­ний. В Москве на­ча­лась и дру­же­ствен­ная связь его с мит­ро­по­ли­том Сте­фа­ном, ко­то­ро­го ма­ло знал в Ки­е­ве; они по­ня­ли друг дру­га, и при­язнь их ос­но­ва­на бы­ла на вза­им­ном ува­же­нии, хо­тя свя­той Ди­мит­рий все­гда ста­рал­ся воз­да­вать глу­бо­чай­шее ува­же­ние ме­сто­блю­сти­те­лю пат­ри­ар­ше­го пре­сто­ла, как бы са­мо­му пат­ри­ар­ху. Во вре­мя про­дол­жи­тель­ной сво­ей бо­лез­ни в ке­ллиях Чу­до­ва мо­на­сты­ря сбли­зил­ся он с неко­то­ры­ми уче­ны­ми из мо­на­ше­ству­ю­щих, Ки­рил­лом и Фе­о­до­ром, ко­то­рые бы­ли справ­щи­ка­ми ти­по­гра­фии; тут же на­шел и сво­е­го ста­ро­го дру­га ино­ка Фе­о­ло­га, и все трое ока­за­ли ему впо­след­ствии мно­го услуг для его уче­ных за­ня­тий, по пред­ме­ту ко­то­рых вел с ни­ми по­сто­ян­ную пе­ре­пис­ку. Кни­ги о жи­ти­ях свя­тых и ча­стое про­по­ве­да­ние сло­ва Бо­жия при­об­ре­ли ему в Москве лю­бовь и ува­же­ние знат­ных лиц. Вдо­ва ца­ря Иоан­на Алек­се­е­ви­ча, ца­ри­ца Па­рас­ке­ва Фе­о­до­ров­на, поль­зо­вав­ша­я­ся осо­бен­ным вни­ма­ни­ем им­пе­ра­то­ра, бы­ла ис­пол­не­на глу­бо­ким ува­же­ни­ем к свя­ти­те­лю и неред­ко на­де­ля­ла его одеж­да­ми и яст­ва­ми от сво­ей тра­пезы.
Меж­ду тем скон­чал­ся Иоасаф, мит­ро­по­лит Ро­стов­ский, и го­су­дарь, еще бо­лее оце­нив­ший за­слу­ги свя­ти­те­ля Ди­мит­рия, по­ве­лел пе­ре­ве­сти его на вновь от­крыв­шу­ю­ся ка­фед­ру, для Си­бир­ской же на­шел­ся до­стой­ный ему пре­ем­ник в ли­це Фило­фея Ле­щин­ско­го, ко­то­рый окре­стил мно­гие ты­ся­чи остя­ков, стран­ствуя за ни­ми на оле­нях по их тундре. Да­же по­сле сво­е­го уда­ле­ния на по­кой, бу­дучи схим­ни­ком, вы­зван был он опять на но­вые по­дви­ги апо­столь­ские, ко­гда скон­чал­ся Иоанн Мак­си­мо­вич, быв­ший ар­хи­епи­скоп Чер­ни­гов­ский, за­сту­пив­ший его ме­сто. Они оба на за­па­де Си­би­ри, епи­скоп же Ин­но­кен­тий на во­сто­ке в Ир­кут­ске, впо­след­ствии при­чтен­ный к ли­ку свя­тых, в од­но вре­мя оси­я­ли све­том хри­сти­ан­ства всю необъ­ят­ную Си­бирь. Ка­ки­ми чуд­ны­ми му­жа­ми Церк­ви, ко­то­рые все воз­ник­ли из пре­де­лов Ма­ло­рос­сии, уте­шил Гос­подь ве­ли­кую Рос­сию в слав­ные дни цар­ство­ва­ния Пет­ро­ва! Эти три по­движ­ни­ка в Си­би­ри, свя­ти­тель Ди­мит­рий в Ро­сто­ве, ме­сто­блю­сти­тель Сте­фан в сто­ли­це, рев­ност­ный за­щит­ник пра­во­сла­вия и до­сто­ин­ства иерар­хии, Ла­зарь и Фе­о­до­сий в Чер­ни­го­ве, Вар­ла­ам в Ки­е­ве, кро­ме дру­гих зна­ме­ни­тых свя­ти­те­лей соб­ствен­но рус­ских, свя­то­го Мит­ро­фа­на Во­ро­неж­ско­го, Иова Нов­го­род­ско­го, рас­про­стра­няв­ше­го про­све­ще­ние ду­хов­ное, и иных! Не ча­сто по­вто­ря­ет­ся столь уте­ши­тель­ное яв­ле­ние в ле­то­пи­сях цер­ков­ных.
От­сю­да на­чи­на­ет­ся для свя­ти­те­ля Ди­мит­рия но­вый пе­ри­од жиз­ни; весь по­свя­тив­ший­ся за­бо­там пас­тыр­ским, хо­тя и не остав­лял он сво­их лю­би­мых за­ня­тий уче­ных, здесь явил он се­бя, по сло­ву апо­столь­ско­му, та­ким, ка­ким по­до­ба­ет быть ар­хи­ерею для сво­ей паст­вы: «пре­по­доб­ным, незло­би­вым, несквер­ным, от­лу­чен­ным от греш­ни­ков», хо­тя по немо­щи че­ло­ве­че­ской, по­доб­но всем пер­во­свя­щен­ни­кам, дол­жен еще был при­но­сить жерт­вы и о сво­их по­греш­но­стях, при­но­ся бес­кров­ную жерт­ву за гре­хи люд­ские, до­ко­ле сам не вос­си­ял в ли­ках свя­тых (Евр.VII.26:27). Всту­пая в свою епар­хию со всею го­тов­но­стью по­свя­тить ей оста­ток сво­ей жиз­ни, на пер­вом ша­гу уже пред­ви­дел он, что тут долж­но окон­чить­ся ее те­че­ние, и по­то­му из­брал се­бе ме­сто веч­но­го упо­ко­е­ния на краю го­ро­да, в той оби­те­ли, в ко­то­рой оста­но­вил­ся, чтобы ид­ти от­ту­да тор­же­ствен­ным хо­дом, за­нять ка­фед­ру в со­бо­ре Ро­стов­ском. Но­вый свя­ти­тель со­вер­шил обыч­ное мо­ле­ние в церк­ви За­ча­тия Бо­жи­ей Ма­те­ри Яко­влев­ско­го мо­на­сты­ря, ос­но­ван­но­го од­ним из свя­тых его пред­ше­ствен­ни­ков, епи­ско­пом Иа­ко­вом (ко­то­ро­го и мо­щи там по­чи­ва­ют), и по­гру­зил­ся в глу­бо­кую ду­му о сво­ем бу­ду­щем; там же, ука­зав ме­сто в уг­лу со­бо­ра, ска­зал окру­жа­ю­щим его сло­во пса­лом­ное про­ро­ка ца­ря Да­ви­да, ко­то­рое об­ра­ти­лось в про­ро­че­ство и для него са­мо­го: «Се по­кой мой, зде все­лю­ся в век ве­ка». И здесь дей­стви­тель­но при­те­ка­ют те­перь вер­ные к нетлен­ным мо­щам вновь про­слав­лен­но­го угод­ни­ка Бо­жия. По­том со­вер­шил он Бо­же­ствен­ную ли­тур­гию в ка­фед­раль­ном со­бо­ре Успе­ния Бо­го­ма­те­ри и при­вет­ство­вал паст­ву свою крас­но­ре­чи­вым сло­вом, на­пом­нив ей о древ­нем со­ю­зе Церк­ви Ро­стов­ской с Лав­рою Пе­чер­скою, от­ку­да нес он сво­ей пастве бла­го­сло­ве­ние Бо­жие Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы и пре­по­доб­ных Пе­чер­ских; доб­рый пас­тырь бе­се­до­вал как отец с детьми, крат­ко из­ла­гая вза­им­ные обя­зан­но­сти па­су­ще­го и па­со­мых. Осо­бен­но тро­га­тель­ны бы­ли сло­ва: «Да не сму­ща­ет­ся серд­це ва­ше о мо­ем к вам при­ше­ствии, дверь­ми бо вни­дох, а не пре­ла­зя ину­де: не ис­ках, но по­ис­кан есмь, и не ве­дах вас, ни­же вы мене ве­да­е­те; судь­бы же Гос­под­ня без­дна мно­га; тыя по­сла­ша мя к вам, аз же при­и­дох, не да по­слу­жи­те ми, но да по­слу­жу вам, по сло­ве­си Гос­под­ню: хо­тяй бы­ти в вас пер­вый, да бу­дет всем слу­га. При­и­дох к вам с лю­бо­вию: ре­кл бых, яко при­и­дох, яко же отец к ча­дом, но па­че ре­ку: при­и­дох яко же брат к бра­тии, яки же друг к лю­без­ным дру­гом: ибо и Хри­стос Гос­подь не сты­дит­ся нас бра­ти­ею на­ри­ца­ти. Вы дру­зи мои, гла­го­лет, не к то­му на­ри­цаю вас ра­би (Ин.XV), но дру­зи, а еже чест­нее и уди­ви­тель­нее, яко и от­ца­ми се­бе на­ри­ца­ет лю­би­мыя своя, гла­го­ля: сей ми есть и отец, и ма­ти, иже тво­рит во­лю от­ца мо­е­го небес­но­го, убо и ва­ша лю­бовь есте ми, и от­цы, и бра­тья, и дру­зи. Аще же от­цом мя воз­зо­ве­те, то аз апо­столь­ски к вам от­ве­щаю: ча­да мои, ими же бо­лез­ную, дон­де­же во­об­ра­зит­ся в вас Хри­стос» (Гал.IV:19).
В ке­лей­ных за­пис­ках свя­ти­те­ля Ди­мит­рия на­пи­са­но: «1702 год. Мар­та 1-го, в неде­лю вто­рую Ве­ли­ко­го по­ста, взы­дох на пре­стол мой в Ро­сто­ве Бо­жи­им из­во­ле­ни­ем», и вслед за тем: «1703 го­да, Ян­ну­а­рия 6-го, в тре­тий час дня Бо­го­яв­ле­ния Гос­под­ня, пре­ста­ви­ся отец мой Сав­ва Гри­горь­е­вич и по­гре­бен в мо­на­сты­ре Ки­рил­лов­ском-Ки­ев­ском, в церк­ви Св. Тро­и­цы: веч­ная ему бу­ди па­мять». Эти­ми сло­ва­ми за­клю­ча­ет­ся днев­ник свя­то­го Ди­мит­рия, ко­то­рый как буд­то не хо­чет про­дол­жать сво­их за­пи­сок по­сле бла­жен­ной кон­чи­ны ста­трех­лет­не­го стар­ца-ро­ди­те­ля. Не уми­ли­тель­но ли та­кое сы­нов­нее чув­ство в ве­ли­ком свя­ти­те­ле, и вме­сте с тем не до­стой­но ли вни­ма­ния то об­сто­я­тель­ство, что про­стой сот­ник Туп­та­ло, бла­го­че­сти­вый кти­тор Ки­рил­лов­ской оби­те­ли, имел еще до сво­ей кон­чи­ны уте­ше­ние ес­ли не ви­деть лич­но, то по край­ней ме­ре слы­шать, что сын его Ди­мит­рий до­стиг вы­со­кой сте­пе­ни свя­ти­тель­ства и са­мой мит­ро­по­лии. Все от­но­ше­ния род­ствен­ные и се­мей­ные кон­чи­лись для свя­ти­те­ля и да­же са­мые узы, со­еди­няв­шие его с род­ною ему Ма­ло­рос­си­ей; но­вая об­шир­ная се­мья ро­стов­ская окру­жи­ла его ка­фед­ру, и ей по­свя­тил он все свои пас­тыр­ские за­бо­ты в про­дол­же­ние се­ми лет, по­сто­ян­но ра­дея о ее ду­хов­ном усо­вер­шен­ство­ва­нии.
Паства его не име­ла учи­лищ, ко­то­рые бы­ли толь­ко в Москве, и да­же ли­ше­на бы­ла жи­во­го про­по­ве­да­ния сло­ва Бо­жи­его, и по­то­му на­род лег­ко увле­кал­ся лест­ны­ми уче­ни­я­ми лжи и рас­ко­ла. С глу­бо­кой го­ре­стью го­во­рил свя­ти­тель в од­ном из сво­их по­уче­ний жи­те­лям Ро­сто­ва: «Оле ока­ян­но­му вре­ме­ни на­ше­му, яко от­нюдь пре­не­бре­же­но то се­я­ние, весь­ма оста­ви­ся сло­во Бо­жие, и не вем, кою чер­ное ока­е­ва­ти тре­бе: се­я­те­лей или зем­лю, иере­ев ли, или серд­ца че­ло­ве­че­ские, или обои то куп­но? Вку­пе непо­треб­нии бы­ша, несть тво­ряй бла­го­сты­ню, несть до еди­на­го. Се­я­тель не се­ет, а зем­ля не при­ем­лет; иереи не бре­гут, а лю­ди за­блуж­да­ют: иереи не учат, а лю­ди неве­же­ству­ют; иереи сло­ва Бо­жия не про­по­ве­ду­ют, а лю­ди не слу­ша­ют, ни­же слу­ша­ти хо­тят; от обою сто­ро­ну ху­до: иереи глу­пы, а лю­дие нера­зум­ны». Недо­ста­точ­ное при­го­тов­ле­ние к свя­щен­но­му са­ну необ­хо­ди­мо влек­ло за со­бою раз­ные зло­упо­треб­ле­ния и бес­по­ряд­ки, про­тив ко­то­рых не за­мед­лил при­нять пас­тыр­ские ме­ры за­бот­ли­вый свя­ти­тель. До нас до­шли два его окруж­ных по­сла­ния к епар­хи­аль­но­му ду­хо­вен­ству: из них вид­но, с од­ной сто­ро­ны, до ка­кой сте­пе­ни про­сти­ра­лось то­гда невни­ма­ние свя­щен­ни­ков к важ­но­сти воз­ло­жен­но­го на них зва­ния, а с дру­гой сто­ро­ны, как ве­ли­ка бы­ла пас­тыр­ская рев­ность свя­то­го Ди­мит­рия, со­кру­шав­шая зло все­ми ме­ра­ми убеж­де­ния и вла­сти.
В пер­вом об­ли­ча­ет он неко­то­рых свя­щен­ни­ков сво­ей паст­вы в том, что они об­на­ру­жи­ва­ют гре­хи сво­их ду­хов­ных де­тей, от­кры­тые им на ис­по­ве­ди, или по тще­сла­вию, или по же­ла­нию на­не­сти им вред; свя­ти­тель убе­ди­тель­но до­ка­зы­ва­ет, что об­на­ру­жи­вать тай­ны, от­кры­тые на ис­по­ве­ди, зна­чит не по­ни­мать ду­ха Та­ин­ства, оскорб­лять Свя­то­го Ду­ха, ко­то­рый да­ро­вал про­ще­ние греш­ни­ку, про­ти­во­ре­чить при­ме­ру Иису­са Хри­ста, снис­хо­див­ше­го греш­ни­кам. Нескром­ный ду­хов­ник есть Иуда пре­да­тель и по­доб­но ему под­ле­жит веч­ной по­ги­бе­ли. Об­на­ру­же­ние тайн со­ве­сти вред­но не толь­ко для об­на­ру­жи­ва­ю­ще­го, но и для об­ли­ча­е­мых, ко­то­рые не мо­гут по­сле это­го ис­кренне ка­ять­ся и на­вле­ка­ют на се­бя все­об­щее бес­сла­вие. По­том свя­ти­тель об­ли­ча­ет свя­щен­ни­ков, ко­то­рые остав­ля­ют бед­ных при­хо­жан сво­их боль­ных без ис­по­ве­ди и При­ча­ще­ния Свя­тых Тайн, так что мно­гие уми­ра­ли без свя­то­го на­пут­ствия; он угро­жа­ет та­ким пас­ты­рям гне­вом Бо­жи­им за то, что за­тво­ря­ют Цар­ство небес­ное пе­ред че­ло­ве­ка­ми, са­ми не вхо­дят и вхо­дя­щим воз­бра­ня­ют вой­ти и пред­ла­га­ет в мно­го­люд­ных при­хо­дах для ис­прав­ле­ния треб цер­ков­ных при­гла­шать «при­дель­ных» свя­щен­ни­ков. В дру­гом свя­той Ди­мит­рий вну­ша­ет осо­бен­ное бла­го­го­ве­ние к Та­ин­ству Жи­во­тво­ря­ще­го Те­ла и Кро­ви Хри­сто­вой. Он об­ли­ча­ет иере­ев, хра­ня­щих Свя­тые Да­ры, при­го­тов­ля­е­мые для при­об­ще­ния бо­ля­щих на це­лый год, в ненад­ле­жа­щем ме­сте, и пред­пи­сы­ва­ет хра­нить эти Тай­ны в чи­стых со­су­дах на свя­том пре­сто­ле и воз­да­вать им бла­го­го­вей­ное по­чи­та­ние; по­том уве­ще­ва­ет иере­ев, чтобы они не ина­че при­сту­па­ли к свя­щен­но­дей­ствию ев­ха­ри­стии, как с пред­ва­ри­тель­ным при­го­тов­ле­ни­ем, а по окон­ча­нии свя­щен­но­дей­ствия пре­бы­ва­ли в воз­дер­жа­нии и трез­во­сти; так­же вкрат­це на­по­ми­на­ет им о дру­гих обя­зан­но­стях их в от­но­ше­нии к пастве.
Чув­ствуя, что од­ни­ми пред­пи­са­ни­я­ми нель­зя ис­пра­вить дан­но­го зла, свя­той Ди­мит­рий ре­шил­ся за­ве­сти учи­ли­ще при ар­хи­ерей­ском до­ме из соб­ствен­ных до­хо­дов, и эти бы­ло пер­вое в Ве­ли­кой Рос­сии по­сле Мос­ков­ско­го; оно раз­де­ли­лось на три грам­ма­ти­че­ские клас­са, на­счи­ты­вав­ших до двух­сот че­ло­век. Свя­ти­те­лю же­ла­тель­но бы­ло, чтобы вы­хо­див­шие из него уме­ли про­по­ве­до­вать и Сло­во Бо­жие; сам он на­блю­дал за их успе­ха­ми, де­лал во­про­сы, вы­слу­ши­вал от­ве­ты и, в от­сут­ствие учи­те­ля, ино­гда при­ни­мал на се­бя эту обя­зан­ность, а в сво­бод­ное вре­мя тол­ко­вал из­бран­ным уче­ни­кам неко­то­рые ме­ста Свя­щен­но­го Пи­са­ния и ле­том при­зы­вал их к се­бе в за­го­род­ный дом. Не ме­нее за­бо­тил­ся он и о нрав­ствен­ном их вос­пи­та­нии, со­би­рал их по празд­ни­кам ко все­нощ­ной и ли­тур­гии в со­бор­ную цер­ковь, и по окон­ча­нии пер­вой ка­физ­мы все долж­ны бы­ли под­хо­дить к его бла­го­сло­ве­нию, дабы мог ви­деть: нет ли от­сут­ству­ю­щих? В Че­ты­ре­де­сят­ни­цу и про­чие по­сты обя­зы­вал каж­до­го го­веть, сам при­об­щая Свя­тых Тайн всех уче­ни­ков, а ко­гда бы­вал бо­лен, по­сы­лал им при­ка­за­ние, чтобы каж­дый про­чи­ты­вал за него мо­лит­ву Гос­под­ню по пя­ти раз в вос­по­ми­на­ние пя­ти язв Хри­сто­вых, и это вра­че­ство ду­хов­ное об­лег­ча­ло его бо­лезнь. Об­ра­ще­ние его с юны­ми вос­пи­тан­ни­ка­ми бы­ло со­вер­шен­но оте­че­ское, и ча­сто по­вто­рял он им в уте­ше­ние пред­сто­яв­шей раз­лу­ки: «Аще спо­доб­лю­ся по­лу­чить от Бо­га ми­лость, то­гда и о вас бу­ду мо­лить, дабы и вы так­же от него по­лу­чи­ли ми­лость: пи­са­но бо есть: да иде же есмь аз, и вы бу­де­те» (XIV.4). Окон­чив­шим курс да­вал он ме­ста при церк­вах по соб­ствен­но­му усмот­ре­нию и ста­рал­ся вну­шить кли­ри­кам бо­лее ува­же­ния к их долж­но­сти, по­свя­щая их в сти­харь, че­го преж­де не бы­ва­ло в Ро­сто­ве.
Та­кие по­сто­ян­ные за­ня­тия не со­кра­ща­ли де­я­тель­но­сти свя­то­го в лю­би­мом тру­де его опи­са­ния жи­тий свя­тых, для ко­то­ро­го со­би­рал све­де­ния через сво­их мос­ков­ских зна­ко­мых. Два го­да по­сле его во­дво­ре­ния в Ро­сто­ве окон­че­на бы­ла и по­след­няя лет­няя чет­верть Че­тьи Ми­неи, а так­же от­прав­ле­на в Ки­ев для пе­ча­ти. Ра­дост­но из­ве­щал он о том в Москве дру­га сво­е­го Фе­о­ло­га: «Со­ра­дуй­тесь мне ду­хов­но, яко спо­спе­ше­ством ва­ших мо­литв спо­до­бил ме­ня Гос­подь Ав­гу­сту ме­ся­цу на­пи­сать аминь и со­вер­шить чет­вер­тую жи­тий Свя­тых кни­гу; тво­е­му же дру­же­лю­бию из­вест­ную, ве­дая ва­шу к мо­е­му недо­сто­ин­ству брат­скую лю­бовь и же­ла­ние кни­ге на­шей прий­ти к со­вер­ше­нию. Сла­ва Бо­гу со­вер­ши­ша­ся, про­шу по­мо­лить­ся не вот­ще бы­ти пред Гос­по­дом ху­до­му на­ше­му тру­ду». А в ле­то­пи­сях ар­хи­ере­ев Ро­стов­ских, хра­ня­щих­ся при со­бо­ре, ру­кою свя­ти­те­ля за­ме­че­но: «В ле­то от во­пло­ще­ния Бо­га Сло­ва, ме­ся­ца Фев­ру­а­рия, в 9-й день на па­мять св. му­че­ни­ка Ни­ки­фо­ра, ска­зу­е­мо­го по­бе­до­нос­ца, в от­да­ние празд­ни­ка Сре­те­ния Гос­под­ня, из­рек­шу Св. Си­мео­ну Бо­го­при­им­цу свое мо­ле­ние: ныне от­пу­ща­е­щи ра­ба Тво­е­го, Вла­ды­ко, в день стра­да­ний Гос­под­них пят­нич­ный, в онь­же на кре­сте ре­че Хри­стос: со­вер­ши­ша­ся пред суб­бо­тою по­ми­но­ве­ния усоп­ших и пред Неде­лею Страш­но­го су­да, по­мо­щью Бо­жи­ею, и Пре­чи­стой Бо­го­ма­те­ри, и всех Свя­тых мо­лит­ва­ми, ме­сяц Ав­густ на­пи­са­ся. Аминь».
По­дви­ги про­тив рас­ко­ла
При всех сво­их за­ня­ти­ях свя­ти­тель по воз­мож­но­сти обо­зре­вал свою паст­ву и при вто­рич­ном по­се­ще­нии го­ро­да Яро­слав­ля в 1704 го­ду тор­же­ствен­но пе­ре­ло­жил мо­щи свя­тых кня­зей, Фе­о­до­ра Смо­лен­ско­го и чад его Да­ви­да и Кон­стан­ти­на, в но­вую ра­ку, устро­ен­ную усер­ди­ем граж­дан, от­ча­сти и его соб­ствен­ным; по люб­ви сво­ей ко всем угод­ни­кам Бо­жи­им уде­лил он и се­бе ма­лую часть мо­щей их на бла­го­сло­ве­ние. По­се­тив опять на сле­ду­ю­щий год Яро­славль, он был оза­бо­чен вра­зум­ле­ни­ем неко­то­рых из чис­ла мень­шей бра­тии его об­шир­ной паст­вы – их встре­во­жи­ло по­ве­ле­ние цар­ское о бра­до­бри­тии, по­то­му что они, по сле­по­те сво­ей, по­чи­та­ли ли­ше­ние бо­ро­ды за ис­ка­же­ние об­ра­за Бо­жия. Свя­ти­тель сам рас­ска­зы­ва­ет, как од­на­жды при вы­хо­де из со­бо­ра по­сле ли­тур­гии два не ста­рых че­ло­ве­ка оста­но­ви­ли его с во­про­сом: как по­ве­лит им по­сту­пить, по­то­му что они пред­по­чи­та­ют по­ло­жить луч­ше го­ло­вы свои на пла­ху для от­се­че­ния, неже­ли бо­ро­ды. Не при­го­тов­лен­ный к от­ве­ту свя­той Ди­мит­рий спро­сил толь­ко у них: «Что отрас­тет? го­ло­ва ли от­се­чен­ная или бо­ро­да?» – и на их от­вет: «Бо­ро­да», – ска­зал им в свою оче­редь: «И так луч­ше нам не ща­дить бо­ро­ды, ко­то­рая столь­ко же раз отрас­тет, сколь­ко ее бу­дут брить; го­ло­ва же от­се­чен­ная – толь­ко в вос­кре­се­ние мерт­вых». По­сле та­ко­го вра­зум­ле­ния уве­ще­вал он и со­про­вож­дав­ших его граж­дан по­ко­рять­ся во всем пре­дер­жа­щей вла­сти, по сло­ву апо­столь­ско­му, и не в зри­мом, внеш­нем об­ра­зе, ра­зу­меть по­до­бие Бо­жие. Впо­след­ствии на­пи­сал он по это­му пред­ме­ту це­лое рас­суж­де­ние, ко­то­рое бы­ло неод­но­крат­но пе­ча­та­но по во­ле го­су­да­ря; это был пер­вый опыт со­стя­за­ния его с рас­коль­ни­ка­ми, ему неиз­вест­ны­ми до при­ше­ствия из Ма­ло­рос­сии.
«Аз сми­рен­ный не в сих стра­нах рож­ден и вос­пи­тан, – пи­сал он, – ни­же слы­шал ко­гда о рас­ко­лах, в стране сей об­ре­та­ю­щих­ся, ни о разн­ствии вер и нра­вах рас­коль­ни­чьих; но уже здесь, по Бо­жию из­во­ле­нию и по ука­зу го­су­да­ря жи­ти на­чав, уве­дех слу­хом от мно­гих до­не­се­ний». То­гда же, для на­зи­да­ния сво­ей паст­вы, кро­ме уст­но­го про­по­ве­до­ва­ния сло­ва Бо­жия, на­пи­сал он ка­те­хи­зи­че­ские на­став­ле­ния в бо­лее до­ступ­ном ви­де во­про­сов и от­ве­тов о ве­ре, а так­же зер­ца­ло пра­во­слав­но­го ис­по­ве­да­ния и еще две­на­дцать ста­тей о пре­су­ществ­ле­нии хле­ба и ви­на в Те­ло и Кровь Гос­по­да на­ше­го Иису­са Хри­ста.
Бы­ли у него и дру­гие за­бо­ты о бла­го­со­сто­я­нии вве­рен­но­го ему ду­хо­вен­ства, по слу­чаю пе­ре­пи­си для рас­пре­де­ле­ния в во­ен­ную служ­бу де­тей свя­щен­но- и цер­ков­но­слу­жи­те­лей, так как то­гда ве­ли­кая бы­ла нуж­да в лю­дях вся­ко­го зва­ния для тя­го­тев­шей над Рос­си­ей швед­ской вой­ны. Неуте­ши­тель­но бы­ло и оску­де­ние ар­хи­ерей­ско­го до­ма, по­то­му что все вот­чи­ны со­сто­я­ли под мо­на­стыр­ским при­ка­зом, но и то немно­гое, чем мог поль­зо­вать­ся свя­ти­тель, упо­треб­лял он на учи­ли­ща убо­гих. До че­го до­хо­ди­ло соб­ствен­ное его убо­же­ство, вид­но из его пись­ма к Фе­о­ло­гу; он из­ви­ня­ет­ся, что не име­ет ло­ша­дей, дабы при­вез­ти его к се­бе, ибо сам чуть не пеш­ком бро­дит: «Ни ко­ня, ни всад­ни­ка, оску­де­ли ов­цы, и ло­ша­дей нет». Впро­чем, как он впо­след­ствии вы­ра­зил­ся в сво­ем за­ве­ща­нии: «С тех пор, как при­нял на се­бя ино­че­ский об­раз и обе­щал Бо­гу ни­ще­ту про­из­воль­ную, да­же до при­бли­же­ния ко гро­бу, не со­би­рал я име­ния, кро­ме книг свя­тых; ни зла­та, ни среб­ра, ни из­лиш­них одежд, кро­ме са­мых нуж­ных, но ста­рал­ся со­блю­сти нес­тя­же­ние и ни­ще­ту ино­че­скую ду­хом и са­мим де­лом, по­ла­га­ясь во всем на Про­мысл Бо­жий, ни­ко­гда ме­ня не остав­ляв­ший». Но здо­ро­вье его, ис­то­щен­ное мно­ги­ми тру­да­ми, час от ча­су оску­де­ва­ло, и это по­бу­ди­ло на­пи­сать свою ду­хов­ную пе­ред Пас­хой 1707 го­да.
За год пред тем по­се­тил он еще од­на­жды Моск­ву, ку­да был вы­зы­ва­ем на чре­ду для со­ве­ща­ний, как то бы­ва­ло при пат­ри­ар­хах, и там мно­го го­во­рил по­уче­ний цер­ков­ных. Опыт­ность его бы­ла весь­ма по­лез­на для дру­га его, ме­сто­блю­сти­те­ля Сте­фа­на, к нему об­ра­ща­лись и от­да­лен­ные ар­хи­ереи, при­вле­чен­ные его сла­вою как ду­хов­но­го пи­са­те­ля и ви­тии. Мит­ро­по­лит Ка­зан­ский Ти­хон, пе­ре­нес­ший в ка­фед­раль­ный со­бор свой мо­щи свя­ти­те­ля Гу­рия, про­сил со­ста­вить для него служ­бу и по­хваль­ное сло­во, что ис­пол­нил свя­той Ди­мит­рий с тою же лю­бо­вью, с ка­кой пи­сал са­мые жи­тия свя­тых. Он со­ста­вил для Ка­за­ни еще две служ­бы, в честь чу­до­твор­ной ико­ны Бо­го­ма­те­ри и свя­тых му­че­ни­ков Ки­зи­че­ских, ко­то­рые и до сих пор там со­вер­ша­ют­ся. Ду­ша его, про­ник­ну­тая по­ма­за­ни­ем Ду­ха Свя­то­го, ча­сто из­ли­ва­лась в крат­ких ду­хов­ных тво­ре­ни­ях, ис­пол­нен­ных уми­ле­ния, ко­то­рое, ис­те­кая из столь бла­го­дат­но­го ис­точ­ни­ка, спа­си­тель­но дей­ство­ва­ло на чи­та­те­лей.
Та­ко­вы его «Вра­че­ство ду­хов­ное на сму­ще­ние по­мыс­ла, от раз­ных книг оте­че­ских вкрат­це со­бран­ное» и «Апо­ло­гия в уто­ле­ние пе­ча­ли че­ло­ве­ка, су­ще­го в бе­де и озлоб­ле­нии», и еще: «Внут­рен­ний че­ло­век в кле­ти серд­ца сво­е­го, уеди­нен­но по­уча­ю­щий­ся в тайне»; са­мое их на­зва­ние уже вы­ра­жа­ет внут­рен­нее до­сто­ин­ство. Уми­ли­тель­на его мо­лит­ва ис­по­ве­да­ния к Бо­гу по­все­днев­но­го, от че­ло­ве­ка, по­ла­га­ю­ще­го спа­се­ния на­ча­ло, и ис­по­ве­да­ние об­щее гре­хов, гла­го­ле­мое пе­ред иере­ем, ко­то­рое вла­га­ет он в уста каж­до­му че­ло­ве­ку, не име­ю­ще­му до­воль­но сме­ло­сти вы­ра­зить их доб­ро­воль­но. Воз­вы­шен­но раз­мыш­ле­ние свя­ти­те­ля о при­ча­ще­нии Свя­тых Тайн, в со­зер­ца­ние ко­то­рых лю­бил ча­сто по­гру­жать­ся; он еще оста­вил ним крат­кое о них вос­по­ми­на­ние на каж­дый пя­ток, вме­сте с тро­га­тель­ным це­ло­ва­ни­ем язв Гос­по­да на­ше­го Иису­са Хри­ста, с бо­го­мыс­лен­ным им по­кло­не­ни­ем и пла­чем на по­гре­бе­ние Хри­сто­во. Тут яс­но слы­шит­ся го­лос ду­ши в со­зер­ца­нии спа­си­тель­ных стра­да­ний Спа­са сво­е­го, со­пут­ству­ю­щий ему от Геф­си­ма­нии до Гол­го­фы, ду­ши, ко­то­рая, по люб­ви сво­ей к Рас­пя­то­му, мо­жет вос­клик­нуть вме­сте с апо­сто­лом: «Мне же да не бу­дет хва­ли­ти­ся, ток­мо о Кре­сте Гос­по­да на­ше­го Иису­са Хри­ста» (Гал.VI:14).
Ино­гда лю­бовь эта из­ли­ва­лась в сле­зах скор­би; ви­дя без­ды­хан­ным ис­точ­ник жиз­ни, взы­ва­ет он: «Ка­мо гря­де­ши несо­мый, слад­чай­ший Иису­се? ка­мо от нас гря­де­ши, на­деж­де и при­бе­жи­ще на­ше? ка­мо, све­те наш, за­хо­ди­ши от очию на­шею? неза­хо­ди­мое солн­це, ка­ко по­зна­ва­е­ши свой за­пад?
Ста­ни­те но­ся­щии но­ся­ще­го весь мир дла­нию! ста­ни­те но­ся­щии по­нес­ше­го бре­мя гре­хов­ное все­го ро­да че­ло­ве­че­ско­го! но­ся­щии ста­ни­те, его же ра­ди ста солн­це и лу­на в чи­ну сво­ем, на Кре­сте то­го зря­щи».
«Не бра­ни­те нам де­тем при­хо­ди­ти ко от­цу, аще уже и умер­шу; не бра­ни­те ча­дом по­пла­ка­ти о об­щем всех ро­ди­те­ле, иже по­ро­дил есть нас кро­вию сво­ею. Да­ди­те ноне ма­лые из­ли­я­ти слез­ные от очес кап­ли над тем, иже от все­го те­ла для нас изобиль­ные ис­то­чи кро­ве сво­ея по­то­ки, от ре­бер же с кро­вию во­ду».
Еще од­но ду­хов­ное на­зи­да­тель­ное тво­ре­ние при­пи­сы­ва­ет­ся свя­ти­те­лю Ро­стов­ско­му, по глу­бо­ко­му чув­ству ве­ры и бла­го­го­ве­ния, ко­то­рым оно ис­пол­не­но: это Ал­фа­вит ду­хов­ный, или Ле­стви­ца вос­хож­де­ния ду­хов­но­го, раз­де­лен­ная на 33 сту­пе­ни, по чис­лу лет Гос­под­них, в под­ра­жа­ние вы­со­ко­му тво­ре­нию Ле­ствич­ни­ка Си­най­ско­го. Но сам Ди­мит­рий от­но­сил его ве­ли­ко­му по­движ­ни­ку Ис­а­ии Ко­ны­стен­ско­му, ко­то­рый, по­доб­но древ­не­му Ила­ри­о­ну Пе­чер­ско­му, из пе­щер Ан­то­ни­е­вых взо­шел на ка­фед­ру Ки­ев­скую. Од­на­ко и до сих пор об­щее мне­ние укра­ша­ет его име­нем свя­то­го Ди­мит­рия.
Но так как рев­ност­ный тру­же­ник при всех сво­их пас­тыр­ских за­бо­тах не мог оста­вать­ся дол­го без по­сто­ян­но­го тру­да, то, по окон­ча­нии мно­го­лет­не­го сво­е­го по­дви­га жи­тий свя­тых, по­чув­ство­вал по­треб­ность в та­кой кни­ге, ко­то­рая бы мог­ла зна­ко­мить чи­та­те­ля с судь­ба­ми Церк­ви в древ­ние ее вре­ме­на. Он ре­шил­ся со­ста­вить ле­то­пись, или Свя­щен­ную ис­то­рию, в та­ком ви­де, чтобы слу­жи­ла ру­ко­вод­ством для про­по­вед­ни­ков. Сми­рен­но со­об­щил он но­вую мысль свою дру­гу ме­сто­блю­сти­те­лю:
«Под на­зва­ни­ем и об­ра­зом ле­то­пис­ца же­лал бы я некие по­лез­ные нра­во­уче­ния пи­сать, дабы не толь­ко ис­то­ри­я­ми уве­се­лять чи­та­те­ля, но и нра­во­уче­ни­я­ми учить. Сие есть мое на­ме­ре­ние, ес­ли не для дру­гих (ибо кто аз, дабы учить уче­ных му­жей), то по край­ней ме­ре для ме­ня са­мо­го». Рев­ност­но на­чал он со­би­рать для это­го пред­ме­та ле­то­пи­си цер­ков­ные, сла­вян­ские, гре­че­ские, ла­тин­ские и об­ра­щал­ся с прось­бою в Моск­ву к Фе­о­ло­гу, дабы по­пол­нил ему недо­ста­ток хро­но­гра­фов ро­стов­ских. По ме­ре то­го, как по­дви­га­лась ле­то­пись, он пе­ре­сы­лал труд свой мит­ро­по­ли­ту Сте­фа­ну на рас­смот­ре­ние, сми­рен­но про­ся его рас­су­дить, бу­дет ли на поль­зу Свя­той Церк­ви или нет, и бла­го­да­ря ис­крен­но за все его за­ме­ча­ния. Но в то же вре­мя и сам укреп­лял ду­хов­но ме­сто­блю­сти­те­ля пат­ри­ар­ше­го на его труд­ном по­при­ще: «Мо­лю, ели­ко мо­гу, Гос­по­да креп­ко­го и силь­но­го, да укре­пит ва­ше Ар­хи­ерей­ство в но­ше­нии толь тяж­ко­го кре­ста. Не из­не­мо­гай, Свя­ти­тель Бо­жий, под та­ко­вы­ми тя­же­стя­ми! ветвь под тя­же­стью все­гда пло­до­тво­рит. Не мни бы­ти тщи тру­ды свои пред Бо­гом, гла­го­лю­щим: при­и­ди­те ко Мне все труж­да­ю­щи­е­ся и обре­ме­нен­ные (Мф.XI:28). Ве­ли­ко воз­да­я­ние по­нес­шим тя­го­ту и вар дне! Не суть су­ет­ны, ими же бла­го­ра­зум­но управ­ля­ет­ся ко­рабль Церкве Хри­сто­вы во вре­мя то­ли­ких обу­ре­ва­ний. Убла­жа­е­те, прео­свя­щен­ство ва­ше, уеди­не­ние, убла­жаю и аз; но и свя­то­го Ма­ка­рия Еги­пет­ско­го рас­суж­де­ние не ху­до, ко­то­рый о пу­стын­ни­ках и о труж­да­ю­щих­ся во гра­дах и для люд­ской поль­зы пи­шет си­це: овыи (пу­стын­но­жи­те­ли), иму­ще бла­го­дать, о се­бе толь­ко пе­кут­ся; иные же (учи­те­ли и сло­ва Бо­жия про­по­вед­ни­ки) иных ду­ши поль­зо­ва­ти тщат­ся: сии оных мно­го пре­вы­ша­ют. Под­ви­зай­ся о укреп­ля­ю­щем вас Иису­се, по­движ­ни­че Хри­стов! Бре­мя сие не по слу­чаю ка­ко­му на­ло­жи­ся ва­ше­му Свя­ти­тель­ству, но смот­ре­ни­ем Бо­жи­им; зане же и ве­нец пра­вед­но­го воз­да­я­ния ждет вас; иго Хри­сто­во бла­го но­си­ти: бу­ди и бре­мя его вам лег­ко».
Од­на­ко, несмот­ря на все уси­лия свя­то­го Ди­мит­рия, ле­то­пис­ный труд его не был до­ве­ден до кон­ца, ча­стью по его бо­лез­ни, а ча­стью от на­сто­я­тель­ных нужд епар­хии, хо­тя и же­лал он весь­ма окон­чить Свя­щен­ную ис­то­рию, как это вид­но из его пись­ма к Фе­о­ло­гу: «Че­го убо мне, бес­силь­но­му, на­де­я­ти­ся? Страх смер­ти на­па­де на мя… а де­ло кни­го­пис­ное как оста­нет­ся? Бу­дет ли кто охот­ник при­нять­ся за него и вер­ши­ти? а еще мно­го на­доб­но в том де­ле тру­ди­ти­ся: го­дом его не свер­шишь и дру­гим го­дом на­си­лу к свер­ше­нию по­спеть, а ко­нец при две­рех, се­ки­ра при ко­рене, косa смерт­ная над гла­вою. Увы мне! не жаль мне ни­че­го, ни­же имам че­со­го жа­ле­ти, бо­гат­ства не со­брах, де­нег не на­ко­пих, еди­но мне жаль то, яко на­ча­тое кни­го­пи­са­ние да­ле­че до со­вер­ше­ния; а еще и о Псал­ты­ри по­мысл бы­ва­ет. Дум­ка за мо­рем, а смерть за пле­ча­ми». Ле­то­пи­сец оста­но­вил­ся на ше­стом сто­ле­тии чет­вер­той ты­ся­чи лет.
Дру­гой, бо­лее необ­хо­ди­мый труд пред­сто­ял ему пред ис­хо­дом жиз­ни: на­пра­вить к ис­тине со­вра­щен­ные умы неко­то­рых из сво­ей паст­вы. Вско­ре по­сле Пас­хи 1708 го­да свя­ти­тель узнал, что в его ка­фед­раль­ном го­ро­де и дру­гих го­ро­дах и се­ле­ни­ях кро­ют­ся лже­учи­те­ли. Свя­щен­ник ро­стов­ский до­нес ему, что один из его при­хо­жан не хо­чет воз­да­вать долж­но­го че­ство­ва­ния ни свя­тым ико­нам, ни мо­щам, и свя­ти­тель из лич­но­го раз­го­во­ра убе­дил­ся в его за­кос­не­ло­сти, ко­гда хо­тел пас­тыр­ски его вра­зу­мить. Ски­ты рас­коль­ни­че­ские из ле­сов Брян­ских, в пре­де­лах Ка­луж­ских, про­ник­ли в его епар­хию, ко­то­рой угро­жа­ли с дру­гой сто­ро­ны сво­им лже­уче­ни­ем ко­стром­ские и ни­же­го­род­ские ски­ты; рас­коль­ни­ки сма­ни­ва­ли лег­ко­вер­ных, осо­бен­но из чис­ла жен­щин. Не ви­дя в сво­ем ду­хо­вен­стве лю­дей, спо­соб­ных дей­ство­вать про­тив угро­жа­ю­ще­го рас­ко­ла, ре­шил­ся он сам по­дать бла­гой при­мер и силь­ное ору­жие про­тив неле­пых тол­ков. Про­стым вра­зу­ми­тель­ным сло­вом объ­яс­нил он на­ро­ду вред­ное на них вли­я­ние брян­ских лже­учи­те­лей и неосно­ва­тель­ность их мне­ний, и, как ис­тин­ный пас­тырь, не стес­нял­ся ни­ка­ки­ми свет­ски­ми от­но­ше­ни­я­ми, ко­гда дол­жен был сто­ять за прав­ду. Свя­щен­ник его епар­хии явил­ся за­щит­ни­ком мне­ний рас­коль­ни­чьих; свя­ти­тель по­сле стро­го­го ис­сле­до­ва­ния от­ре­шил его от долж­но­сти и ве­лел как вдо­во­му ис­кать се­бе ме­сто где-ли­бо в мо­на­сты­ре; но ви­нов­ный тай­ны­ми пу­тя­ми на­шел до­ступ к ца­ри­це, и она хо­да­тай­ство­ва­ла за него пред свя­тым Ди­мит­ри­ем. То­гда блю­сти­тель пра­во­сла­вия пред­ста­вил ца­ри­це весь ход неза­кон­но­го де­ла и сми­рен­но про­сил ее не гне­вать­ся на то, что не мо­жет из­ме­нить сво­е­го ре­ше­ния. «Мно­го бы­ло мне от него до­са­ды, – пи­сал он, – пред мно­ги­ми бо людь­ми ху­ля мое сми­рен­ное имя, на­ри­цал ме­ня ере­ти­ком и рим­ля­ни­ном и невер­ным: оба­че все то ему про­щаю Хри­ста ра­ди мо­е­го, иже уко­ря­ем про­ти­ву не уко­ря­ше и страж­да тер­пя­ще; взи­рая на незло­бие Спа­са мо­е­го, то­му по­пу про­стих, свя­щен­ства не за­пре­тих, и дах ему во­лю из­бра­ти се­бе где ме­сто, в мо­на­сты­ре ко­ем-ли­бо пост­ри­щи­ся. Но гне­ва Бо­жия на се­бе бо­ю­ся, аще вол­ка, в одеж­де ов­чей су­ща, пу­щу в ста­до Хри­сто­во по­губ­ля­ти ду­ши люд­ские рас­коль­ни­че­ски­ми уче­нья­ми. Мо­лю убо Ва­ше Цар­ское Бла­го­ро­дие, не по­ло­жи­те гне­ва на мя, бо­го­моль­ца сво­е­го, что не мо­гу со­де­ла­ти ве­щи невоз­мож­ной».
Узнав, что рас­ко­ло­учи­те­ли уси­ли­лись осо­бен­но в Яро­слав­ле, он сам ту­да по­ехал в но­яб­ре 1708 го­да и убе­ди­тель­ным сло­вом про­по­ве­до­вал о непра­во­сти ве­ры рас­коль­ни­чьей и ис­тине пра­во­сла­вия в за­щи­ту зна­ме­ния чест­на­го кре­ста. Не до­воль­ству­ясь жи­вым сло­вом, на­чал он со­став­лять пись­мен­ные об­ли­че­ния мне­ний рас­коль­ни­чьих, для че­го от­ло­жил де­ло ле­то­пис­ное, ко­то­рое столь­ко его за­ни­ма­ло, по­мыш­ляя в се­бе, как пи­сал он к Фе­о­ло­гу, что: «…Бог не ис­тя­жет его о ле­то­пи­си, о том же, ес­ли мол­чать бу­дет про­тив рас­коль­ни­ков, ис­тя­жет». Свя­ти­тель, как бы пред­чув­ствуя, что и го­ду жиз­ни ему не оста­лось, по­спе­шил де­лом так, что к Ве­ли­ко­му по­сту оно со­всем по­чти окон­чи­лось. Это был его зна­ме­ни­тый «ро­зыск о Брын­ской ве­ре» или пол­ное об­ли­че­ние про­тив рас­коль­ни­ков; по­след­ний труд, ко­то­рым по­да­рил он оте­че­ствен­ную Цер­ковь, как твер­дый щит от лже­уче­ния, ко­то­рым хо­тел огра­дить паст­ву и по­сле сво­ей кон­чи­ны. Изу­ми­тель­но, с ка­кой быст­ро­той на­пи­сал он свою мно­го­слож­ную кни­гу, со­би­рая ото­всю­ду изуст­ные вер­ные све­де­ния о сек­тах и тол­ках рас­коль­ни­чьих от лю­дей, жив­ших по их ски­там и об­ра­тив­ших­ся к ис­тине. Бла­гой при­мер свя­ти­те­ля воз­двиг и но­во­го по­движ­ни­ка про­тив рас­коль­ни­ков в ли­це Пи­ти­ри­ма, быв­ше­го стро­и­те­ля Пе­ре­я­с­лав­ско­го, ко­то­рый по­слан был дей­ство­вать про­тив них на Кир­жач и мно­гих об­ра­тил впо­след­ствии в сане епи­ско­па Ни­же­го­род­ско­го. Свя­той Ди­мит­рий ис­кал све­де­ний про­тив рас­ко­ла и в Москве, у сво­их уче­ных дру­зей, про­ся их тща­тель­но рас­смот­реть свя­щен­ную утварь со­бо­ров, мо­гу­щую слу­жить об­ли­че­ни­ем неправ­ды.
Да­же в по­след­них сво­их пись­мах по­сто­ян­но из­ве­щал он Фе­о­ло­га о но­вом сво­ем со­чи­не­нии, ко­то­рое за­ни­ма­ло всю его де­я­тель­ность, хо­тя и ску­чал та­ко­го ро­да пре­ни­я­ми и на­де­ял­ся до­вер­шить его к Свет­ло­му празд­ни­ку, жа­лу­ясь толь­ко на недо­ста­ток пис­цов. Этой кни­гой окон­чи­лись пись­мен­ные тру­ды свя­ти­те­ля на со­ро­ка­двух­лет­нем ино­че­ском его по­при­ще и се­ми­лет­нем свя­ти­тель­стве в Ро­сто­ве. По­вто­ряя вме­сте с Да­ви­дом: «Пою Бо­гу мо­е­му, дон­де­же есмь», он го­во­рил, что мы дол­жен­ству­ем что-ли­бо де­лать во сла­ву Бо­жию, да час смерт­ный не в празд­но­сти нас за­станет, и по­мыш­лял воз­вра­тить­ся к сво­е­му Ле­то­пис­цу, ес­ли Бог по­мо­жет его немо­щи; но она его одо­ле­ла на пять­де­сят вось­мом го­ду от рож­де­ния, ибо си­лы его, из­ну­рен­ные мно­го­лет­ни­ми тру­да­ми, бо­лее и бо­лее осла­бе­ва­ли, и уже за год до сво­ей кон­чи­ны пи­сал он в Моск­ву к сво­им дру­зьям: «Бог весть, мо­гу ли на­ча­тое со­вер­шить? по­не­же ча­сто и мои неду­го­ва­ния пе­ро пи­шу­щее от ру­ки отъ­ем­лют и пис­ца на одр по­вер­га­ют, гроб же очам пред­став­ля­ют, а к то­му очи ма­ло ви­дят и оч­ки не мно­го по­мо­га­ют, и ру­ка пи­шу­щая дро­жит, и вся хра­ми­на те­ла мо­е­го близ ра­зо­ре­ния».
Та­ко­вы бы­ли по­дви­ги свя­ти­тель­ские свя­то­го Ди­мит­рия, но кто ис­чис­лил его ке­лей­ные по­дви­ги? Ибо он был бод­рый мо­лит­вен­ник и пост­ник и как пи­са­ни­я­ми сво­и­ми вну­шал дру­гим за­по­ве­ди по­ста и мо­лит­вы, так и со­бою по­да­вал при­мер к их ис­пол­не­нию. Во все дни пре­бы­вал он в воз­дер­жа­нии, вку­шая ма­ло пи­щи, кро­ме празд­ни­ков, а в первую неде­лю Че­ты­ре­де­сят­ни­цы од­на­жды толь­ко раз­ре­шал се­бе пи­щу, в Страст­ную же неде­лю толь­ко в Ве­ли­кий Чет­верг, и то­му же на­учал сво­их прис­ных. Он со­ве­то­вал им при каж­дом уда­ре­нии ча­со­во­го ко­ло­ко­ла па­мя­то­вать час смерт­ный, ограж­дая се­бя крест­ным зна­ме­ни­ем с мо­лит­ва­ми: «От­че наш» и «Бо­го­ро­ди­це». При­хо­див­ших к нему в ке­ллию не от­пус­кал без на­зи­да­ния и бла­го­сло­ве­ния ма­лы­ми ико­на­ми и все свои неболь­шие ке­лей­ные до­хо­ды упо­треб­лял на доб­рые де­ла, про­мыш­ляя о вдо­вах и си­ро­тах; ча­сто при раз­да­че ми­ло­сты­ни ни­че­го не оста­ва­лось у са­мо­го для по­тре­бы жи­тей­ской. Неред­ко со­би­рал он в свою кре­сто­вую па­ла­ту ни­щих, сле­пых и хро­мых, раз­да­вая им одеж­ду вме­сте с хле­бом, ибо он, по­доб­но Иову, был оком сле­пых, но­гою хро­мых и уте­ши­те­лем сво­ей паст­вы. Непре­стан­но ожи­дая сво­е­го ис­хо­да по умно­же­нию бо­лез­ни и опа­са­ясь, чтобы не ста­ли ис­кать по­сле его кон­чи­ны мни­мых бо­гатств, свя­ти­тель за два го­да до кон­чи­ны на­пи­сал свою ду­хов­ную, в ко­то­рой из­ли­лась пред Гос­по­дом и че­ло­ве­ка­ми вся его вы­со­кая хри­сти­ан­ская ду­ша, ис­пол­нен­ная люб­ви к ближ­ним и глу­бо­чай­ше­го сми­ре­ния.
«Во имя От­ца, и Сы­на, и Свя­то­го Ду­ха, аминь. Се аз, сми­рен­ный ар­хи­ерей Дмит­рий, мит­ро­по­лит Ро­стов­ский и Яро­слав­ский, слу­шая гла­са Гос­по­да мо­е­го, во Свя­том Еван­ге­лии гла­го­лю­ще­го: бу­ди­те го­то­ви, яко в он же час не мни­те, Сын че­ло­ве­че­ский при­и­дет (Мф.XXIV:44); не весть бо, ко­гда Гос­подь до­му при­и­дет, ве­чер, или по­лу­но­щи, или в пет­ло­гла­ше­ние, или утро, да не при­шед вне­запну, об­ря­щет вы спя­ща (Мк.XIII:35), то­го гла­са Гос­под­ня слу­шая и бо­я­ся, еще же и ча­е­те неду­го­ва­ни­ем одер­жим бы­вая, и день от дне из­не­мо­гая те­лом, и чая на вся­ко вре­мя она­го Гос­по­дом гла­го­лан­но­го неча­ян­но­го ча­са смерт­но­го, и по си­ле мо­ей при­уго­тов­ля­я­ся ко ис­хо­ду от сея жиз­ни, су­дих сею ду­хов­ною гра­мо­тою мо­ею вест­но со­тво­ри­ти вся­ко­му; иже вос­хо­щет по кон­чине мо­ей взыс­ки­ва­ти име­ния мо­е­го ке­лей­но, во еже бы не тру­ди­ти­ся ему вот­ще, ни ис­тя­зо­ва­ти слу­жив­ших мне Бо­га ра­ди, да весть мое со­кро­ви­ще и бо­гат­ство, еже от юно­сти мо­ея на со­би­рах (сие не тще­сла­вя­ся ре­ку, но да ис­ка­те­лем мо­е­го по мне име­ния вест­но со­тво­рю); от­не­ле­же бо при­ях свя­той ино­че­ский об­раз и по­стри­гох­ся в Ки­ев­ском Ки­рил­ло­вом мо­на­сты­ре в осьм­на­дца­тое ле­то воз­рас­та мо­е­го и обе­щал Бо­го­ву ни­ще­ту из­воль­ную име­ти: от то­го вре­ме­ни да­же до при­бли­же­ния мо­е­го ко гро­бу не стя­же­вах име­ния и мше­ло­им­ства, кро­ме книг свя­тых, не со­би­рал зла­та и среб­ра, не из­во­лях име­ти из­лиш­них одежд, ни ка­ких-ли­бо ве­щей, кро­ме са­мых нужд: но нес­тя­жа­ние и ни­ще­ту ино­че­скую ду­хом и са­мим де­лом по воз­мож­но­му со­блю­сти тщах­ся, не пе­кий­ся о се­бе, но воз­ла­га­я­ся на Про­мысл Бо­жий, иже ни­ко­гда же мя оста­ви. Вхо­дя­щая же в ру­це мои от бла­го­де­те­лей мо­их по­да­я­ния и яже на на­чаль­ствах ке­лей­ный при­ход, тыи ис­то­ще­вах на мои и на мо­на­стыр­ские нуж­ды, иде­же бех во игу­ме­нех и ар­хи­манд­ри­тех, та­кож­де и во ар­хи­ерей­стве сый, не со­би­рах ке­лей­ных (иже не мно­ги бя­ху) при­хо­дов, но ово на мои по­тре­бы та ижди­вах, ово же на нуж­ды нужд­ных, иде­же Бог по­ве­дет. Ни­кто же убо да тру­дит­ся по смер­ти мо­ей, ис­пы­туя или взыс­куя ка­ко­во­го-ли­бо ке­лей­на­го мо­е­го со­бра­ния; ибо ни­же на по­гре­бе­ние что остав­ляю, ни на по­ми­но­ве­ние, да ни­ще­та ино­че­ская наи­па­че на кон­чине явит­ся Бо­гу: ве­рую бо, яко при­ят­нее Ему бу­дет, аще и еди­на ца­та по мне не останет, нежа еда бы мно­гое со­бра­ние бы­ло раз­да­ва­е­мо. И аще мене, та­ко ни­ща, ни­кто же вос­хо­шет обыч­но­му пре­да­ти по­гре­бе­нию, мо­лю убо тех, иже свою смерть па­мят­ству­ют, да от­вле­кут мое греш­ное те­ло в убо­гий дом, и та­мо меж­ду тру­па­ми да по­верг­нут е. Аще же вла­ды­че­ству­ю­щих из­во­ле­ние по­ве­лит мя, умер­ша, по­греб­сти по обы­чаю, то мо­лю хри­сто­лю­би­вых по­гре­ба­те­лей, да по­гре­бут мя в мо­на­сты­ре Св. Иа­ко­ва, епи­ско­па Ро­стов­ско­го, во уг­ле цер­ков­ном, иде­же ме­сто ми на­име­но­вах, о сем че­лом бью. Из­во­ля­яй же без­де­неж­но по­мя­ну­ти греш­ную мою ду­шу в мо­лит­вах сво­их Бо­га ра­ди, та­ко­вый и сам да не по­ми­на­ет мя ни­ща, ни­что­же на по­ми­но­ве­ние остав­ль­ша: Бог же да бу­дет всем ми­ло­стив и мне греш­но­му во ве­ки. Аминь».
«Си­це­вый за­вет: се моя ду­хов­ная гра­мо­та: си­це­во о име­нии мо­ем из­ве­стие. Аще же кто из­ве­стию се­му, не ем­ля ве­ры, начнет со ис­пы­та­ни­ем ис­ка­ти по мне зла­та и среб­ра, то аще и мно­го по­тру­дит­ся, ни­что же об­ря­щет, и су­дит ему Бог».
Свя­той Ди­мит­рий объ­явил за­ве­ща­ние свое за­бла­говре­мен­но дру­гу сво­е­му, ме­сто­блю­сти­те­лю пат­ри­ар­ше­му Сте­фа­ну, и они по­ло­жи­ли меж­ду со­бой вза­им­ный обет: чтобы тот из них, кто пе­ре­жи­вет дру­го­го, со­вер­шил по­гре­баль­ную служ­бу над усоп­шим со­бра­том. Сте­фа­ну, млад­ше­му по го­дам и бодро­му по си­лам, до­ста­лось воз­дать этот по­след­ний долг сво­е­му дру­гу. За несколь­ко дней до кон­чи­ны свя­той Ди­мит­рий, услы­шав, что бла­го­че­сти­вая ца­ри­ца Па­рас­ке­ва Фе­о­до­ров­на со­би­ра­ет­ся в Ро­стов для по­кло­не­ния чу­до­твор­ной иконе Бо­го­ма­те­ри, ко­то­рую долж­ны бы­ли при­не­сти из Толг­ской оби­те­ли, ска­зал каз­на­чею сво­е­му, иеро­мо­на­ху Фила­ре­ту, пред­ве­щая ему свою кон­чи­ну: «Се гря­дут в Ро­стов две го­стьи, Ца­ри­ца Небес­ная и ца­ри­ца зем­ная, ток­мо я уже ви­деть их здесь не спо­доб­лю­ся, а над­ле­жит к при­ня­тию оных го­то­ву быть те­бе, каз­на­чею».
За три дня до пре­став­ле­ния на­чал он из­не­мо­гать, од­на­ко в день сво­е­го Ан­ге­ла, свя­то­го ве­ли­ко­му­че­ни­ка Ди­мит­рия Со­лун­ско­го, слу­жил по обы­чаю ли­тур­гию в со­бор­ной церк­ви, но уже не в си­лах был го­во­рить по­уче­ние. Один из пев­чих чи­тал при­го­тов­лен­ное им по тет­рад­ке, свя­ти­тель же си­дел в цар­ских две­рях, из­ме­нив­шись в ли­це от тяж­кой бо­лез­ни. Несмот­ря на то, он при­ну­дил се­бя при­сут­ство­вать и при обыч­ной тра­пе­зе в крест­ной па­ла­те, хо­тя ни­че­го не вку­шал. На дру­гой день при­е­хал из Пе­ре­я­с­лав­ля пре­дан­ный ему ар­хи­манд­рит Вар­ла­ам и был при­нят им с лю­бо­вью. Во вре­мя их ду­хов­ной бе­се­ды при­сла­ла быв­шая кор­ми­ли­ца ца­ре­ви­ча Алек­сея Пет­ро­ви­ча, ино­ки­ня Ев­фро­си­ния, из ро­да Ка­зин­ских, жив­шая близ ар­хи­ерей­ско­го до­ма, про­сить свя­ти­те­ля, чтобы на­ве­стил ее, бо­ля­щую. Из­не­мо­га­ю­щий сам от бо­лез­ни, от­ка­зал­ся ид­ти, хо­тя и мно­го ува­жал ее доб­ро­де­тель­ную жизнь; но она вто­рич­но при­сла­ла убе­ди­тель­но про­сить, чтобы хо­тя на крат­кое вре­мя по­се­тил ее; по­двиг­ну­тый со­ве­том ар­хи­манд­ри­та, ко­то­рый по­ла­гал, что ма­лое дви­же­ние бу­дет ему по­лез­но, свя­ти­тель ре­шил­ся ис­пол­нить же­ла­ние бла­го­че­сти­вой ино­ки­ни по­сле ве­чер­не­го пе­ния, но уже с тру­дом мог дой­ти об­рат­но до сво­ей кел­лии. Он по­ру­чил каз­на­чею сво­е­му уго­стить ар­хи­манд­ри­та, и сам, под­дер­жи­ва­е­мый слу­жи­те­ля­ми, нема­лое вре­мя хо­дил по ке­ллии, ду­мая об­лег­чить­ся от удуш­ли­во­го каш­ля; по­том ве­лел при­звать к се­бе в кел­лию пев­чих, чтобы еще раз усла­дить слух свой ду­хов­ным пе­ни­ем гим­нов, ко­то­рые сам неко­гда со­ста­вил, как-то: «Иису­се мой пре­лю­без­ный! На­деж­ду мою в Бо­зе по­ла­гаю! Ты мой Бог, Иису­се, Ты моя ра­дость!» Во все вре­мя пе­ния вни­ма­тель­но слу­шал свя­той Ди­мит­рий, при­сло­нясь к печ­ке и гре­ясь ду­хов­но бо­лее, неже­ли те­лом. С бла­го­сло­ве­ни­ем от­пу­стил он каж­до­го из пев­чих и од­но­го толь­ко лю­би­мо­го при се­бе удер­жав, ко­то­рый был ему усерд­ный со­труд­ник при пе­ре­пис­ке его тво­ре­ний. Про­сто­душ­но на­чал ему рас­ска­зы­вать бо­лез­нен­ный свя­ти­тель о сво­ей жиз­ни, чув­ствуя уже eе иcxoд: как ее про­вож­дал в юно­сти и в со­вер­шен­ном воз­расте, как мо­лил­ся Гос­по­ду, Пре­чи­стой Его Ма­те­ри и всем угод­ни­кам Бо­жи­им, и при­со­во­ку­пил: «И вы, де­ти, мо­ли­тесь так же».
На­ко­нец ска­зал: «Вре­мя и те­бе, ча­до, ид­ти в дом свой»; ко­гда же пев­чий, при­няв бла­го­сло­ве­ние, хо­тел уда­лить­ся, свя­ти­тель про­во­дил его до са­мых две­рей и по­кло­нил­ся ему по­чти до зем­ли, бла­го­да­ря его за то, что мно­го тру­дил­ся, пе­ре­пи­сы­вая его со­чи­не­ния. Со­дрог­нул­ся пев­чий, ви­дя столь необыч­ное про­вож­де­ние сво­е­го пас­ты­ря, и с бла­го­го­ве­ни­ем ска­зал: «Мне ли, по­след­не­му ра­бу, так по­кло­ня­ешь­ся, вла­ды­ко свя­тый?» И с кро­то­стью опять ска­зал ему сми­рен­ный вла­ды­ка: «Бла­го­да­рю те­бя, ча­до», – и воз­вра­тил­ся в кел­лию; пев­чий же, за­пла­кав, ушел в дом свой. То­гда свя­ти­тель ве­лел разой­тись всем сво­им слу­жи­те­лям, сам же, за­клю­чив­шись в осо­бой кел­лии как бы для то­го, чтобы несколь­ко от­дох­нуть, пре­был в мо­лит­ве до сво­е­го пре­став­ле­ния. На рас­све­те взо­шед­шие слу­жи­те­ли на­шли его на ко­ле­нях, как бы мо­ля­ще­го­ся, но ка­кою пе­ча­лью ис­пол­ни­лось их серд­це, ко­гда уви­де­ли его уже усоп­шим на мо­лит­ве. Уда­ри­ли три­кра­ты в боль­шой ко­ло­кол; пев­чий, еще на­ка­нуне с ним бе­се­до­вав­ший, услы­шав сей го­рест­ный глас свя­ти­тель­ско­го пре­став­ле­ния, немед­лен­но при­бе­жал в ар­хи­ерей­ские па­ла­ты и еще за­стал пас­ты­ря сво­е­го и от­ца сто­я­щим на ко­ле­нях в том по­ло­же­нии, в ка­ком пре­дал пра­вед­ную ду­шу свою Бо­гу.
Усоп­ший об­ла­чен был в свя­ти­тель­ское оде­я­ние, ко­то­рое сам се­бе при­го­то­вил, и вме­сто по­сла­ния по­ло­же­ны бы­ли ему, по бла­говре­мен­но­му его при­ка­за­нию, раз­ные его со­чи­не­ния, вчерне пи­сан­ные его ру­кою; те­ло усоп­ше­го пас­ты­ря вы­не­се­но бы­ло в кре­сто­вую его цер­ковь Все­ми­ло­сти­во­го Спа­са, что на се­нях, близ той ке­ллии, где он скон­чал­ся. Ко­гда огла­си­лось в Ро­сто­ве о пре­став­ле­нии доб­ро­го и ча­до­лю­би­во­го пас­ты­ря, по­чти весь го­род стек­ся к чест­но­му его те­лу, и под­нял­ся горь­кий плач на­ро­да о доб­ром пас­ты­ре, учи­те­ле и за­ступ­ни­ке, оста­вив­шем си­ро­та­ми свою паст­ву. В тот же день бла­го­че­сти­вая ца­ри­ца Па­рас­ке­ва с тре­мя до­черь­ми-ца­рев­на­ми: Ека­те­ри­ною, Па­рас­ке­вою и Ан­ною Иоан­нов­на­ми, при­бы­ла по­сле обед­ни в Ро­стов и весь­ма со­кру­ша­лась, что не удо­сто­и­лась по­лу­чить бла­го­сло­ве­ние свя­ти­те­ля пред его ис­хо­дом. Она ве­ле­ла от­слу­жить со­бор­ную па­ни­хи­ду над усоп­шим и по­шла на сре­те­ние чу­до­твор­ной ико­ны в Бо­го­яв­лен­ский мо­на­стырь, от­ку­да при­не­се­на бы­ла с тор­же­ством в Ро­стов­скую со­бор­ную цер­ковь, дабы глав­ная свя­ты­ня оси­ро­тев­шей епар­хии осе­ни­ла усоп­ше­го пас­ты­ря. Ту­да же в при­сут­ствии ца­ри­цы с по­до­ба­ю­щей че­стью пе­ре­не­се­но бы­ло те­ло свя­ти­тель­ское и вто­рич­но со­вер­ше­на со­бор­ная па­ни­хи­да в ее при­сут­ствии: та­кую по­честь су­дил Гос­подь воз­дать бла­жен­но­му сво­е­му угод­ни­ку! За­ве­ща­ние его бы­ло немед­лен­но по­сла­но в Моск­ву в мо­на­стыр­ский при­каз, и во ис­пол­не­ние его пред­смерт­но­го же­ла­ния ве­ле­но бы­ло в Яко­влев­ском мо­на­сты­ре при­го­то­вить мо­ги­лу в со­бор­ной церк­ви За­ча­тия Бо­го­ма­те­ри, в уг­лу с пра­вой сто­ро­ны, и вы­стлать ее кам­нем; но по небре­же­нию мо­гиль­щи­ков, не без осо­бо­го, впро­чем, Про­мыс­ла Бо­жия, не бы­ла вы­стла­на кам­нем мо­ги­ла, а толь­ко сде­лан об­руб де­ре­вян­ный, ко­то­рый от сы­ро­сти ско­ро сгнил, и это по­слу­жи­ло впо­след­ствии к об­ре­те­нию мо­щей свя­ти­те­ля.
Око­ло ме­ся­ца пре­бы­ва­ло те­ло свя­то­го Ди­мит­рия в со­бор­ной его церк­ви нетлен­но, и во все это вре­мя со­вер­ша­лись над ним па­ни­хи­ды все­на­род­ные. Уже в по­след­них чис­лах но­яб­ря при­был в Ро­стов ме­сто­блю­сти­тель пат­ри­ар­ше­го пре­сто­ла мит­ро­по­лит Сте­фан ис­пол­нить дан­ный им обет дру­гу, и ко­гда во­шел в ка­фед­раль­ный со­бор, мно­го пла­кал над гро­бом усоп­ше­го. То­гда на­сто­я­те­ли мо­на­сты­рей ро­стов­ских, со­бор­ные свя­щен­ни­ки и мно­гие из по­чет­ных граж­дан при­сту­пи­ли к мит­ро­по­ли­ту, умо­ляя его по­греб­сти те­ло лю­би­мо­го ими свя­ти­те­ля в со­бор­ной церк­ви, под­ле его пред­мест­ни­ка Иоаса­фа, где и все­гда по­гре­ба­лись мит­ро­по­ли­ты ро­стов­ские: но ме­сто­блю­сти­тель пат­ри­ар­ший не ре­шил­ся из­ме­нить во­ли сво­е­го дру­га. Он ска­зал про­ся­щим: «Так как при са­мом вступ­ле­нии сво­ем на епар­хию Ро­стов­скую прео­свя­щен­ный Ди­мит­рий пред­ва­ри­тель­но сам из­брал се­бе ме­сто упо­ко­е­ния в Яко­влев­ском мо­на­сты­ре, то имею ли я пра­во из­ме­нить оное?»
В на­зна­чен­ный для по­гре­бе­ния день 25 но­яб­ря ме­сто­блю­сти­тель пат­ри­ар­ший от­слу­жил тор­же­ствен­ную ли­тур­гию в ка­фед­раль­ном со­бо­ре и над­гроб­ное пе­ние со все­ми свя­щен­но­слу­жи­те­ля­ми го­ро­да Ро­сто­ва, при­чем ска­зал при­лич­ное сло­во в па­мять усоп­ше­го. По­том в со­про­вож­де­нии все­го кли­ра и на­ро­да, со мно­гим пла­чем и чрез­вы­чай­ным тор­же­ством пе­ре­не­се­но свя­тое те­ло в Яко­влев­ский мо­на­стырь, где и по­ло­же­но, по за­ве­ща­нию, в пра­вом уг­лу со­бор­ной церк­ви, и над­гроб­ные сти­хи на­пи­са­ны бы­ли са­мим ме­сто­блю­сти­те­лем Сте­фа­ном. За­ме­ча­тель­но, по люб­ви свя­ти­те­ля к вос­по­ми­на­нию стра­стей Гос­под­них, сте­че­ние дней для него зна­чи­тель­ных: скон­чал­ся он в день пят­нич­ный, вско­ре по­сле сво­е­го те­зо­име­нит­ства, и по­гре­бен ме­сяц спу­стя, так­же в день пят­нич­ный, по­свя­щен­ный па­мя­ти Рас­пя­тия Гос­под­ня, и об­ре­те­ние свя­тых мо­щей его слу­чи­лось так­же в день пят­нич­ный, ибо этот ве­ли­кий по­движ­ник, со­би­рав­ший во все те­че­ние сво­ей жиз­ни на поль­зу все­го пра­во­слав­но­го хри­сти­ан­ско­го ро­да жи­тия свя­тых, на­пи­сан­ных на небе­сах в кни­ге веч­ной, и сам вско­ре по­сле сво­е­го от­ше­ствия от сей ма­ловре­мен­ной жиз­ни удо­сто­ил­ся быть впи­сан­ным вме­сте с ни­ми в той же веч­ной кни­ге пер­стом Бо­жи­им и увен­чать­ся вен­цом нетле­ния.
По­сле 42 лет, про­тек­ших от его по­гре­бе­ния, 21 сен­тяб­ря 1732 го­да, при раз­обpании опу­стив­ше­го­ся по­мо­ста в церк­ви За­ча­тия Бо­го­ма­те­ри об­ре­те­ны бы­ли нетлен­ны­ми его свя­тые мо­щи в со­гнив­шем гро­бе, рав­но как и свя­ти­тель­ская его одеж­да, и от них, как от бла­го­дат­но­го ис­точ­ни­ка, на­ча­ли ис­те­кать ис­це­ле­ния одер­жи­мых раз­лич­ны­ми бо­лез­ня­ми: сле­пые про­зре­ва­ли, немые го­во­ри­ли, рас­слаб­лен­ные дви­га­лись, и бе­сы из­го­ня­лись мо­лит­ва­ми, со­вер­шав­ши­ми­ся при свя­тых мо­щах. Вни­мая этим яс­ным ука­за­ни­ям Бо­же­ствен­но­го Про­мыс­ла, Свя­тей­ший Си­нод по сви­де­тель­ство­ва­нии свя­тых мо­щей и быв­ших чу­дес при­чис­лил свя­ти­те­ля Ди­мит­рия к ли­ку но­во­яв­лен­ных чу­до­твор­цев Рос­сий­ских 22 ап­ре­ля 1757 го­да. Пре­ем­ни­ку его по ка­фед­ре Ро­стов­ской, мит­ро­по­ли­ту Ар­се­нию, по­ру­че­но бы­ло со­ста­вить жиз­не­опи­са­ние свя­то­го, а служ­бу ему на­пи­сал Ам­вро­сий, епи­скоп Пе­ре­я­с­лав­ский, впо­след­ствии ар­хи­епи­скоп пер­во­пре­столь­ной сто­ли­цы, где му­че­ни­че­ски окон­чил дни свои. В сле­ду­ю­щем го­ду бла­го­че­сти­вая им­пе­ра­три­ца Ели­за­ве­та по усер­дию к свя­ти­те­лю устро­и­ла для мо­щей его се­реб­ря­ную ра­ку, а в 1763 го­ду им­пе­ра­три­ца Ека­те­ри­на по­сле сво­е­го цар­ско­го вен­ча­ния пеш­ком со­вер­ши­ла пу­те­ше­ствие из Моск­вы в Ро­стов для по­кло­не­ния мо­щам свя­то­го Ди­мит­рия и пе­ре­ло­же­ния их в при­го­тов­лен­ную ра­ку, ко­то­рую са­ма нес­ла вме­сте с ар­хи­ере­я­ми при тор­же­ствен­ном об­хож­де­нии хра­ма: та­кая цар­ствен­ная по­честь бы­ла опять воз­да­на угод­ни­ку Бо­жию.
Со­вер­ша­ют­ся и до сих пор бла­го­дат­ные ис­це­ле­ния при мо­щах свя­ти­те­ля, над ко­то­ры­ми, уже в на­ше вре­мя, 40 лет неусып­но бодр­ство­вал дру­гой по­движ­ник, гро­бо­вой ста­рец иеро­мо­нах Ам­фи­ло­хий, оста­вив­ший по се­бе бла­гую па­мять и воз­лег­ший как бы на стра­же у по­ро­га цер­ков­но­го то­го хра­ма, где по­ко­ят­ся мо­щи свя­ти­те­ля (там же в пред­две­рии по­чи­ва­ет и его бла­го­че­сти­вый пле­мян­ник ар­хи­манд­рит Ин­но­кен­тий, дол­го быв­ший на­сто­я­те­лем Яко­влев­ской оби­те­ли). Про­сла­вим Гос­по­да, по неиз­ре­чен­ной Сво­ей ми­ло­сти про­явив­ше­го столь­ко бла­го­че­стия уже во дни на­ши, в сми­рен­ном го­ро­де Ро­сто­ве, и про­сла­вив­ше­го там мно­ги­ми чу­де­са­ми но­во­го ве­ли­ко­го све­тиль­ни­ка Рос­сий­ской зем­ли, ко­то­рый яв­ля­ет­ся ско­рым по­мощ­ни­ком для при­зы­ва­ю­щих его свя­тое имя. Мо­лит­ва­ми это­го ве­ли­ко­го пра­во­сла­вия рев­ни­те­ля и ис­ко­ре­ни­те­ля рас­ко­лов, це­леб­ни­ка Рос­сий­ско­го и цев­ни­цы ду­хов­ной, уце­ло­муд­ря­ю­щей всех сво­и­ми пи­са­ни­я­ми, да спо­до­бим­ся и мы быть на­пи­сан­ны­ми в кни­ге жиз­ни Агн­ца Бо­жия вме­сте со все­ми от ве­ка ему уго­див­ши­ми, к ли­ку ко­их при­чис­лен и свя­ти­тель Ро­стов­ский Ди­мит­рий.
С 10 но­яб­ря 1991 г. чест­ные мо­щи свя­ти­те­ля Ди­мит­рия пре­бы­ва­ют в Яко­влев­ском хра­ме, спра­ва от цар­ских врат. У гроб­ни­цы свя­ти­те­ля вновь воз­но­сит­ся ему теп­лая и сми­рен­ная мо­лит­ва: «О все­б­ла­женне свя­ти­те­лю Дмит­рие…».

 

 

МОЛИТВЫ

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

Тропарь святителям Ростовским

глас 4

Святителие премудрии,/ паствы вашея учителие богопросвещеннии,/ веру евангельскую в людех преумножившия,/ любве Небесныя на земли достоподражательнии образи,/ люди страны Ростовския и Ярославския приобщавшии спасению,/ служителие воистинну Божии/ и сопричастницы апостолов достойнии явилися есте,/ Леонтие священномучениче, Исаие, Игнатие, Иакове, Феодоре/ и златословесниче Российский Димитрие,/ Христа Бога молите/ о архиереех, на престоле вашем преемницех,/ о людех, благочестно вас почитающих,/ о стране нашей православной// и о всей Христовой Церкви.

Тропарь святителей Димитрия Ростовского, Митрофана и Тихона Воронежских

глас 8

Якоже древле на Востоцех трие велицыи святителие,/ сильный словом Василий,/ глубина Богословия Григорий и Златоустый Иоанн,/ тако и днесь в стране полунощней/ три новоявленная светила веры на тверди церковней востекоша:/ столп веры Митрофан,/ слово истины в лице царю исповедавый,/ и обличитель раскола Димитрий,/ мечем обоюду острым вся козни его разсекий,/ и помазания полный сосуд Тихон,/ тихостию словес своих грешника к покаянию призвавый./ О, велицыи трие святителие земли Российския,/ молите Христа Бога, Емуже угодни бысте,/ спастися душам нашим.

Тропарь свт. Димитрию Ростовскому

глас 8

Православия ревнителю и раскола искоренителию, / Российский целебниче и новый к Богу молитвенниче, / списаньми твоими буих уцеломудрил еси, / цевнице духовная, Димитрие блаженне, / моли Христа Бога спастися душам нашим.

Тропарь святителя Димитрия

глас 8

Православия ревнителю и раскола искоренителю,/ Российский целебниче и новый к Богу молитвенниче,/ списаньми твоими буих уцеломудрил еси,/ цевнице духовная, Димитрие блаженне,// моли Христа Бога спастися душам нашим.

Кондак святителей Димитрия Ростовского, Митрофана и Тихона Воронежских

глас 3

Иже в поздния наша роды и в последняя времена/ обуреваемых треволнением житейских страстей и хладом безверия недугующих/ в скорби душевней утешивший и теплотою вашея веры согревавший,/ трие новоявленнии святителие Российстии,/ Димитрие, Митрофане и Тихоне,/ на камени Православия утвердите ны/ и, яко чадолюбивии отцы,/ духовная чада ваша стезею заповедей отеческих в Царствие Христово вслед себе руководите.

Кондак святителя Димитрия

глас 4

Звезду Российскую, от Киева возсиявшую,/ и чрез Новград Северский в Ростов достигшую,/ всю же страну сию ученьми и чудесы озарившую,/ ублажим златословеснаго учителя Димитрия:/ той бо всем вся написа, яже к наставлению,/ да всех приобрящет, якоже Павел, Христу// и спасет правоверием души наша.

Кондак святителя Димитрия

глас 4

Звезду Российскую, от Киева возсиявшую,/ и чрез Новград Северский в Ростов достигшую,/ всю же страну сию ученьми и чудесы озарившую,/ ублажим златословеснаго учителя Димитрия:/ той бо всем вся написа, яже к наставлению,/ да всех приобрящет, якоже Павел, Христу// и спасет правоверием души наша.

Величание святителя Димитрия Ростовского

Величаем тя, / святителю отче Димитрие, / и чтим святую память твою, / ты бо молиши за нас / Христа, Бога нашего.

Молитва святителю Димитрию Ростовскому
О, всеблаженный святителю Димитрие, великий угодниче Хрис­тов, Златоусте Российский, услыши нас грешных, молящихся тебе, и при­неси молитву нашу к Милостивому и Человеколюбцу Богу, Емуже ты ныне в радости святых и с лики Ангелы предстоиши! Умо­ли Его благоутробие, да не осудит нас по беззакониям нашим, но да сотворит с нами по милости Своей. Испроси нам у Христа и Бога нашего мирное и безмятежное житие, здравие душевное и телесное, земли благоплодие и во всем вся­кое изобилие и благоденствие, и да не во зло обратим благая, даруемая нам от Щедрого Бога, но в славу Его и в прославление твоего заступления. Даруй нам богоугодно прейти поприще временныя жизни; избави нас воздушных мытарств и настави нас на путь, ведущий в селения праведных, идеже празднующих глас непрестанный, зрящих Божия лица неизреченную доброту. Церковь же Святую от расколов и ересей сохрани, верных укрепи, заблуждающих обрати и всем даруй вся, яже ко спасению и сла­ве Божией подобающая; Отечество твое сохрани от врагов ненаветно, но поборай оружие Крестоноснаго воинства; и подаждь нам всем твое архипастырское и святое благословение, да оным осеняеми, избавимся от козней лукаваго и избегнем от всякия беды и напасти. Услыши моление наше, отче Димитрие, и моли непрестанно о нас Всесильнаго Бога, славимаго и поклоняемаго в Триех Ипостасех, Емуже подобает всякая слава, честь и держава во веки веков. Аминь.

КАНОНЫ И АКАФИСТЫ

 

КАНОН СВЯТИТЕЛЮ ДИМИТРИЮ РОСТОВСКОМУ

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

глас 6

Песнь 1

Ирмос: Яко по суху, пешествовав Израиль по бездне стопами, гонителя фараона видя потопляема, Богу победную песнь поим, вопияше.

Со Ангельскими чиноначалиями предстояй Святей Троице, великий иерарше Димитрие, моли о нас грешных, да получим грехов оставление.

Постничеством и воздержанием всяким поработивый тело духу, и тем соделавый нетление и цельбоносную силу и бренному веществу твоему, научи и нас, отче святый, Богу, а не мамоне работати.

Слава: Управляя паству, вверенную тебе от Началопастыря Христа, и отгоняя душевредных волков от Христовы ограды твоими Богодухновенными учении, назирай и ныне, святителю Димитрие, да не како суемудренныя расколы возмутят тишину

РАЗВЕРНУТЬ

АКАФИСТ СВЯТИТЕЛЮ ДИМИТРИЮ РОСТОВСКОМУ
Кондак 1
Возбранный чудотворче и изрядный угодниче Христов, многоцелебный чудес источниче, неисчерпаемыя благодати ходатаю, теплый молитвенниче, великий святителю Христов Димитрие, яко имеяй дерзновение ко Христу, Богу нашему, от всяких нас бед свободи зовущих: Радуйся, Димитрие, новый и великий чудотворче.
Икос 1
Ангел нравом, аще и человек естеством был еси, святителю Димитрие: от самых бо младых ногтей ум твой пренебрег земная, в Небесная вперил еси и, плоть нося, о плоти не радил еси. Темже и вселися в тя Пресвятый Дух, Егоже тя обиталищем быти уведевше, похвальная восписуем ти:
Радуйся, незлобием твоим агнца прореченнаго Исаиею подражавый;
Радуйся, милосердием неимущыя препитавый.
Радуйся, воздержанием ангелов удививый;
Радуйся, постом и молитвою плоть твою удручивый.
Радуйся, к подвластным чадолюбивым отцем бывый;
Радуйся, страждущыя сердоболием утешивый.
Радуйся, вместо тленных нетленная стяжавый;
Радуйся, небесный человече.
Радуйся, земный ангеле;
Радуйся, Духа Святаго сосуде избранный.
Радуйся, Православия ревнителю;
Радуйся, душепагубных раздоров искоренителю.
Радуйся, Димитрие, новый и великий чудотворче.
Кондак 2
Видяще обильную реку чудес и исцелений, от святых твоих мощей истекающую, благоговения и радости исполньшеся, благодарим Бога, прославляющаго святыя Своя, Емуже и о тебе вопием: Аллилуиа.
Икос 2
Разум истиннаго богословия внушая чадом Христовым Церкве, златословесными поучениями утверждал еси: еретичествующих же, привлекая к спасительному единомыслию, в заблуждениях обличал еси, за таковое твое о душах наших попечение взываем ти сице:
Радуйся, таинниче Пресвятыя Троицы;
Радуйся, проповедниче неисчетных чудес Божиих.
Радуйся, Апостольских Преданий блюстителю;
Радуйся, лжемудрствующих победителю.
Радуйся, пламеню, ереси пожигающий;
Радуйся, громе, устрашающий соблазняющыя.
Радуйся, свещё, Богом возжженная, мрак нечестия разгоняющая;
Радуйся, звездо, путь ко спасению показующая.
Радуйся, тимпане, Божию славу бряцаяй;
Радуйся, органе Духа Святаго
Радуйся, Православия ревнителю.
Радуйся, Димитрие, новый и великий чудотворче.
Кондак 3
Силою благодати Божия еще во временной жизни приял еси власть, святе Димитрие, недуги исцеляти и бесы изгоняти; по смерти же твоей наипаче прослави тебе Всемогущий Бог многими чудотворениями, да вси, взирающе на сие, усердно притекают ко исцелению тобою от недугов телесных, а паче душевных, Богу же вопиют: Аллилуиа.
Икос 3
Имея неусыпное попечение о спасении душ, вверенных тебе от Бога, святителю Димитрие, пастырски к душеспасительной жизни, и словом и самым делом, показуя неленостный подвиг в подражании святым Божиим, непрестанно наставлял еси. Сего ради приими от нашего усердия достойныя похвалы тебе:
Радуйся, пастырю добрый, заблуждающих по горам суемудрия взыскавый;
Радуйся, благий рабе и верный, данный тебе от Господа талант усугубивый.
Радуйся, делателю винограда Христова;
Радуйся, благочестия столпе неподвижимый.
Радуйся, твердое забрало Христовы Церкве;
Радуйся, щите, защищаяй благочестие.
Радуйся, мечу острейший, посекаяй злочестие;
Радуйся, непоколебимое Православия основание.
Радуйся, твердый каменю веры;
Радуйся, кормило церковное, управляющее верных к тихому пристанищу.
Радуйся, Димитрие, новый и великий чудотворче.
Кондак 4
Буря ересей, от преисподних чрез Ариа во Греции возродившаяся, а в последняя лета происками суемудрствующих возникшая в стране нашей, готова была ниспровергнути тишину Единыя, Святыя, Соборныя и Апостольския Церкве; ты же, пастырю добрый, положивый душу твою за овцы, прогнав оных душепагубных волков, бурю суемудрия укротил еси, верныя же научил еси Триипостасному Богу взывати: Аллилуиа.
Икос 4
Слышаша суемудреннии твое к ним изобличение, еже ты, болезнуя о сердечном их заблуждении, написал еси, возъяришася зело, и множество из них вместо должнаго исправления адский пламень изрыгнуша на тя, ты же, яко твердый адамант, под ударами злобы и ненависти не изменился еси. Сего ради Церковь Святая блажит тя приветствии сими:
Радуйся, ангелов сожителю;
Радуйся, апостолов преемниче.
Радуйся, святителей сопрестольниче;
Радуйся, Российский Златоусте.
Радуйся, Спиридону, великому Василию, Григорию Богослову и прочим великим святителям единочестне;
Радуйся, Николаю МирЛикийскому и Мелетию Антиохийскому единонравне.
Радуйся, преподобных собеседниче;
Радуйся, монахов и постников наставниче.
Радуйся, мучеников удобрение;
Радуйся, праведных украшение.
Радуйся, Димитрие, новый и великий чудотворче.
Кондак 5
Боготечная звезда явился еси в течении твоем, еже ты совершал еси, свое устрояя спасение; примером же верных душы назидая, научил еси благоприятно пети Богу: Аллилуиа.
Икос 5
Видевше ангельстии чинове еще во временной жизни великия твоя подвиги во всяком благочестии и чистоте, удивляхуся, прославляюще Человеколюбца Бога, немощное человеческое естество подкрепляющаго. Мы же тя, усердно любовию почитающе, чествуем похвалами сими:
Радуйся, луча Трисолнечнаго Света;
Радуйся, светильниче, на свещнице церковном поставленный.
Радуйся, светило, путь правый показующее;
Радуйся, воине Христов непобедимый.
Радуйся, Единосущныя Троицы истинный поборниче;
Радуйся, уста еретическая заградивый.
Радуйся, златословесными устами Небесныя истины вещаяй;
Радуйся, вся своя имения по словеси Господню продавый.
Радуйся, единаго безценнаго бисера Христа Господа снискавый;
Радуйся, вмале быв верен, над многими поставленный.
Радуйся, Димитрие, новый и великий чудотворче.
Кондак 6
Проповедник немолчный тайны Пресвятыя, Единосущныя и Неразделимыя Троицы был еси. Сего ради проповедует Церковь Российская величия Божия, показанная на тебе, святителю Димитрие, яко приял еси дар целити недуги душевныя и телесныя, да вси единым сердцем и едиными усты воспеваем Богу: Аллилуиа.
Икос 6
Возсия в возлюбленной Богом душе твоей блистающий истиннаго Боговедения свет, на освящение и просвещение верных, егоже с сладостию внимающии спасительному учению твоему видяще, верно познаем, яко и в единонадесятый час пришедый равный с древними святыми и богоносными отцы динарий приял еси. Темже восхваляем тя сице:
Радуйся, вместилище добродетелей;
Радуйся, достойное святыни жилище.
Радуйся, море, нечестие суетное потопившее;
Радуйся, крине благоуханный, чудесно процветший.
Радуйся, сокровище медоточных учений;
Радуйся, уневестивый душу твою Жениху Христу.
Радуйся, смирения Его истинный подражателю;
Радуйся, иноческое нестяжание до конца сохранивый.
Радуйся, вшедый с мудрыми в радость Господа твоего;
Радуйся, благоухание Духа Святаго.
Радуйся, Димитрие, новый и великий чудотворче.
Кондак 7
Хотя достойным образом совершити подвиг, возложенный на тя от Бога, первее укреплял еси свою душу прочитанием жития святых, предполагая себе подражание оным; таже, почувствовав пользу, из того проистекающую, не обленился еси быти списателем жизни тех, с ними же ныне в невечернем свете ликуеши, воспевая Богу: Аллилуиа.
Икос 7
Новаго тя о нас молитвенника, целителя душ и телес, и ходатая нам спасения вечнаго стяжахом; но благодарным сердцем и усты Богу, толикаго чудотворца в сии времена даровавшему, достойно воспети не могуще, тебе, святителю и великий угодниче Христов Димитрие, похвальныя дерзаем приносити сице:
Радуйся, всем скорбящым приятное попечение;
Радуйся, скорый от всякия болезни и безмездный врачу.
Радуйся, злых помыслов прогонителю;
Радуйся, яко твоими молитвами слепии прозреша.
Радуйся, яко твоим ходатайством хромии и безножнии ходити начаша;
Радуйся, яко тобою от многих бесове отгнашася.
Радуйся, яко твоим заступлением разслабленнии исцелеша;
Радуйся, ломотныя и опухлыя уврачевавый.
Радуйся, трясавичных и огневичных болезней целебниче;
Радуйся, от неисцельныя водяныя и каменныя болезни здравы возставивый.
Радуйся, Димитрие, новый и великий чудотворче.
Кондак 8
Странно недугом неверствия одержимым видети, како в мертвенном теле и тленном возможно ангельское проходити житие непреткновенно, и по успении от единаго с верою прикосновения к телу, нетлением почтенному, дивная совершаются. Мы же на тебе, святителю Димитрие, новое чудес Бога Всемогущаго сбытие слышаще и видяще, молитвами твоими врачуеми, взываем Ему: Аллилуиа.
Икос 8
Весь распалився искреннею любовию к Богу, всего себе предал еси воле Его; и вся вещественная и тленная вменив уметы быти, духом, душею и сердцем возжелел еси наслаждатися лицезрением Божиим. Но ныне вся потребная тебе в вечность испросил еси, не забуди и нас, требующих твоего заступления и ходатайства, да тем паче похвальныя восписуем ти:
Радуйся, Богу совершенно угодивый;
Радуйся, венец безсмертныя жизни получивый.
Радуйся, насыщаяйся Божия благодати;
Радуйся, пророками за изъяснение их писаний похваленный.
Радуйся, апостолами за последование их стопам ублаженный;
Радуйся, святителями за единомысленную с ними ревность прославленный.
Радуйся, мучениками за списание страданий их увенчанный;
Радуйся, преподобными за подражание им во всяком благочестии и чистоте постом и молитвою к лику их причтенный.
Радуйся, праведниками за высочайшее твое смирение и труды превознесенный;
Радуйся, от всех святых радостными приветствиями сретенный.
Радуйся, Димитрие, новый и великий чудотворче.
Кондак 9
Всякия беды, скорби и напасти избавляй нас, святе Димитрие, твоими к Богу теплыми молитвами и потщися даровати нам временная благая, к жизни потребная, и вечная, да с тобою купно в селении праведных воспоем Богу: Аллилуиа.
Икос 9
Витийство человеческое не возможет исчести довольно благодать Божию, излиянную на тебе, святе Димитрие, но, любовию твоею побеждаеми, дерзаем воспевати тебе:
Радуйся, насадителю благих;
Радуйся, искоренителю злых.
Радуйся, чистоты селение;
Радуйся, печальных утешение.
Радуйся, отчаянных заступление;
Радуйся, сирот питателю.
Радуйся, обидимых предстателю;
Радуйся, преподобия и правды истинный хранителю.
Радуйся, пресветлый столпе облачный, просвещаяй множеством чудес;
Радуйся, облаче росоносный, погашаяй пламень страстей.
Радуйся, Димитрие, новый и великий чудотворче.
Кондак 10
Спасти хотя душу, о плоти твоей нерадил еси, но постом, бдением, молитвами и непрестанными трудами плоть твою удручил еси, яко в тимпане, во умерщвлении телесе благоприятно Богу вопия: Аллилуиа.
Икос 10
Стена еси, ограждающая от всех бед усердно тя в помощь призывающих, святителю Димитрие, яко во всех странах Российския державы ясно проповедуются обильныя чудеса цельбоноснаго гроба твоего. Сего ради ублажаем тя сими:
Радуйся, чаша, источающая нам елей милости Божия;
Радуйся, больных исцеление.
Радуйся, немощных подкрепление;
Радуйся, страждущих скорая помоще.
Радуйся, претыкающихся о камень соблазна наставниче;
Радуйся, обидимых заступниче.
Радуйся, омраченныя просветивый;
Радуйся, просвещенныя утвердивый.
Радуйся, расточенная собравый;
Радуйся, к небесному немерцающему свету направивый.
Радуйся, Димитрие, новый и великий чудотворче.
Кондак 11
Пение немолчное принесл еси Пресвятей Троице, святе Димитрие, ово мыслию, ово гласом, ово словом, ово благотворениями. И ныне, предстоя Престолу Божественному, моли о воспевающих о тебе: Аллилуиа.
Икос 11
Светозарное твое учение, ум небесный являющее, подтверждаемое ныне нетлением твоим и многими чудесы, явное и действительнейшее средство дарова Человеколюбивый Бог на обличение еретичествующих и утверждение православных. Ныне святым и медоточным твоим учением упоеннии с благодарным чувством вопием ти:
Радуйся, учителю премудрый;
Радуйся, пастырю предивный.
Радуйся, исповедниче непоколебимый;
Радуйся, око слепым.
Радуйся, ноги хромым;
Радуйся, руки безпомощным.
Радуйся, главо, наполненная Небесным учением;
Радуйся, ластовице богоглаголивая.
Радуйся, источник златоструйный;
Радуйся, цевнице духовная.
Радуйся, Димитрие, новый и великий чудотворче.
Кондак 12
Благодать, данная ти от Бога, целити недуги телесныя и душевныя, святе Димитрие, созывает отвсюду почитающих явление твое и чающих тобою получити просимое от Бога. Тем же и мы, припадающе, со умилением молим тя, избави нас от зол греховных, да благодарно Ему воспоем: Аллилуиа.
Икос 12
Поюще твоя чудеса, святителю Димитрие, восхваляем Бога, даровавшаго тебе таковыя силы исцелений. Ты же не возгнушайся нас, грешных и недостойных рабов Его, но услыши нас, во умилении вопиющих тебе сице:
Радуйся, Света неприступнаго зрителю;
Радуйся, Жениху Христу светел светильник сохранивый.
Радуйся, душевредное уныние от себе истребивый;
Радуйся, жестоким путем райских селений достигший.
Радуйся, нищетою богатая стяжавый;
Радуйся, смирением получивый высокая.
Радуйся, теснотою пространство вечное снискавый;
Радуйся, поношением Христа ради вечную с Ним славу приявый.
Радуйся, от Святыя Троицы увенчанный;
Радуйся, не гаданием, но лицем к лицу Бога смотряяй.
Радуйся, Димитрие, новый и великий чудотворче.
Кондак 13
О, великий святителю Димитрие, расколов и ересей искоренителю, приими сие похвальное пение и моли Всемогущаго Бога умирити мир и спасти души наша, всех православно Триипостасному Богу вопиющих: Аллилуиа.
Сей кондак глаголи трижды, посем икос 1: Ангел нравом, аще и человек: И кондак 1: Возбранный чудотворче:

МОЛИТВА ПЕРВАЯ СВЯТИТЕЛЮ ДИМИТРИЮ РОСТОВСКОМУ

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

О, предивный и преславный чудотворче Димитрие, исцеляяй недуги человеческия! Ты неусыпно молиши Господа Бога нашего о всех грешных: молю убо тя, буди ми ходатай пред Господем и помощник на преоборение страстей ненасытныя плоти моея и на одоление стрел сопротивника моего диавола, имиже уязвляет немощное сердце мое и, аки гладный и лютый зверь, алчет погубити душу мою. Ты, святителю Христов, моя ограда, ты мое заступление и оружие! За твоим содействием сокрушу вся во мне сопротивная воле Царя царствующих. Ты, великий чудотворче, во дни подвигов твоих в мире сем ревнуя о Православной Церкви Божией, яко истинный и добрый пастырь, неблазненно обличал еси грехи и невежествия людския, и уклонившихся от стези правды в ереси и расколы наставлял еси на путь истины.
Споспешествуй убо и мне исправити кратковременный путь жизни моея, да непреткновенно пойду по стези заповедей Божиих и неленостно поработаю Господеви моему Иисусу Христу, яко единому Владыце моему, Искупителю и праведному Судии моему. К сим же припадая, молюся ти, угодниче Божий, егда изыти души моей из телесе моего, избави ю от темных мытарств: не имам бо добрых дел ко оправданию моему: не даждь сатане возгордиться победою над немощною душею моею. Избави ю от геенны, идеже плач и скрежет зубов, и святыми молитвами твоими сотвори мя причастника Небеснаго Царствия в Троице славимаго Бога, Отца и Сына и Святаго Духа. Аминь.

МОЛИТВА ВТОРАЯ СВЯТИТЕЛЮ ДИМИТРИЮ РОСТОВСКОМУ

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

О, святителю Дмитрие, великий угодниче Христов, златоусте Российский! Услыши нас грешных, молящихся тебе, и принеси молитву нашу к Человеколюбцу Богу о рабах Божиих (имена). Умоли Его благосердие, да не осудит нас по беззаконием нашим, но да сотворит с нами по милости Своей. Испроси нам у Христа Бога нашего мирное и безмятежное житие, здравие душевное и телесное. Даруй нам богоугодно прейти поприще временныя жизни: избави нас от воздушных мытарств и настави нас на путь, ведущий в селения праведных; подаждь нам твое архипастырское и святое благословение, да оным осеняеми, избавимся от козней лукаваго и избегнем от всякой беды и напасти. Услыши моление наше, отче Дмитрие, и моли непрестанно о нас Всесильнаго Бога, славимаго и покланяемаго в трех Ипостасех, Емуже подобает всякая слава, честь и держава во веки веков. Аминь.

МОЛИТВА ТРЕТЬЯ СВЯТИТЕЛЮ ДИМИТРИЮ РОСТОВСКОМУ

РАЗВЕРНУТЬ ТЕКСТ »

О, всеблаженный святителю Димитрие, великий угодниче Христов, Златоусте Российский, услыши нас грешных, молящихся тебе, и принеси молитву нашу к Милостивому и Человеколюбцу Богу, Емуже ты ныне в радости святых и с лики Ангелы предстоиши! Умоли Его благоутробие, да не осудит нас по беззакониям нашим, но да сотворит с нами по милости Своей. Испроси нам у Христа и Бога нашего мирное и безмятежное житие, здравие душевное и телесное, земли благоплодие и во всем всякое изобилие и благоденствие, и да не во зло обратим благая, даруемая нам от Щедрого Бога, но в славу Его и в прославление твоего заступления. Даруй нам богоугодно прейти поприще временныя жизни; избави нас воздушных мытарств и настави нас на путь, ведущий в селения праведных, идеже празднующих глас непрестанный, зрящих Божия лица неизреченную доброту. Церковь же Святую от расколов и ересей сохрани, верных укрепи, заблуждающих обрати и всем даруй вся, яже ко спасению и славе Божией подобающая; Отечество твое сохрани от врагов ненаветно, но поборай оружие Крестоноснаго воинства; и подаждь нам всем твое архипастырское и святое благословение, да оным осеняеми, избавимся от козней лукаваго и избегнем от всякия беды и напасти. Услыши моление наше, отче Димитрие, и моли непрестанно о нас Всесильнаго Бога, славимаго и поклоняемаго в Триех Ипостасех, Емуже подобает всякая слава, честь и держава во веки веков. Аминь.